Страница 4 из 27
Несгибаемое сопротивление здорового рассудка происходящему кошмару пробудило древнейший инстинкт выживания. Словно подброшенная внезапно распрямившейся внутренней пружиной, Фреда вскинула руки и, вцепившись монстру в плечи, врезала ему коленом промеж ног. Увы, удар получился совсем не такой сильный, как хотелось бы, или у ублюдка, кем бы он ни был, яйца оказались стальные. Белоглазый Кошмар не ослабил хватку, не согнулся пополам, хватаясь за свое драгоценное хозяйство, он даже не перестал чавкать, присосавшись к ее шее. Лишь слегка качнувшись, недовольно рыкнул и сильнее придавил свою жертву к стене, а Фреда мгновенно рухнула камнем на дно океана страха и отчаяния, мысленно прощаясь с жизнью.
Но вдруг осознала – что-то изменилось.
Маньяк перестал чавкать, в горле его отвратно забулькало. Он медленно отстранился, отступил на шаг, глаза, похожие на кусочки льда, потрясено уставились на жертву. Обеими руками маньяк теперь обхватывал собственное горло.
Фреда ничего не понимала, от ужаса окончательно утратив ощущение реальности. Видела только одно – бледное лицо выродка испачкано кровью. Ее кровью! Извращенец в самом деле укусил ее и пил кровь!
Потрясенная Фредерика какое-то время во все глаза смотрела на него, хватая ртом воздух, но, внезапно сбросив оцепенение, рванула к лестнице, ведущей наверх.
Едва она прыжком достигла лестницы, как наверху выросла огромная фигура, заслоняя свет и перекрывая проем от стены до стены. Фреда в запредельной панике отшатнулась, отступая назад, оглянулась, лихорадочно ища пути спасения, и снова увидела Белоглазого. Он так и стоял на месте, поднеся руки к своему горлу, все с тем же ошеломленным выражением на бледной, окровавленной морде. И прямо на глазах его лицо, походившее на сюрреалистическую маску, вдруг стало искажаться. Оно неравномерно раздувалось и опадало, словно закипало изнутри, под бледной кожей отчетливо проступили вены, из носа и глаз поползли темные струйки, полосками расчертившие исковерканный облик. Монстр захрипел и нелепо задергался всем телом, глаза его почти вылезли из орбит, а измазанный кровью рот он открыл так широко, что стал похож на персонажа картины Мунка.
Фреда оцепенела, забыв о спасении, когда Белоглазый с кошмарным звуком изверг из зияющей дыры, в которую превратился его рот, поток темной крови, обдав ею девушку с ног до головы.
Фредерика, несмотря на пораненное горло, заорала во всю мощь легких. Крик отразился от стен и, многократно усиленный, вернулся в ее же уши. Почти оглохнув от собственного вопля, она затряслась как в лихорадке, ноги ее подогнулись.
Резкая боль прожгла голову, словно на мозг внезапно плеснули крутым кипятком, и перед тем как все померкло, она увидела, что Белоглазый последний раз содрогнулся всем телом и... лопнул, превратившись в жуткий фейерверк из ошметков плоти и потоков крови.