Страница 329 из 433
От этого описания Жаклин сделалось дурно. Она сглотнула и чуть притормозила.
— Не переживайте, Жаклин, — оценив её состояние, поспешил подбодрить девушку Кирк, открывая перед ней дверь очередного коридора. — Парень занимался боксом много лет. Для него такие удары – далеко не новость. Просто, скорее всего, вмешалось осложнение. А этот... нападавший либо действительно сильно влюблён в эту девушку, либо не знал, что Александр ещё и боксирует, либо просто глупец, потому что, по словам тренера, пока он подоспел, мой племянник парой ударов так отделал этому лоху лицо... — Кирк иронично усмехнулся и гордо покачал головой. — Бедолаге на лоб три шва наложили.
— Д-д-д-а-а-а... — «проблеяла» сама не своя девушка. В мире дядюшки с его коллегами и Чарльза с его бумагами с таким взаимным членовредительством ей сталкиваться не приходилось. — Я видела сбитые костяшки у него на руках. — Жаклин очень хотелось, чтобы Кирк ей что-нибудь сказал напутственное по поводу их с Александром дальнейшей совместной жизни, но мужчина молчал.
Александр лежал в кровати всё в той же позе и той же футболке, накрытый по грудь одеялом. В руках у него был айфон, в котором он что-то не то читал, не то писал. Увидев гостей, юноша обрадовался и заулыбался.
В присутствии Кирка Жаклин постеснялась даже приблизиться к парню. Пропустив мужчину вперёд, она остановилась на пороге.
— Джентльмены, у вас пять минут. На большее я вряд ли уговорю медсестру.
— Спасибо большое, — ребячливо-громко крикнул ей со своего места Александр.
— Благодарю. Этого вполне достаточно, — на ходу развернулся к ней Кирк.
И девушка вышла из палаты. Она прошла на пост медсестёр, чтобы честно предупредить, что привела с собой посетителя к пациенту — своему почти что родственнику — и он там пробудет около пяти минут.
Сестра, сидевшая на посту в углублении коридора за загородкой, спросила появившегося доктора: откуда она, и когда Жаклин ответила, что из приёмного покоя, женщина принялась рыться в бумагах и листочках.
— Можно Вас попросить отнести на приём заверенные списки больных нашего отделения? — протянула она девушке файл с бумагами. — Нужно было сделать это утром, но после каникул первый понедельник – это просто кошмар какой-то, — женщина покачала головой. — От вас нам уже звонили.
— Хорошо. Я отнесу, — пообещала Жаклин, поскольку сама просила об услуге.
Проговорив с сестрой ещё о докторе Верстере – та его очень хвалила, говорила, что это один из самых лучших опытных врачей отделения – Жаклин посмотрела на часы на стене позади женщины и, попрощавшись, направилась в палату Алекса за Кирком. Она на ходу сворачивала в руке файл с данными, которые ей дала медсестра, и взглянула на дверь палаты её любимого пациента, только чтобы не врезаться в косяк.
Лучше бы она врезалась в косяк. Или косяк врезался в неё. Лучше бы ей никогда не встречать этого мальчика с глазами-«тюльпанами» прекрасного как сама любовь. Лучше бы ей не становиться врачом, а выучиться, например, на менеджера по туризму. Лучше бы ей никогда не рождаться на этой планете под странным названием Земля, лучше бы...
Картина, представшая её взору, была сродни вот той самой гематоме, которую она увидела сегодня на животе этого юноши. Это было как нож в спину, как удар под дых, как огромный, шарообразный комок боли, повисший по центру пространства этой комнаты с бежевыми стенами.
Кирк целовал Александр в губы затяжным, сильным поцелуем. Парень не отвечал ему, но выражение его лица, его мимика говорили о привычности происходящего для него.
Девушка рванула с порога как пуля, под громкое: