Что я делала, пока вы рожали детей

будто «выбегаю из комнаты, чтобы поплакать», хотя я на самом деле выбегаю из комнаты,

чтобы поплакать. Если мне повезло и у меня много работы, то примерно девять месяцев я

живу так, а потом наступают три месяца безделья, когда я получаю неоплачиваемый отпуск,

освобождающий меня от моей странной и непростой деятельности.

По большей части пребывание в комнате сценаристов похоже на самую увлекательную

вечеринку в мире. Но временами она превращается в очень затянутый и занудный праздник.

Но я переживу оба варианта, потому что у меня есть мечта – после долгих месяцев работы

я убегаю из дома в удивительные места. А потом, иногда, занимаюсь там сексом.

Когда мне было двадцать и тридцать, эти свободные месяцы (или годы) между рабо-

той я проводила путешествуя. Если финансы поджимали, я отправлялась в путешествие с

палаткой, а если с финансами было все в порядке, садилась на самолет и улетала так далеко,

как только могла – в места вроде Китая и Новой Зеландии, Иордании и Бразилии. В Тибет и

Аргентину, Австралию и в бо́льшую часть стран Европы. В Израиль и Колумбию, Россию и

Исландию. Вначале я ездила со своими подружками, но потом они начали выходить замуж и

делать новых маленьких девочек и мальчиков – тогда я стала путешествовать одна. Некото-

рые из моих подруг в конце концов разводились и снова отправлялись со мной в поездку или

две, а потом выходили замуж второй раз – когда я еще не собралась даже для первого. (Когда

я пожаловалась своей подруге Хоуп, что она уже обогнала меня на круг в гонке за мужьями,

она ответила: «Не уверена, что цель в том, чтобы делать это как можно чаще». Люблю ее.)

Как бы то ни было, все вокруг меня объявляли о помолвках, женились

и рожали детей, меня же подобные перемены очень пугали. Мне хотелось

1 «Шоу 70-х», «Как я встретил вашу маму», «Чак», «Соседи» – популярные американские комедийные сериалы нулевых

(прим. ред.).

7

К. Ньюман. «Что я делала, пока вы рожали детей»

иметь семью когда-нибудь… но это «когда-нибудь» никогда не превращалось

в «сейчас».

Я мечтала о любви, но меня также манили свобода и приключения, и эти желания

боролись подобно двум борцам сумо в додзё моей души. Их борьба угрожала со временем

отправить меня в нокаут, превратив в грустную женщину типа Бриджет Джонс, которая мне,

кстати, совершенно не нравится – и как личность, и как архетип. Стараясь предотвратить

подобный конец, я продолжаю двигаться вперед.

На довольно раннем этапе своих путешествий я сделала два жизненно важных откры-

тия. Во-первых, в дороге я становлюсь немного другой – и такое дистанцирование от меня

домашней похоже на прекрасный долгий сон после тяжелого рабочего дня.

Во-вторых, ты можешь получить и любовь, и свободу одновременно,

если влюбляешься в необыкновенного местного жителя в экзотической

стране, особенно когда в прикроватной тумбочке лежит обратный билет.

Таким образом, жаркие, сексуальные, эпичные «курортные романы» стали частью

меня – на вечеринках с друзьями и за столом сценаристов я превратилась в Девчонку с Класс-

ными Международными Романтическими Историями. Мои поездки стали очень важны для

меня.Моей маме будет приятно узнать, что моя зависимость от горячих мужчин, живущих в

местности, располагающей к сексу, на самом деле выросла из несексуальной страсти: я обо-

жаю делать то, к чему меня обязывает конкретное место. Что это значит? Например, всегда

пробовать фирменное блюдо. Или курить сигареты (хотя я вообще-то не курю) в идеаль-

ном уголке идеального парижского кафе. Или, будучи в Биг-Суре, раздеваться догола для

купания в джакузи с компанией людей, которых ты бы не хотела видеть голыми. Это зна-

чит кататься на низких пушистых лошадках, которые обязательно сбросят тебя на арктиче-

ский мох в Исландии, или дать себя отхлестать горячими мокрыми ветками в московской

бане. Когда случается нечто подобное, меня накрывает абсурдное, абсолютное счастье – мне

кажется, похожие чувства испытывают люди, у которых рождается ребенок. И когда меня

любит, скажем, бразилец в Бразилии или критянин на Крите… я как будто выигрываю золо-

тую медаль на Олимпийских играх.

Мне нравится, что я одна из миллиона одиноких женщин, бродящих по дорогам мира.

Мой парень как-то сказал, что дом с сорока кошками – вот к чему приводит такой образ

жизни, однако я думаю, что сегодня этот дом полон сувениров, напоминающих о загра-

ничных приключениях. «Просто посмотри на всю эту трагичную гиперкомпенсацию – пле-

менные маски и рейнстики», – добавил мой друг, но сдается мне, что замена котиков на

билеты авиакомпаний свидетельствует о прогрессе, который женщины проделали как вид.

Я безумно горда нами. И, кстати говоря, поскольку у меня есть и кот и множество сувениров

из других стран, я порвала с тем парнем и отправилась в реально крутое путешествие.

8

К. Ньюман. «Что я делала, пока вы рожали детей»

Глава 1

Мое первое настоящее приключение без парня

Международный аэропорт Лос-Анджелеса -> Аэропоорт Парижа – Шарль-де-Голль -

> Амстердамский аэропорт Схипхол

Отправление: 24 марта 2000 года

Первый раз, когда я выпустила пар в поездке, не был рожден из желания ловить момент.

Он был рожден из глубокого отчаяния.

Мне было 26 лет, и я отправилась в Европу с подругой детства, Хоуп, на эдакий «девич-

ник» после разрыва с моей первой и самой последовательной любовью, Вито. (Конечно, его

звали совсем не так. Я позволила ему самому выбрать себе имя для романа. Поэтому допу-

стим, что у меня были шестилетние отношения с мужчиной по имени Вито.) Я залечивала

разбитое сердце точно так же, как и многие другие 26-летние девчонки, пережившие серьез-

ный разрыв на заре третьего тысячелетия, – то есть я проколола пупок, подстриглась, как

Мег Райан во «Французском поцелуе», и отправилась в Амстердам.

Но сначала я немного расскажу о мужчине, из-за которого на моем теле появился пир-

синг. Мы с Вито встретились на первом курсе колледжа, близко подружились (наша дружба

была сдобрена крепким алкоголем и тем фактом, что мы оба уехали далеко от всех своих

знакомых), а затем наконец страстно влюбились – так страстно, как только бывает у всех в

первый раз. Мне потребовалось 15 лет погони за тем первым ощущением, чтобы понять:

оно никогда больше не повторится. Медленно учусь.

Мы влюбились друг в друга в начале 90-х, поэтому мы с Вито были уверены, что

фильмы с Итоном Хоуком и Вайноной Райдер – это про нас. (А еще фильмы Итона Хоука и

Жюли Дельпи. Вообще говоря, все фильмы с Итоном Хоуком.) После окончания колледжа

я и Вито смеялись над нашими друзьями, которые сразу после выпускного устроились на

работу в агентства и консалтинговые компании. Сами мы собрали рюкзаки и отправились

на лето в Европу, а затем провели волшебные осень, зиму и весну, работая и катаясь в Вейле

в Колорадо. Там мы снимали комнату у двух братьев, которые много говорили о своих шот-

ландских предках и пытались стать «альпийскими моделями».

«Надо просто гонять по красным трассам и выглядеть супершикарно», – объяснял

младший брат.

После Вейла Вито поступил в Калифорнийский университет Санта-Барбары, а я пере-

ехала в Лос-Анджелес, чтобы попытаться писать для телевидения. На практике это значило

80 часов в неделю водить по городу машину, полную оборудования и кофе для сценаристов.

Это значило полное отсутствие времени на мои собственные сценарии, а также обилие муж-

чин-сценаристов, которые замечали, как ты строчишь что-то в углу, и говорили «Оооо, ты