Страница 288 из 433
— Что-то мне уже страшно, — Александр взял девушку за руку (в другой руке он нёс её зонтик) и направился по Regent Street к Waterloo Place.
— Да нет, не бойся. Я же с тобой! Я три раза попадала внутрь оцепления. Живая как видишь.
— А почему только три раза? Ты ведь здесь училась шесть лет, — оглянулся парень на неё на ходу.
— Хи-хи... — хихикнула Жаклин, — в первый же Новый год, на первом курсе, мы с девчонками опоздали. Что-то долго собирались, потом зашли за одной подругой домой, и её мама долго не отпускала. Короче, опоздали. — Девушке пришлось на время замолчать, потому что они с парнем на ходу внедрились в громогласную толпу фанатов футбольного клуба «Арсенал», которых легко можно узнать по красным рюкзакам, шарфам и значкам с изображением старинной пушки – тот самый случай, когда глубокие переживания по поводу успехов любимой команды столь же глубоко пускают корни в жизнь людей, и даже «побочные» праздники, типа Нового года и Дня Рождения Монарха, они празднуют вместе. — Потом, на третьем курсе я летала к дядюшке в Нью-Йорк на Новый год, — продолжила Жак, когда «футболисты» проследовали дальше, обдав их напоследок запахом пива и парфюма. — Там у меня подруга живёт, Янина. Очень хорошая девушка — молодая дядюшкина коллега. Сейчас она вышла замуж и родила двоих детей. Мы иногда созваниваемся, но очень редко. А на последнем курсе я приболела и лежала в постели. Можно, было пойти, конечно, но мне уже как-то не очень хотелось.
Слово «постель» заставило парня слегка дёрнуться взглядом к её лицу. Он прищурился и улыбнулся каким-то своим мыслям. Бесенята в его глазах выстроились в позе низкого старта.
— А когда вы опоздали, вы не смотрели салют вообще?
— Нет, почему, смотрели. С Гвардейской площади. Но оттуда мне не очень понравилось, — поморщилась девушка и опять шмыгнула носом от холода.
— А где тебе понравилось? В постели? — улыбаясь, Александр крепко сжал её ладошку в своей, перешёл почти на шепот, на два-три тона ниже опустил голос и, наклонившись к лицу, чмокнул в кончик носа.
Бесенята в его глазах уже катались на своём чёртовом колесе в открытых люльках-корзинках и выбивали друг у друга красивые салюты искр из глаз подзатыльниками и тумаками.
— Пошляк, — вскинула подбородок девушка, но потом зыркнула на парня и засмеялась. — Александр, постарайся хотя бы сейчас не думать о сексе, — заговорщически шепнула она своему спутнику.
Тот наклонился к её ушку.
— Когда я с тобой рядом, у меня ощущение, что это не я думаю о сексе, это сам секс думает о тебе... — он выпрямился, — малыш. И так громко, что я глохну.
Жаклин подняла на него глаза, потом закатила их ещё выше и в отрицании покачала головой, скептически сжав губы.
— Интересно, что? — вернула она взгляд перед собой.
— Что он думает?
— Хотя... можешь не отвечать, мне плевать, что он обо мне думает, я о нём не думаю вообще! — и девушка опять с гордостью вздёрнула подбородок, довольная своей фразой. Вернее, не своей, но не важно.
— О-о-о-о! — тут же театрально схватился за сердце юноша рукой, на запястье которой висел зонтик. — Как ты можешь так говорить! И это после всего того, что между нами было! — в его глазах одни бесенята полезли на бортик люлек-корзинок, чтобы с горя выпрыгнуть и разбиться насмерть с такой высоты, а другие их удерживали и не пускали.
— Хорошо. Уговорил. — Жаклин медленно моргнула и кивнула, после чего опять скептически сжала губы. — Я так понимаю, после всего того, что между нами было, как честная девушка, я обязана на тебе жениться. Александр, выходи за меня замуж.
Парень расплылся в довольной улыбке.
«Как можно не быть счастливым рядом с девушкой, которая может тебя рассмешить?» — подумал он. Но вслух сказал другое.
— Ты делаешь мне предложение?
Жаклин кивнула.
— Угу. Делаю.
— Я должен подумать, — отогнув мизинчик на руке с зонтиком, кокетливо пропел юноша.
— Пфф... а чего тут думать! Обо мне сам секс думает, а ты «подумать». Соглашайся. И побыстрее — сразу же после Нового года я зашлю к Кирку подружек жениха на предмет помолвки.
— А кольцо! — теперь голос Александр взлетел на пару октав выше обычного. — У тебя нет кольца! А я хочу с брильянтиком!
— Сколько?
— Чего «сколько»? — чуть ли не басом поинтересовался юноша.
— Карат, говорю, сколько?
— Оу, карат, — Александр выпятил грудь колесом, как бы символизируя превращение себя в женщину, сложил губы в кокетливый бантик и старательно захлопал ресницами. — А сколько нужно, чтобы Пэрис Хилтон удавилась от зависти?