Страница 309 из 433
— По боксу. — Боксёр равнодушно пожал плечами. — В школе я любил соревнования. У меня там есть и за первые места, и за третьи. И медали такие... детские, — парень сделал движения рукой, будто вкручивал электрическую лампочку. — Я занимался боксом, пока отец разрешал, — он отвернулся в окно опять. — Мать не хотела с ним ругаться постоянно, поэтому мирилась с моими подбитыми глазами и рассеченными губами. А потом отца не стало, и она тут же первым делом запретила бокс. Но... но это в прошлом, — Александр повернулся к девушке. — Я бокс не бросал и бросать не собираюсь. А какие у тебя отношения со спортом?
— Нууу... у нас с ним, так скажем... взаимное игнорирование, — засмущалась та.
Так за разговорами они подъехали к станции Rye в районе Peckham.
— И как называется паб? — Алекс оглядел перрон в поисках выхода.
— Идём сюда, — взяла его за руку Жак и потянула в обход навеса над перроном. — Паб называется «Слон и сигара». Когда-то здесь были пастбища за стенами города, и на них разбивали свои шатры бродячие цирки и кукольные театры, — оглядела девушка типичный жилой район Лондона с длинными узкими улочками и двухэтажными домами, — церковь не пускала их в город.
— Ты сама здесь часто бывала?
— У-у, — покачала головой Жаклин. — Только два раза. В Университете я о нём не знала. Меня сюда привела моя подруга Мара из седьмого госпиталя в Челси. Её компания любит здесь бывать, и меня пару раз брали с собой.
Они шли по улице, которая и впрямь очень напоминала сельскую местность – асфальт не везде был оформлен бордюром, заборы палисадников попадались и из дерева, а не только из камня, далеко не все двери подъездов «осчастливили» домофонами – в общем, только что петухи не кукарекали.
— Нам туда, — кивнула подбородком Жаклин на угловой дом на пересечении дорог.
«Elephant&cigar» гласила надпись, как и положено, золотыми буквами на сером фоне, между первым и вторым этажами. Второй этаж, скорее всего, когда-то, очень давно, покрасили в желтый цвет, но в таком климате это следовало бы делать чуть чаще – вымытая дождями и обшарпанная ветрами стена выглядела не старинной как, скорее всего, должна была, а просто бедной. А вот первый этаж, отделанный грубым морёным дубом, смотрелся вполне себе респектабельно, солидно и с претензией на историчность. Английский колорит подчёркивали узкие, высокие окна с рамами «плитка шоколада», если не учитывать того, что сама плитка шоколада здесь вторична – именно по образу и подобию «клетчатых» окон английских пабов и был когда-то придуман рисунок формовки этого кондитерского изделия из какао-бобов.
Внутри «Elephant&cigar» оказался стандартным английским пабом: дерево, от пола до потолка полированное тысячами и тысячами касаний рук и одежды, на барной стойке – шеренга кранов пива, позади – стена, уставленная алкоголем, в зале – массивные деревянные столы с лавками, с той лишь разницей, что здесь все они, без исключения, были круглыми. К тому же у паба предусматривался второй этаж на манер балконов в театре. Столики там отсутствовали, но зато вдоль всего периметра стены к ней приделали прилавок – традиционные места для тех, кто пришел сюда за уединением и не желает быть вовлечённым в общение.
На крохотной сцене у стены в согнутый микрофон уже пел какой-то гитарист. В противоположном углу под потолком висел огромный телевизор, который в этой старине и традициях смотрелся каким-то гостем из будущего. Во время важных, судьбоносных матчей по футболу этот паб, как и тысячи других по всей Великобритании, неминуемо превращался в рассадник неконтролируемого, девиантного поведения. В глазах Жаклин примерно так должно было выглядеть празднество Врумалии* в Древнем Риме с вырванными клочками волос по полу, а так же лужами алкоголя и слёз: как радости, так и горя.
На улице ещё даже не стемнело, поэтому свободные места были в наличии – в зале сидело всего несколько компаний разной численности и качественного состава. Но поскольку вокруг каждого столика имелось по пять стульев, которые с течением вечера скорей всего, будут заняты, парочка решила приземлиться за самой барной стойкой. Александр заказал себе свинину горячего копчения, жареный картофель, маринованные томаты и виски, а Жаклин – солянку из капусты с картошкой, жареную камбалу и тоже хотела было заказать виски, но вглядевшись в меню, замерла.
— У них завезли шоколадное пиво! — воскликнула обрадовано девушка и подняла на Алекса горящий взгляд. — И пиво – Амаретто!
Услышав эти словосочетания, юноша сделал кислую мину.
— Фу. Шоколадное пиво. Бррр...
— Оу, а мне оно очень нравится, — ничуть не смутилась его реакцией девушка. — Его не часто можно встретить. В центре так его вообще сразу же выпивают.
— Что-то у меня есть некоторые сомнения по поводу того, что шоколадным пивом можно напиться.
— Ладно, напьюсь в другой раз, — не задумываясь и ни капли не огорчаясь, махнула рукой Жак и лучезарно улыбнулась.