Страница 24 из 33
— Неплохо, — Рон подтянул поближе картонную коробку и уселся на нее. — Ты когда объявился? Мама нам только что сказала!
— Примерно в час ночи.
— Ну, и как муглы? Не очень тебя третировали?
— Не больше обычного, — ответил Гарри. Гермиона аккуратно устроилась на краешке его постели. — Они со мной почти не разговаривали, но так оно и лучше. А как ты, Гермиона?
— Я? Хорошо, — сказала Гермиона, рассматривая Гарри так, словно выискивала признаки надвигающейся болезни.
Гарри сразу заподозрил, в чем дело, и, не имея ни малейшего желания обсуждать гибель Сириуса и прочие несчастья, спросил:
— А сколько сейчас времени? Я пропустил завтрак?
— Не волнуйся, мама сейчас явится с подносом; ей кажется, что у тебя некормленный вид, — Рон закатил глаза. — Ну, давай, рассказывай, что было и вообще?
— Да ничего особенного, сидел у родственничков.
— Брось! — закричал Рон. — Ты же где-то был с Думбльдором!
— Это не слишком интересно. Он хотел, чтобы я помог уговорить одного старого учителя, Горация Дивангарда, вернуться в школу.
— А-а, — разочарованно протянул Рон. — Мы-то думали…
Гермиона ожгла его строгим взглядом, и Рон сходу сменил интонацию:
— … так и думали, что будет нечто в этом роде.
— Правда? — усмехнулся Гарри.
— Ага… раз Кхембридж больше нет, нам нужен новый преподаватель защиты от сил зла. А… э-м-м… какой он из себя?
— Похож на моржа, а раньше был завучем «Слизерина», — сказал Гарри. — Гермиона, в чем дело?
Она смотрела на него так, словно в любую минуту ждала появления неких ужасных симптомов, и весьма неубедительно улыбнулась:
— Ничего, ничего! Значит… э-м-м… как тебе показалось, Дивангард хороший преподаватель?
— Понятия не имею, — пожал плечами Гарри. — Но хуже Кхембридж он по определению быть не может, правда?
— А вот я знаю кое-кого похуже Кхембридж, — раздался голос с порога. В комнату с надутым видом вошла младшая сестра Рона. — Привет, Гарри.
— Что это с тобой? — спросил Рон.
— Она, — со значением произнесла Джинни и плюхнулась на кровать Гарри. — Совсем меня довела.
— Что она еще вытворила? — сочувственно поинтересовалась Гермиона.
— Так со мной разговаривает — можно подумать, мне три года!
— Ясно, — Гермиона понизила голос. — Она такая самодовольная.
Гарри был потрясен тем, как они говорят о миссис Уэсли, поэтому не удивился, когда Рона сердито бросил:
— Слушайте, дамы, вы можете забыть о ней хоть на пять секунд?
— Давай, давай, защищай, — огрызнулась Джинни. — Мы прекрасно знаем, как ты от нее тащишься.
И это о матери Рона? Гарри почувствовал, что чего-то не улавливает, и спросил:
— О ком вы…?
Ответ на свой вопрос он получил, даже не успев договорить. Дверь опять распахнулась, и Гарри инстинктивно натянул одеяло до самого подбородка, так резко, что Джинни с Гермионой свалились на пол.
На пороге стояла девушка такой ослепительной красоты, что в комнате сразу образовался звенящий вакуум. Девушка была высокая, стройная, с длинными светлыми волосами; казалось, от нее исходит легкое серебристое свечение. В довершение ко всему прекрасное виденье держало в руках поднос, нагруженный едой.
— Харри! Сколько же ми не вьиделись! — сказала красавица грудным голосом и, переступив порог, бросилась к нему. За ее спиной обнаружилась очень недовольная миссис Уэсли.
— Зачем было тащить поднос, я сама могла отнести!
— Мне совсьем не тгудно, — ответила Флер Делакер, поставила поднос Гарри на колени и кинулась целовать его в обе щеки: он почувствовал, как вспыхнули те места, которых коснулись ее губы. — Я же мьечтала его снова увьидеть. Харри, помнишь мою сьестгу, Габгиэль? Она только и твегдит, что пго Харри Поттега. Она будьет счастлива увьидеть тебя снова.
— А! Она тоже здесь? — срывающимся голосом спросил Гарри.
— Что ты, что ты, глюпыш, — звонко, как колокольчик, рассмеялась Флер. — Я пго сльедующее льето, когда ми…но, кажется, ти ничьего не знаешь?
Ее огромные голубые глаза расширились, и она с укором поглядела на миссис Уэсли. Та пробормотала:
— Мы не успели ему рассказать.
Флер, откинув назад длинные серебристые волосы — они хлестнули миссис Уэсли по лицу — повернулась к Гарри:
— Ми с Бьиллом собьигаемся пожьениться!
— А-а, — без выражения произнес Гарри. Он не мог не заметить, что миссис Уэсли, Гермиона и Джинни упорно избегают смотреть друг на друга. — Здорово. Э-э… Поздравляю!
Флер порывисто наклонилась и снова поцеловала его.
— Бьилл сьечас очень заньят, очень много хаботает, а я всьего льишь на полставки в «Гхинготсе» хади англьиского, поэтому он пгивез меня сьюда на пагу дней познакомиться с семьей как сльедует. Я так хада, что ты пгиехаль — здесь особенно нечего делать, если не увлекаешься готовкой и ципльятами! Ну… пгиятного аппетита, Харри!
С этими словами Флер грациозно развернулась и выплыла из комнаты, тихо притворив за собой дверь.
Миссис Уэсли издала какой-то странный звук вроде: «Тца!»
— Мама ее терпеть не может, — тихо сообщила Джинни.
— Ничего подобного! — резким шепотом возразила миссис Уэсли. — Просто мне кажется, что они поторопились с помолвкой, вот и все!
— Они знакомы целый год, — сказал Рон. Он сидел с очумелым видом и таращился на закрытую дверь.
— Это очень небольшой срок! Я, конечно, понимаю, в чем дело — нестабильность! Сами-Знаете-Кто вернулся, люди боятся, что в любую минуту могут погибнуть, вот и принимают скоропалительные решения, когда прежде сто раз бы подумали. Прошлый раз было то же самое, люди женились напрополую…
— В том числе и вы с папой, — хитро заметила Джинни.
— И что? Мы с вашим отцом созданы друг для друга, чего нам было дожидаться? — ответила миссис Уэсли. — А вот Билл и Флер… х-м-м… что у них общего? Он простой, работящий человек, а она…
— Кукла, — согласно кивнула Джинни. — Только наш Билл не такой уж простой. Он ведь работает съемщиком заклятий, так? Значит, где-то, в чем-то, любит авантюры, риск, блеск… Потому и увлекся своей Флеркой-Хлоркой.
Гарри с Гермионой расхохотались, а миссис Уэсли строго сказала: