Страница 9 из 102
— С кем?
— Ни… ни с кем.
— Правда? — переспросил Митос, делая шаг вперед.
МакЛауд непроизвольно попятился и уперся спиной в стену. Митос подошел к нему почти вплотную, глядя с непонятным выражением.
— Ты, похоже, еще глупее, чем я думал сначала.
— Митос, я не…
— Потому что иначе ты не стал бы воображать, будто можешь меня обмануть, — прежним бархатисто-ровным тоном произнес Митос.
Он поднял руку и провел по щеке МакЛауда всей ладонью. Тот вздрогнул, но не попытался отстраниться.
— Так о чем вы с ней говорили?
— Но я не понимаю…
Рука Митоса соскользнула с лица МакЛауда и с неожиданной силой сдавила ему горло. МакЛауд вцепился в его запястье, тщетно пытаясь вырваться.
— Неприятно, правда? — холодно произнес Митос, впечатывая МакЛауда затылком в стену. — Надеюсь, ты понимаешь, что я могу сделать и намного хуже? Тебе было четко сказано — никаких встреч, никаких разговоров с Кассандрой! Мне плевать, о чем она с тобой говорила. Достаточно того, что ты с ней встречался. Нарушишь запрет снова — пеняй на себя.
Он разжал пальцы, посмотрел, как МакЛауд судорожно глотает воздух. Потом повернулся и ушел, подчеркнуто аккуратно притворив за собой дверь.
МакЛауд, опираясь о стену, нетвердо шагнул к кровати. Сел. В мыслях у него творился полный сумбур. Отодвигая эмоции, помнилось лицо Митоса. Спокойное. Даже равнодушное. И такие же глаза — как у человека, занятого скучной работой. И голос.
Ему снова стало нехорошо при мысли, что этот человек действительно мог сделать намного хуже, с тем же выражением скуки на лице. А при том, что сказала Кассандра…
Палач тоже называет свое занятие работой.
…Просто сидеть в спальне и придумывать всякие ужасы ему наскучило быстро. В конце концов, ничего особо страшного еще не произошло. Митос просто в очередной раз его припугнул. Так ради чего себя изводить? Тем более что следовало подумать и об ужине.
МакЛауд спустился вниз. В обеих гостиных было пусто, дверь в кабинет хозяина оказалась закрыта. Митос был либо там, либо у себя в спальне.
Постаравшись отогнать все мысли, не относящиеся к еде, МакЛауд направился в кухню.
Работа увлекла его по-настоящему. МакЛауд поймал себя даже на том, что начал мурлыкать под нос какую-то мелодию. Взглянув на таймер, он решил, что в ближайшие пять минут ничего делать не нужно, и повернулся к двери.
Митос стоял на пороге.
Первой мыслью было — сколько же времени он здесь? И как нужно было увлечься, чтобы не почувствовать взгляда?
— Пахнет вкусно, — заметил Митос, входя в кухню. — Мне всегда нравилась твоя стряпня.
Он неторопливо уселся на стул за обеденным столом, подпер голову рукой и лукаво глянул на МакЛауда.
— А судя по твоему виду, все уже убежало, пригорело и вообще пересолено. Сядь, Дункан, не стой столбом.
МакЛауд, ошарашенный его непринужденным тоном, тоже сел за стол — слева от Митоса. Тот, прищурившись, посмотрел на него, потом спросил:
— И не надоело тебе воевать с призраками, Дункан?
— В каком смысле? — насторожился МакЛауд.
— В самом прямом, — Митос вздохнул. — У тебя же на лице все написано… Я еще ничего не сказал, а ты уже ощетинился.
— Кто бы говорил, — тоскливо усмехнулся МакЛауд. — Когда каждую минуту ждешь пинка…
— А почему ты каждую минуту ждешь пинка?
МакЛауд удивленно вскинулся, но Митос был вполне серьезен.
— Что ты сделал, чтобы заслужить этот пинок? Снова ослушался какого-то запрета?
— Н-нет, но…
В это момент раздался писк таймера, и МакЛауд, вскочив, направился к духовке, про себя радуясь возможности потянуть с ответом на странный вопрос и надеясь, что не даст этим того самого повода для пинка. Митос молча наблюдал, как он накрывает на стол.
Ужин прошел в молчании. Только оставив тарелку, Митос вновь заговорил:
— Так как насчет моего вопроса?
— Насчет ожидания пинка?
— Нет, насчет войны с призраками.
— Я воюю не с призраками, — произнес МакЛауд, глядя в стол. — И я тебе не верю. Если ты хотел мне помочь… если бы хотел… ты не стал бы поступать со мной вот так.
— Ну да, — хмыкнул Митос. — Ты все еще полагаешь свободу высшим благом. Тебе не приходит в голову, что иногда нужно просто подчиниться обстоятельствам, немного поплыть по течению?
— Как ты с Кроносом? — тихо, но упрямо проговорил МакЛауд.
— Причем здесь Кронос? — устало сказал Митос. — Ты не знал его. И даже не представляешь, по краю какой пропасти ходил… Ну, теперь уже все равно.
Он встал и бросил на стол салфетку.
— За ужин спасибо. Давно не ел так вкусно. А над моими словами подумай… Сейчас тебе это должно удаваться лучше, чем пару дней назад.
МакЛауд проводил его взглядом и с тяжелым вздохом опустил голову на руки.
Что это, демонстрация политики кнута и пряника? Под плохое настроение ударить, под хорошее — приласкать? Но зачем?..
Лучше бы все оставалось как было!
*
Митос ушел в кабинет и тщательно закрыл за собой двери. Сел за стол. Еще раз припомнил ужин и разговор.
Нет, первоначально подобные нежности в его планы не входили. Но за короткое время своего «рабовладения» он успел понять, что роль сурового господина ему не выдержать. Не с МакЛаудом. Пришлось немного пересмотреть тактику — нужно заставить упрямого шотландца сомневаться, смущаться, теряться в догадках.
Интересно, чего ему наговорила Кассандра? Снова обещала помочь, вытащить из переделки? Освободить от власти бессовестного чудовища?
Одно она могла сказать наверняка: такого рода связь должна быть чем-то скреплена, согласно старым легендам. МакЛауд сейчас, вероятно, ждет от него каких-то действий, насилия в той или иной форме. Это и означала фраза насчет «ждать пинка».
Пусть ждет, если готов верить каждому слову этой ведьмы.
Митос встал и принялся ходить туда-сюда вдоль книжных стеллажей. Что бы ни говорила Кассандра, сейчас ни в каких силовых приемах нужды нет. Он припугнул МакЛауда, но дальше угроз заходить пока что не собирался. И не знал, будет ли способен зайти дальше.
Но Кассандра оставалась величиной неизвестной и вполне могла попытаться, что называется, отбить у него МакЛауда. Вряд ли это ей удастся, но, если связь будет нарушена, хотя бы частично, для ее восстановления пары пощечин будет маловато.
Митос вновь сел за стол и придвинул к себе ноутбук. Сегодняшний рассказ Ника Вольфа о поисках Крамера навел его на одну идею, которую следовало проверить. И чем скорее, тем лучше.
*
Следующий день прошел без приключений.
МакЛауд, не желая испытывать судьбу, решил никуда не выходить из дома. Митос сразу после завтрака ушел и вернулся только к вечеру. МакЛауду было все равно, где он пропадал и что делал.
Жуткие намеки Кассандры сбываться не спешили. Митос вернулся домой усталый и встревоженный, сразу заперся в кабинете и вышел только к ужину. За едой выглядел тоже встревоженным и задумчивым.
МакЛауд, подумав, решился задать вопрос:
— Митос, что-то случилось?
— Да, случилось, — отозвался тот, глядя в тарелку. — Сегодня была попытка нападения на Маркуса Константина.
МакЛауд невольно выпрямился:
— Как? Кто?
— Не знаю.
— Но… — начал МакЛауд. — Послушай, в конце концов, я не могу отсиживаться здесь, когда такое творится!
— И можешь, и будешь отсиживаться.
— Но почему?
— Потому что я так хочу.
Неожиданное напоминание о том, на каких правах он находится в этом доме, заставило МакЛауда нахмуриться и опустить глаза. Митос продолжил:
— В конце концов, тебе не так уж и не повезло. Ты сейчас свободен от необходимости принимать решения и от ответственности за них. Попробуй расслабиться и обо всем как следует подумать. Или, — Митос поднял глаза и посмотрел на МакЛауда, — может быть, ты все еще считаешь рассказы о генераторе бредом? Или думаешь, что за всем этим стою я?
Вопрос застал МакЛауда врасплох. То есть в реальность генератора он верил, но…