Страница 21 из 106
Поутру желудок вообще неистовствовал — безбожно урчал, напоминая, что вчера в него ничего так и не положили. Да уж, ночка еще та. И гости у атли странные. Может, и лучше, что я ухожу — еще одного желающего иметь пророчицу я просто не выдержу.
Поживу одна, попробую, ведь Дэн как-то это делает. К тому же, я всегда смогу вернуться к Барту, если захочу. Прорвемся!
На кухне было многолюдно. Лара о чем-то сосредоточенно шепталась с Кириллом, а когда я вошла, замолчала и принялась ковырять еду в тарелке. Кирилл грустно улыбнулся мне и предложил кофе. Вот по кому точно буду скучать в атли. По нему и по Глебу. И уж точно не по Рите — периодически вздыхая, сестра присела рядом и гладила меня по спине. Ничего не говорила, сказать, видимо, было нечего. Все же мое решение уйти было напрямую связано с жизнью ее ненаглядного братца.
Катя прожигала меня ненавидящим взглядом, а Лина наоборот смотрела виновато, словно была причиной моего ухода.
Она не была. Теперь ей предстоит испытать все на себе — вещие сны, видения, головную боль. Интересно, а у меня пройдет? Ведь у непосвященных дар не проявляется. Хорошо бы прошло, и остался лишь дар сольвейга — он намного полезнее в критических ситуациях.
В общем, завтрак прошел в нервной обстановке. Я съела омлет с колбасой, что заботливо приготовил Кирилл. Повар из него был так себе, у брата явно получалось лучше. Но с братом ему теперь общаться нельзя — такая ирония. Зато мне будет можно после изгнания. Искушение высказать в лицо все, что думаю о Филиппе, было сильным, но я понимала, что это ничего не даст. Он долго к этому шел, использовал все, что имел под рукой. Что даст моя горячная речь? Совесть у него точно не проснется.
Собралась я быстро — приняла душ и переоделась. Благо, почти все мои вещи остались тут — возвращаться за ними после событий в Будапеште я не стала, а сейчас вот пригодились.
Хотела выскользнуть из дома незаметно, но не вышло — у самой двери наткнулась на входящих Влада и Дашу.
Девушка действительно была красивой — вчера не удалось ее хорошо рассмотреть, не до того было. А сегодня я не могла не признать, что она действительно хороша собой. Заметная схожесть с Эриком тут же испарилась — несмотря на общие внешние черты, Даша была до беспредела женственной, с мягкими плавными движениями, теплой улыбкой и сияющим взглядом. Одевалась так, как я никогда не умела — ярко и элегантно. В общем, была из тех женщин, с которыми Влад крутил романы.
Интересно, что он во мне нашел-то? Кен сольвейга? Сомнительное удовольствие.
Хорошо, что у нас ничего не вышло — слишком мы разные. Жертвовать любимыми джинсами и кедами я точно не готова.
— Привет, — тепло улыбнулась она и протянула руку. — Мы вчера не успели познакомиться. Я — Даша.
Да уж, вчера нам было не до этого, подумалось мне, и я пожала теплую ладонь защитницы. Даже странно, что она ко мне благосклонна. Наверное, антипатия проявится при более близком общении — у меня со всеми защитницами так. Разве что Лара возненавидела меня почти с первого дня. Но у нее была веская причина — проклятие.
— Полина, — представилась я.
— Знаю, — дружелюбно ответила она и нахально потащила меня на диван. Нет, пожалуй, я погорячилась — сходство с братом прослеживается. Я вообще-то уходить собиралась! К Глебу. А не общаться тут со всякими…
Я недовольно покосилась на Влада, но он лишь пожал плечами. Выглядел сегодня получше, мне даже обидно стало. Нужно было дать Марку помучить его подольше. Ведь ничего же не осознал! Хотя это не лечится.
— Охотники — беспредельщики! — зло заявила Даша, участливо сжимая мою ладонь. Вцепилась в нее, как в трофей, и отпускать не торопилась. — Но им недолго осталось править.
— Все это говорят, — с сарказмом возразила я. — И, тем не менее, некоторые все еще попадают в пыточную.
Я многозначительно посмотрела на Влада, и он поморщился.
— У Мишеля ко мне личная неприязнь, и ты это знаешь, — сердито буркнул он.
— Ну, он тут главный — вот и рулит, как умеет. Звездной болезнью, знаешь ли, не только вожди хищных страдают.
— Он передумает, — уверенно сказала Даша. — После общения с моим братом многие охотники меняли решения.
— Вот не думаю, что стоит вмешивать в дела атли твоего брата, — поморщилась я, вспомнив пронзительный, ледяной взгляд. — Только подставится. Уверена, Альрик ошивается совсем близко, а он любитель красивых шоу.
— Да, не стоит вмешивать Эрика, — согласился Влад. — Я сам все решу.
— Все уже решено. — Я осторожно высвободила руку и поднялась. — Мне нужно в город, к Глебу.
— Странно, что он уехал, — подозрительно прищурился Влад. — Даже не высказал мне. На него не похоже.
— У Глеба есть дела поважнее, чем ругаться с тобой, — съязвила я и направилась к двери.
— Вернешься сегодня? — настиг у выхода вопрос.
Я с шумом выдохнула и вышла, не удостоив Влада ответом.
В городе была через сорок минут — поехала на автобусе, как в старые добрые времена. Пялилась в окно на мокрый, густой снег, липнувший к стеклу. На голые, спящие деревья, на низкое небо с волокнистыми, пухлыми тучами, грозно нависающими над дремлющими полями.
Глеб открыл почти сразу, и я тут же увидела ее. Ника сидела на диване, сложив ладони на коленях, и казалась смущенной. Когда я вошла, поднялась и покосилась на Глеба.
— Все хорошо, — сказал он тихо, закрывая за мной дверь. — Полина никому не скажет.
— Мишель помешан на ней, — возразила Ника. — Может следить.
— В эти три дня он не станет, — уверила я. — А потом глаз не спустит. — Повернулась к Глебу. — Что вы собираетесь делать?
— Увезу ее в Елец — там никто искать не станет.
— А если найдут, тебя будут судить!
— Не найдут, — упрямо произнес он. — Никто не свяжет ее со мной. Влада проверят, конечно, и успокоятся. К тому же у Мишеля будут проблемы посерьезнее Ники.
— Вот как? И какие же?
Девушка предусмотрительно удалилась на кухню, оставив нас с Глебом наедине. По-хозяйски зазвенела посудой, включила плиту. Интуитивно Ника нравилась мне, но тревога за Глеба не утихала. Теперь, когда нам нельзя будет общаться, как я смогу присматривать за ним?
— Эрик Стейнмод, — ответил тем временим Глеб. — Он оторванный вообще. И охотников ненавидит. Уверен, Эрик не в восторге, что в его городе творится беспредел.
— В его городе? — удивилась я. — Ого! А Влад слышал, что ты так отзываешься о его территории?
Глеб пожал плечами.
— Влад знал, что однажды они вернутся — тут же источник силы скади. Хотя, поговаривают, Эрик создал еще один — в Лондоне. Но все же здесь их родина. А Даша с Владом так вообще неразлейвода. С детства. Ну, собственно, мы с Владом поделили их — пока Влад тусил с Дашкой, мы с Эриком отрывались по-взрослому. За что и выгребали от родителей. — Глеб улыбнулся. — Отличные были времена!
— Я думала, ты отрывался с Владом, — проворчала я. — Разве не он был твоим лучшим другом?
— Ну… он был. До определенного момента. Зато потом Эрик очень поддержал меня, буквально вытащил — ты же знаешь, как я на все реагирую. Дашка постоянно за Владом таскалась, как хвостик. Мы еще шутили, что когда они повзрослеют, обязательно первым делом поедут к очагу — венчаться. Детские шуточки, в общем… Эрику было семнадцать, когда их отца, Эдмунда, убил охотник. Тогда ему крышу и сорвало. Как говорится, сила есть — ума не надо. Эрик отыскал того древнего и прибил. Подробностей не знаю, но Влад говорил, что смерть была не очень… эстетичной. А через год после гибели их отца, Божена, их мать, тоже умерла. Загадочно. Говорили, есть ритуал, который позволяет отыскать человека в новых воплощениях, хельзе или где он там оказывается. Только сам ты тоже того. — Глеб провел большим пальцем по горлу. — Как бы там ни было, она уснула и не проснулась, а через несколько месяцев Эрик распустил скади, и они уехали.
— Грустная история, — пробормотала я. — Это к ним ты ездил в Лондон за ножом?
Глеб кивнул.
— Со скади мы, по сути, не прекращали общаться. Я с Эриком редко, а вот Влад с Дашкой, насколько знаю, так и остались близки.