Страница 144 из 165
Ранним утром Ури вернулся к слежке. Он обустроил удобную лежанку в зарослях степного миндаля на небольшой возвышенности. Бессонная ночь давала о себе знать, и байкер то и дело клевал носом. Когда солнце полностью выглянуло из-за горизонта, стража отворила западные ворота Богополя. Первые часы ничего не происходило. Вообще ничего. Несколько человек покинуло городище, да всадник с древком, к концу которого была прикреплена красная тряпка, примчался со стороны Тагана, перекинулся несколькими фразами с караульными и въехал внутрь.
Только потом Ури сообразил, что это был гонец, принесший безрадостную весть о нападении на обоз. Когда солнце поднялось достаточно высоко, но еще не было в зените, из ворот повалили ратники при полном вооружении. Облаченные в кольчуги и шеломы, с мечами на боках, с копьями и круглыми щитами, они выстраивались в отряды по двенадцать бойцов. Ури сперва взялся считать воинов, но потом сбился и оценил размер армии на глаз.
- С две сотни, - пробормотал байкер, - провались все в баггерхелл!
Ури попытался прикинуть соотношение сил степных номадов и богопольцев. По количеству боеспособных мужчин байкерские кланы были примерно равны, и все вместе могли выставить до полутысячи бойцов. Казалось бы, преимущество на стороне кочевников, но отчего-то Ури не был уверен, что в случае войны победа достанется им. Богопольцы вели себя намного организованней и, очевидно, не испытывали дефицит в металле. Для боевого топора кольчуга являла собой столь же сомнительную защиту, что и кожаный доспех, Ури убедился в этом при нападении на обоз. Однако большинство кочевников имело короткие мечи – акинаки, мечи богопольцев были длинней. В отличие от воинов господних, байкеры никогда не использовали щиты. Богопольцы ничуть не хуже владели оружием, и Ури не без основания полагал, что он и Степа одолели шестерых сопровождающих благодаря эффекту неожиданности, излишней самоуверенности противника, а также удачному стечению обстоятельств. Да и кто сказал, что Богополь может выставить только две сотни бойцов? Вполне вероятно, что больше.
- А мы-то думали, что круче нас нет никого, - сказал себе под нос байкер.
Конники, разбившись на отряды по двенадцать человек, выстроились в полукруг. Из ворот выехал стареющий мужчина в черном. Борода его, изрядно поседевшая, доставала до груди. В руках он держал посох.
- Главный баггер, - догадался Ури, - как там Степа его называл?.. архиерей, мать его за ногу!
Мужчина в черном, размахивая посохом, что-то выкрикивал. До Ури долетали лишь обрывки пафосных слов. Закончив пламенную речь, архиерей указал посохом на запад. Выстроившись в постепенно расширяющуюся цепь, отряды богопольцев двинулись в сторону Тагана.
- Охотники хреновы, - Ури усмехнулся в бороду, - ну, ищите, ищите.
Дождавшись, когда кольчужники исчезнут из поля видимости, байкер решил, притворившись воином господним, выехать на дорогу, чтобы перехватить кого-нибудь, да допросить с пристрастием. Однако он еще какое-то время наблюдал за стражей возле ворот, и когда, наконец, оседлал коня, вдруг увидел двух конников, выехавших из городища и пустившихся в галоп. Оба всадника держали в руках древки с красными тряпками.
- Гонцы! – Ури ударил по бокам лошадь, и та помчалась наперерез посланникам.
Байкер настиг посыльных близ небольшой рощи, состоящей, главным образом, из диких абрикосов.
- Стойте! – проорал он. – Стойте, именем… - здесь Ури запнулся, будто собирался выкрикнуть что-нибудь настолько непристойное, что дозволено произносить лишь на байкфестах, но в следующий миг он заголосил во всю глотку:
- Стойте, именем Элохима! Именем Элохима!! Элохима!!!
Всадники затормозили лошадей. Оба были коротко пострижены, одеты в серые рубахи, на боках висели мечи. Первый посыльный, находящийся слева от Ури, имел бородку и неприятно липкий взгляд. У второго, круглолицего паренька, в силу юности подбородок покрывал девственный пушок.
Прежде чем обратится к всадникам, Ури, подъехав почти вплотную к курьерам, быстро осмотрелся. Городище было скрыто ветвями деревьев и потому дозорные возле ворот городища не могли видеть ни его, ни гонцов.
- Что за весть вы несете архиерею? – спросил байкер как можно более важным тоном.
- Дети господни, Исаак и Ревека, убили трех воинов и возлюбленную жену архиерея уммы всемогущего Элохима Авраама Шестого Праведника Сару Девятую Праведницу, - затараторил круглолицый паренек, - и бежали в сторону Восходного града, верховный послушник послал погоню, но…
Липкоглазый поднял руку, заставив замолчать юнца, и произнес вкрадчивым, полным стали голосом:
- Кто ты?
- Я воин господень, разве не заметно? – возмутился Ури и, не сдержавшись, улыбнулся.
Дочура сбежала от проклятых баггеров. Сама, без чужой помощи. Молодчина какая! Вся в батю!
- Тогда почему ты не ищешь безбожников?
- Мы их нашли, - заверил байкер, - и ведем этих мерзавцев в Богополь, а я гонец, которого послал архиерей сообщить об этом.
- Тогда почему ты без красного флажка? – липкоглазый медленно опустил руку на навершие меча.
- Впопыхах забыли выдать…
- Забыли? – пальцы липкоглазого нервно прошлись по рукояти. – Каждый воин и каждый послушник обязан иметь при себе красный флажок. Где твой флажок?