Страница 308 из 433
— В Лондоне сбежать от большей массы туристов довольно просто – они в основном изучают и умеют пользоваться только метро. Поэтому, если хочешь обмануть их, пересаживайся на поезд. — Только лишь отойдя от магазина нижнего белья, девушка тут же свернула с Cromwell Street в какой-то совсем маленький переулок.
— Мы сейчас поедем на поезде? — показывал «высший пилотаж» логики Александр.
— Ты абсолютно прав, мой шотландский друг, — засмеялась англичанка, а он, получив такую ироничную реплику, притянул девушку к себе за шею и довольно сильно прижал. — Мы сейчас поедем на поезде с вокзала Виктория до станции Ржи. Это в Пекхэме, — продолжила она, отдирая его руку от себя. — Там есть один замечательный паб. Я уверена, он тебе понравится. Во-первых, в нём пиво в основном от небольших домашних пивоварен, а в Англии не бывает плохого домашнего пива, примерно как в Италии не бывает плохого «вино де ля каза» – домашнего вина, а во-вторых, там поют под гитары сами посетители. И что интересно, даже если не у всех хороший голос или слух, то всё равно, это так мило – слушать, как люди делают это просто так, в подарок.
— А еда там вкусная?
— Еда там обычная. Вообще, в Лондоне очень трудно найти плохой паб, с плохой едой и пивом, но и найти самый лучший практически невозможно. Его просто нет. Они все примерно одинаково хороши. В некоторые пабы люди ходят поколения подряд. Ну, я думаю, тебе это знакомо – у вас в Глазго так же бывает.
— Угу. А виски там какой?
— Разный, Александр. Виски там разный.
— Разный – это хорошо, — почесал себе щеку шотландец.
К поезду на вокзале Виктории Жаклин их провела не через главный вход и кассы, а сразу к автоматам северного перрона. Юноша купил билеты, после чего девушка взяла его за руку и как мама – ребёнка, повела к нужной платформе.
«Southern3.30» – горели на табло у входа на перрон название и время отправления маршрута. В принципе, поездка на городском поезде в Лондоне очень мало чем отличается от поездки в городском автобусе – за окном практически та же картинка и столь же частые остановки. Александр в дороге смотрел в окно примерно так же, как Жаклин изучала восточный хайлэндс за окном его Q7. Красивое лицо юноши излучало совершенно искреннее любопытство. Конечно же, в первую очередь его интересовали изменения в линейке марок машин, припаркованных у жилых домов, по мере удаления от центра, а многочисленные футбольные поля, проплывавшие мимо, он просто пожирал глазами. Жаклин не могла им не залюбоваться.
— Алекс... — отвлекла она его. И подождав, пока он «стряхнёт» с себя наваждение очередным овальным газоном для футбола, продолжила: — Дженни когда-нибудь тебя рисовала?
Юноша тут же «сверкнул» «тюльпанами», показывая, что его в очередной раз застали врасплох.
— Да, — он опять отвернулся в окно, но было видно, что его глаза улыбаются. — И много.
— У неё есть твои портреты?
— У неё целый альбом моих портретов. А кто, по-твоему, ещё мог бы ей позировать столько времени?
— У тебя хватало терпения ей позировать? — Жак в неверии покачала головой. Не складывалась у неё в голове картинка того, как МакЛарен стоит или сидит часами в роли натурщика.
— Нет, конечно. Я лежал на диване, допустим, что-нибудь учил, а она пристраивалась напротив, просила не шевелиться и принимала что-то там чёркать у себя на бумаге.
— Тебе нравилось, как она тебя изображала? — у Жаклин чуть слюнки не потекли от того, что у кого-то есть такой уважительный повод смотреть на него сколько понадобится.
— Не всегда, — красавец поморщился. — Она иногда меня изображала как-то так... — он полез рукой себе в волосы, — я даже не знаю. Таким рисункам нужно соответствовать. Примерно как сыграть в кино Иисуса Христа. А я не очень люблю, когда меня... идеализируют.
— Но ведь ты для неё... — Жаклин чуть замялась, — ну, по крайней мере, до тех пор пока не появилась я, был для неё очень хорошим братом. Почему бы ей тебя не приукрасить. А может, она тебя видит лучше, чем ты сам себя.
— Поэтому я оставил ей все эти её работы. Хотя некоторые очень хотелось выбросить. Да и труд её жалко. — С сожалением кривился юноша.
— Если она соберётся к нам в Оксфорд, пожалуйста, попроси её прихватить с собой этот альбом, — очень мягко и вежливо попросила Жаклин.
— Если Дженн будет у нас в Оксфорде, можешь даже не сомневаться, она начнёт рисовать тебя. Готовься! — Александр почесал скулу. — А Сулу мне уже заранее жаль. Дженн нарисовала всех собак, кошек и ёжиков всех своих подруг и соседей. У нас ничего этого не было, а изображать мои футбольные мячи, кубки и гантели ей быстро надоело.
— Кубки? У тебя есть кубки? Какие? — Заморгала девушка.