Страница 20 из 106
Наплевать бы на все, подкараулить Мишеля в темном переулке и убить. А что, может, так и сделаю. Я же уже перестану быть атли, и они не обязаны будут отвечать за мои бесчинства.
Глеб уснул ближе к утру. Раскинулся на всю кровать, периодически удушающе накрывал меня руками — устала сбрасывать и перекладываться на другую сторону. Потом забила и встала. В окно светила луна — еще не полная, но уже с округлыми боками, налитая и белесая. Одна среди неба, усыпанного далекими звездами. Не символично ли?
Не стоит об этом думать. Лучше подумать о чем-то приятном, например, о еде. Спуститься на кухню и поужинать. Вернее, уже позавтракать. Желудок безбожно урчал, требуя компенсацию за потраченные на нервотрепку калории.
Заморачиваться я не стала — приготовила бутерброды и чай. Решила поесть у себя, на пустой кухне атли совсем уныло, а в комнате можно включить тихо телек и дожить до утра. Думать и что-то решать категорически не хотелось, и я отложила до рассвета.
В гостиной было темно, лишь огонь в камине отбрасывал тени на ковер. Я продвигалась осторожно, стараясь не задеть мебель. Впрочем, я слишком хорошо знала дом и могла не бояться свалить какую-нибудь вазу.
— Ты не очень уважительна к своему вождю, — раздался низкий хрипловатый голос из глубины гостиной, и от неожиданности я споткнулась о ступеньку и чуть не выронила поднос.
Обернулась. Из темноты вынырнула фигура, и я узнала сегодняшнего незнакомца. Того, с жуткими глазами.
— Я — Эрик, — ни капли не смутившись, представился он, — брат Дарьи.
Ну да, схожесть прослеживается. Тоже блондин, правда, в отличие от сестры, в солярий явно не ходит. Довольно хорош собой. Не смазлив, но колоритен. До безобразия высок. Наверное, чтобы смотреть ему в лицо, находясь рядом, мне пришлось бы запрокидывать голову.
Беспросветно наглый. Вгляд насмешливый, прямой. Подбородок с глубокой ямочкой вздернут, руки спрятаны в карманы широких светлых брюк.
А еще рядом с ним чувствовалась легкая угроза — сразу становилось понятно, что лучше иметь такого в числе друзей, чем враждовать.
Впрочем, дружить с Эриком я точно не собиралась.
— Очень неприлично вот так пугать людей, — строго сказала я и крепче обняла поднос.
— Я напугал тебя? Извини, не хотел.
Он еще и смеется надо мной! Невиданная наглость. Жаль, у меня не то настроение для полемики.
— Да, я так и подумала, — едко ответила я и отвернулась. — Спокойной ночи.
— А ты злючка.
— Прости, что? — опешила я.
— В кабинете на Влада злилась, сейчас — на меня. Ты со всеми мужчинами такая колючая?
Я уже собралась ответить. Даже речь приготовила — о том, как нехорошо лезть не в свое дело. Не успела. Потому что чертовы видения всегда посещают внезапно. Я выронила поднос и оступилась, пытаясь схватиться за поручень, но он коварно выскользнул из рук.
Я захожу домой, и тянусь к выключателю, чтобы включить свет. Вспышка на миг ослепляет, а через секунду я понимаю, что в квартире не одна. Тут же замираю, а из глубины на меня смотрят пугающие, глубокие глаза. Человек в белом плаще шагает ко мне, я отступаю, пытаюсь закричать, но тщетно — голосовые связки парализовало. Сзади чьи-то руки толкают меня вперед — к страшному человеку с темными волосами. Он молча подходит и накидывает мне на плечи плащ. А дальше — пустота.
Голова безбожно болела, и я осторожно открыла один глаз.
Жива. Даже сижу на чем-то мягком, кажется, на диване. Кто-то заботливо сжимает мои плечи. Кто-то теплый, крепкий, становится надежно в этих объятиях…
— Ты в порядке? — спросил Эрик, и на этот раз в голосе не было и намека на насмешку. — Ты чудом не упала с лестницы.
— Ммм… — только и смогла промычать я и уронила голову ему на плечо.
Черт, ну за что мне дар, от которого так больно? Не могла родиться целительницей, например, или, на худой конец, защитницей? Хотя нет, защитницей не хотелось быть. У меня на них в последнее время аллергия. Взаимная.
— Что, больно? — Эрик отстранил меня и пристально посмотрел в лицо.
Я кивнула и приложила ладонь ко лбу. Не помогло. Последствий видений вообще сложно избежать — даже таблетки не всегда помогают.
— Ты болеешь? Что это было вообще?
Я помотала головой и снова приоткрыла один глаз.
— У меня такое часто. После видений.
Эрик на секунду замер, затем выпустил меня и встал. Отошел на несколько шагов, затем резко развернулся.
— Ты — пророчица?
Я настороженно кивнула. Уже даже не рада была, что призналась. Мало ли, вдруг ему тоже понадобится моя кровь для ритуала. Кто их знает, этих мужчин?
Барт ведь предупреждал об опасности, а теперь, когда придется уйти, я буду совсем одна. Нужно быть осмотрительней.
Прозрачные глаза смотрели пристально, изучающе. Кожа покрылась мурашками, и я на всякий случай собралась, как учил Барт. Сольвейг должен быть наготове. Всегда. Это незыблемое правило нашего мира.
Я думала, Эрик будет расспрашивать о видении, но он просто спросил:
— У меня есть шанс тебя сманить?
Да уж, мастер неожиданностей нашелся! Но, наверное, мне хватит неожиданностей на сегодня. Несостоявшаяся казнь, ультиматум, Глеб еще со своей ясновидицей…
Я покачала головой.
— Нет.
— Жаль, — сказал он и снова отвернулся.
Оцепенение прошло, и я подумала, что он просто влиял на меня. Проверял на прочность, как когда-то Мирослав. Выдохнула с облегчением, но до конца прийти в себя не удалось.
— В вашем племени нет пророчицы? — спросила зачем-то.
— Нет. Не в каждом племени она есть, — отстраненно ответил Эрик, не поворачиваясь.
Затем сел в одно из дальних кресел и притих.
Я подняла поднос, тарелку и чашку, собрала остатки бутерброда и отнесла все на кухню. Есть перехотелось, так что решила и это отложить до утра. Выпила таблетку, оттерла пятно от чая с ковра на лестнице.
— Спокойной ночи, — пожелала как можно дружелюбнее, но Эрик не ответил.
Я поднялась к себе, упала на кровать, прижалась к Глебу и уснула без сновидений.
Глава 6. Яд
На следующий день я проснулась поздно. После видения остался неприятный осадок из тревоги и страха, и я терялась, говорить о нем Владу или нет. Как атли я должна сказать, но технически через два дня я буду уже не атли. К тому же, похоже, что видение касалось только меня, угрозы для других членов племени я не ощущала.
Да и с каких пор во мне развилось послушание? Обойдется. А то еще полезет решать мои проблемы, а у него это в последнее время получается неважно.
Глеба в комнате не было, и я примерно представляла, где он может быть. От этого по коже пробежал неприятный холодок, а сердце забилось гулко и тревожно. Надеюсь, он не станет тупить — даст этой Нике денег и посадит на автобус. Иначе… Нет, я даже думать боялась, что случится в этом случае.
Впрочем, на звонок Глеб ответил бодро и уверил, что с ним все в порядке. Что квартира освободится очень скоро, и мне не придется переживать. И вообще в будущем мне мало придется переживать о безопасности. А потом добавил, что Ника просит прощения за то, что у меня все так сложилось, и пророчит мне счастье.
Какие-то у ясновидицы неправильные видения. Или у них не видения вовсе? Интересно, как они предсказывают? Нужно было расспросить Егора.
При воспоминании о мальчике стало грустно. Жаль, что ему нельзя помочь, излечить. Это хищным просто — даже человеческие болезни могут вылечить целители. Да и болеем мы намного реже, чем люди и, как оказалось, ясновидцы. Может, и справедливо, что есть такие, как Гектор и Ника? Только вот хищным нужно питаться. Где еще найти кен, чтобы выжить?
Мы с Глебом договорились, что я приеду в обед. Мне и самой любопытно было познакомиться с девушкой, которая так его затронула, что он готов рискнуть многим. Впрочем, это же Глеб, для него жизнь без риска — не жизнь. Адреналиновый наркоман, я всегда это знала.