Страница 17 из 37
-Лично я, нет, – мотнул головой парень, – но вы можете поговорить с горничными. Они каждый день убирают номера.
-Где они сейчас?
-У них сейчас обед. Я провожу вас в служебную столовую.
Парень вышел из-за стойки и, пройдя к стене, открыл неприметную дверцу. Тайлер и Николас поспешили за ним.
Несколько минут они шли по узким коридорам и наконец оказались в небольшой уютной комнате.
Восемь женщин что-то обсуждали. Все они были в форме горничных отеля.
-Дамы, – администратор откашлялся, – с вами хотят поговорить господа полицейские по поводу одного постояльца из 316 номера. Кто там убирался?
Трое женщин подняли руки.
-Он странный был, – тут же заговорила самая молоденькая горничная с двумя косичками, – кровать не требовалось заправлять, она только слегка примята была, будто и не спал вовсе, а просто ложился передохнуть, вечно курил и читал. Книги у него жутковатые, все большие и невероятно толстые, страниц на тысячу, если не больше. Говорил мало и больше интересовался выставками, постановками и галереями.
-А ещё, – подхватила самая пожилая женщина, – странный был какой-то, чудаковатый. Он вернулся, когда я пепельницу мыла, и напугал меня, – горничная качнула седой головой, – я о полочку ударилась, а он голову к плечу склонил и спросил, почему люди боятся боли.
-Я случайно зашла в номер, – чуть покраснела третья, – постучалась, ответа не было, я и подумала, что его нет, а мистер Кэрри в ванной был. Вышел в одном полотенце. У него не ногти, а когти, самые настоящие, черные и длинные. Он сразу за перчатки схватился. Никогда их видимо не снимал, но в ванной не удобно в них. Мне чуть плохо не стало от одного вида. В фильме ужасов такому сниматься. Когти трехгранные, может, мутант.
Николас мотнул головой. Куча информации, и все больше кажется, что они имеют дело с самим Кукольником, а не его потомком. Вот только в мистику верить сложновато.
-Ясно, – рассудительный и спокойный голос Тайлера прервал излияния женщин, – расскажите о его привычках, если знаете, конечно.
-Ну, – пожилая женщина призадумалась, – у него была привычка говорить о картинах и эмоциях, которые выразил художник. К нему зайдешь нормально, а выйдешь с опухшей от информации головой. Рассуждает на тему психологии и человеческого сознания, у меня было такое чувство, будто пытается понять все сразу. Обе стороны конфликта. Ну, родителей и детей, маньяков и жертв, супругов, которые не могут примирится.
-Это все? – приподнял брови Тайлер.
-Да, – седовласая качнула головой.
-Он ещё, – неуверенно произнесла самая молодая горничная, – один раз играл на рояле, который стоит в холле. Было уже поздно, и все постояльцы спали, а он только пришел. Где-то с час посидел в кресле, смотря в окно на туман, а затем подошел к инструменту и взял пару аккордов. Потом заиграл нормально. Вот только от музыки мурашки по спине побежали. Техника идеальная, но звук бездушный. Простите, я просто музыкальную школу закончила, и прекрасно знаю, как сложно играть. Тут нужно себя вкладывать, а он схематично исполнял.
-Что именно он сыграл?
-Вагнера, но произведение не вспомню, – смутилась девушка, – стиль узнала, а мелодию нет.
-Ясно, – пробормотал Николас, – это все?
Горничные переглянулись и наконец рыжеволосая произнесла:
-Я… я… забралась в его чемодан, я не воровка, просто любопытная – тут же поспешила оправдаться женщина, – у него там шкатулка лежала, довольно большая, с разными флакончиками. На всех были сургучные печати, и я не стала открывать. Судя по всему, флакончики хрустальные. В некоторых был порошок, где-то жидкость, а в пар, газ. Не знаю, что это было, но на наркотики не похоже, больше на яды, ну, как в книгах фэнтези описывают.
Полицейские переглянулись. Многие ожоги Патрик не смог опознать, т.к. они сделаны неизвестным веществом. Неужели Джонатан Кэрри решил продолжить дело «славного» предка.
-Благодарим за вашу помощь, дамы, – кивнул Тайлер, – если ещё что-то вспомните, звоните, – Уайт протянул визитку.
-А ведь он один раз вернулся через крышу, – задумчиво произнесла одна из молчащих женщин, – весь в крови и разодранной одежде. Сотрудникам запрещено курить в здании, и я выходила на черную лестницу, на самый верхний этаж. Туда даже уборка не всегда добирается, так как помещения не используются. Вот постоялец и пробрался через крышу. Меня не заметил, я за шкафом стояла, ближе к окну, глаза желтым горят, кровь по лицу течет, а на теле только изодранная в клочья рубашка, да столь же потрепанные штаны. Ни перчаток, ни пиджака, ни ботинок. Я тогда подумала, что он в драку влез, и постеснялся идти через главный вход, и только утром осознала, что у нас нет доступа на крышу с улицы, а ближайшие дома расположены слишком далеко для прыжка.
Тайлер и Николас вновь переглянулись.
-Когда это было?
-Я точно не помню, – нахмурилась женщина, – кажется, недели две назад. Может больше, но я точно помню, что потом ещё несколько дней обсуждали убийство на крыше. Ну, ту историю с разорванными на части людьми в другой части Лондона.
-Ясно, – хмуро произнес Тайлер. – Идем, Николас, нужно найти Кэрри.
========== Глава тринадцатая ==========
Я временно приостанавливаю выпуск глав, к сожалению, на меня напала такая вещь, как осенняя лень. Вдохновение есть, но руки вообще не пишут. Недели две обновлений не будет, затем выставлю сразу три главы, в благодарность за ожидание. Прошу меня понять и простить.
Смычок скользит по струнам, выписывая одну из моих любимых мелодий. Прикрываю глаза, чувствуя, как музыка бежит по венам.
Мальчик восхищенно смотрит на меня, приоткрыв рот, в голубых глазах чистое счастье, а тонкие пальчики сжимают простой карандаш. До того, как я начал играть, он рисовал, но теперь смотрит не отрываясь, и мне нравится это.
Наконец, мелодия заканчивается, и ребенок произносит несколько незнакомых мне слов. Не просто незнакомых, чуждых этому миру. Почти незаметно хмурю брови и отпускаю туман, который немедленно сканирует ребенка полностью.
Мальчик чуть хихикает и ежится от прохладных прикосновений, но не боится.
Наконец, туман вбирается в меня, и я чувствую, как сердце пускается вскачь. Скелет имеет чуть другое строение, органы немного сдвинуты и добавлен лишний, не известный мне до этого времени. Мальчик иномирянин.
Тяжело вздыхаю и ласково улыбаюсь ребенку. Судя по всему, мне придется обращаться к тем, кто может ходить между мирами. Некромагам.
Меня слегка передергивает. Гильдия некромагов расположена под землей, на такой глубине, что чувствуется жар лавы, но именно так они ближе к покойным и уже не мифическому аду. Своим орудием они разрезают ткань миров и переходят из одного в другой. Надеюсь, они смогут найти мир ребенка, но пока он побудет со мной.
Я не знаю, кто этот мужчина, но я хочу звать его папой. Наша внешность очень похожа, а ещё, он очень добрый и смотрит так… нежно. Я не могу точно сказать этого, может, не понимаю, но все же я вижу в нем отца, такого, которого всегда хотел иметь. Я плохо помню прошлое, только шум ветра, солнце и чей-то голос, певший мне колыбельную, а затем только боль и унижение. Теперь мне так хорошо, тепло и уютно, что я хочу навеки остаться с ним. Только бы он позволил.
Найман просматривал отчеты. Если верить бумагам, Джонатан Кэрри не уехал из Лондона, а просто сменил отель. Вот только найти в многомиллионном городе человека не так просто, как кажется. Есть множество гостиниц, в которых практически не регистрируют постояльцев, люди сдают свои жилища, и не факт, что они поинтересуются регистрацией и паспортными данными.
Рядом мялась стажерка, принесшая бумаги на подпись.
-Делай что хочешь, но найди Джонатана Кэрри в этом городе, – наконец произнес лейтенант, – у меня к нему очень много вопросов.