Что я делала, пока вы рожали детей

способности Бена погружаться в мою невротическую душу и уговаривать меня отойти от

края обрыва. Но за ту неделю между расставанием и возвращением я успела съездить пока-

таться в горы с друзьями и тогда-то услышала первый раз о мужчине, который и привел к

моим заморским приключениям в Париже и Лондоне. Мужчина, которого я буду называть

Феррис Бьюллер10.

Все началось с обычного после расставания разговора за начос и горячим шоколадом с

одним из моих друзей, тоже сценаристом: «Знаешь, с кем тебе стоит встретиться, Кристин?

С парнем с моей работы – Феррисом Бьюллером».

Жена моего друга сделала большие глаза и стала решительно кивать – да, точно. Они

сказали, что их знакомый – будто реальный Феррис Бьюллер, но на 20 лет старше. Звучало

многообещающе, потому что Феррис Бьюллер был моим Идеальным Мужчиной со старшей

школы – харизматичный и веселый, его любили все – от модных банкиров до школьных сек-

10 Феррис Бьюллер – вымышленный герой фильма «Феррис Бьюллер берет выходной», вышедшего в 1968 году (прим.

пер.).

27

К. Ньюман. «Что я делала, пока вы рожали детей»

ретарш, он обожал приключения и встречал их с неизменным оптимизмом. Я встречалась и

с другим воплощением Ферриса в реальной жизни в старших классах и колледже, но в конце

концов он стал профессиональным спасателем, что было уже как-то не особо заманчиво

после тридцати. Поэтому, когда я услышала о возмужавшем Феррисе, с успешной карьерой,

которая не требовала плавок в качестве дресс-кода, я была очарована.

Друзья говорили, что Феррис совсем как я – комедийный сценарист, полный энергии

и обожающий путешествия, вечеринки и общение. Он занимался организацией поездок в

отдаленные уголки мира и жадно стремился наполнить жизнь моментами, похожими на

сцену из фильма. Совсем как я. Он даже жил в доме, расположенном недалеко от моего. И

еще одно – он обожал делать то, к чему его обязывает место.

Все были уверены, что мы с Феррисом будем лучшей парой, какую только можно пред-

ставить. Но, как часто бывает в комнате, полной комедийных писателей, скоро эта тема обер-

нулась постоянными подколками. Когда я несла сноуборд, кто-нибудь говорил «О, Кристин,

если бы Феррис был здесь, он бы определенно понес его за тебя». Я ворчала: «Да ладно?»,

«Да, знаю, он такой внимательный».

За ланчем: «О, Феррис лучше всех заказывает еду. Он бы определенно заказал и тебе

обед, если был бы здесь». Далее следовал мой ответ: «Знаю, его манеры и вкус просто без-

упречны. Я так его люблю».

Скоро я уже играла в воображаемые отношения. «Ребята, как думаете, Феррис и правда

любит меня или только вроде как любит меня?» «Ты что, шутишь?! Он не переставая гово-

рит о тебе!» На второй день отношения ждала полоса неудач: «Мне кажется, Феррис смот-

рит на меня не так, как раньше, ребята». «Нет, Кристин, что ты! Он очарователен! Все вели-

колепно!»

Получалось довольно весело, и на этом празднике жизни, где присутствовали две

супружеские пары и одиночка, спящая в холодной кровати, наша игра определенно подни-

мала мне настроение. Легенда о «бойфренде Кристин, Феррисе» занимала у нас в разгово-

рах столько места, что мне казалось, будто я действительно не одинока. Я была там со своим

парнем, Феррисом.

Что, конечно, звучит немного безумно.

Но мысленно проводя с кем-то столько времени, пусть это только и игра твоего вооб-

ражения, ты начинаешь влюбляться в придуманный образ. Я пережила такое же странное

ощущение однажды, когда пыталась набраться смелости и попросить друга по работе напи-

сать вместе со мной сценарий к фильму. Этот человек был невероятно талантлив, и я волно-

валась, что он откажет, потому что ему не нравилась сама идея или потому что я окажусь

недостаточно крутым партнером для него. Я постоянно прокручивала наш разговор в голове.

Я мысленно практиковалась, трусила и снова практиковалась. Похоже на то, когда ты хочешь

пригласить кого-нибудь на свидание. И тогда произошло это странное явление: мои мыс-

ленные диалоги на данную тему стали обретать сексуальный оттенок. Я представляла себе,

как мы пишем рядом, поздний вечер, мы оба склонились над клавиатурой, лицом к лицу, он

обнимает меня за талию и…

Очевидно, мозг можно обманом заставить влюбиться. Поэтому, даже когда я вернулась

из поездки с друзьями и сошлась с Беном, я все еще думала в своей глупой голове: а ты уве-

рена, что нужно возвращаться к Бену? Или нужно попробовать пообщаться с Феррисом?

Тогда-то Саша и Хоуп осуществили интервенцию. «Феррис тебя не знает». – «Ты его

не знаешь». – «Это все не по-настоящему». – «Нет никакой схватки Ферриса с Беном, потому

что Феррис – ненастоящий». Ну и все в таком духе. В конце концов я не окончательно слетела

с катушек, а значит, смогла засунуть свои фантазии подальше и заставить себя вернуться

к Бену. Чтобы несколько месяцев спустя наконец сказать: «Я люблю тебя» по-настоящему.

Это было не так просто. Поскольку я уже однажды расходилась с ним, я составила список

28

К. Ньюман. «Что я делала, пока вы рожали детей»

правил, следуя которым мне следовало увериться, что именно то самое чувство я имею в

виду, когда произношу слово на «л» в первый раз:

1. Не следует говорить ничего такого по пьяни.

2. Не следует произносить это в любой гиперромантичной ситуации –

например, в отпуске или на свадьбе.

3. Нельзя признаваться в любви во время секса.

Проблема заключалась в том, что я чувствовала прилив любви только во время выше-

перечисленных ситуаций. Смотря, как Бен играет на гитаре в домике на озере Тахо после

выпивки и секса на лодке. Да, конечно, вот же она я! Трезвая во вторник вечером в ресторан-

чике Baja Fresh? Не уверена. Поэтому я постоянно задавалась вопросом о своих чувствах.

Друзья тоже пытались подкорректировать эти мои правила, вопрошая: а когда люди,

по моему мнению, чувствуют в себе силы сказать «я люблю тебя» впервые? В очереди в

магазине? Нет, обычно такое признание срывается с языка по пьяни, во время секса или в

каком-либо романтичном месте. Что и требовалось доказать: ТРИ ВОЛШЕБНЫХ СЛОВА

выскочили из меня однажды ночью, когда мы возвращались с вечеринки одного миллиар-

дера, где мы напились и предались разврату в одном из помещений дома. В итоге я в один

момент махнула рукой на все три упомянутые мной правила.

И на следующий день я все еще любила Бена. Однако через день мы пошли в Baja

Fresh, и я спросила себя: Люблю ли? Тогда я решила составить список плюсов и минусов,

что, конечно, является смертью любой любви – а эти списки занимают примерно 10 % моих

дневников. И глубоко в душе я продолжала думать о Феррисе.

Дело в том, что каждый месяц или два кто-нибудь еще из моих друзей приходил ко

мне с прекрасной идеей: я знаю парня, который просто твоя мужская версия! Тебе нужно

встретиться с Феррисом Бьюллером!

Они рассказывали, какие удивительные вещи происходят, когда он рядом. Истории о

нем с каждым разом становились все эпичнее. У меня был парень, из-за которого я испы-

тывала внутренний раздрай. С Феррисом же я могла быть цельной и на 100 % уверенной.

Поэтому я продолжала думать о нем.

Итак, вот она я во всей красе – пытаюсь забыть о Феррисе на Сашиной свадьбе, состо-

явшейся летом. Трудно переоценить то впечатление, которое произвело на меня это событие.

Саша не только стала еще одной из моих знакомых, кто пошел по пути, мне, как я боялась,

уже заказанном; она, кроме того, являлась моим подельником, моей сестрой, моей дикой,

веселой, обожающей приключения подругой, научившей и меня жить так же.

Конец ознакомительного фрагмента.

Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.