Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 205 из 256

– Поле Памяти. Одно из полей. Помимо прочего, то есть Цветности, Светности и Стихийности, у бродяги есть наращиваемые оболочки. Они вроде щитов и формируются из воспоминаний. Кстати, это связано с испытаниями, что проходит каждый, кто ступает за Промежуток.

– Блин, ты снова начинаешь сыпать знаниями, как горохом из банки. Я хочу где-то это записать помимо подкорки.

– Мысли о школе в Грозовом мире еще не покинули?

– Не, как раз планирую этим заняться, когда мы попадем-таки на Трогию и обживем ее. Так что за испытания?

– Не знаю точно, Крис. Может, это что-то вроде проверки на прочность?

– Кажется, я знаю, о чем ты, – сказала я. – Но предлагаю обсудить это, когда все соберутся.

– Ладно. Мы можем чем-то Фрэйе помочь?

– Спасибо, ребят, но нет. Я хочу сам. К тому же Бури все еще сидит в башне. Он не оставит нас без внимания и продолжит отдавать силу.

На том и попрощались.

– Думаешь, она будет в порядке? – спросила я, беспокоясь за благополучие новообретенной подруги. За дни путешествия Фрэйа стала мне очень дорога. Впрочем, как и остальные ребята, но с ней нас связывало нечто особенное.

– Алеард вернет любимую. А пока что предлагаю поесть.

– Хорошее предложение! У меня все тело как будто сметанное…

– Прости, милаха, – веселым шепотом произнес мужчина. – Я дорвался.

– Ты… другой, когда мы… – и покраснела, потому что мимо прошел ухмыляющийся Ойло. Парень тяжело хромал, и был бледен, но улыбался победно. – Я не ожидала, что у нас все будет так…

– Безумно?

– Да. И когда я стану нормальной консистенции…

– Я снова сделаю тебя сметаной?

– Крис! – расхохоталась я, пряча лицо у него на груди. – Ты снова хочешь… Просто я хочу. Это нормально? Знаю, глупый вопрос, но…

– Суп. Я хочу суп. И воду. И яблоко. А потом тебя, Ава. И это нормально…

…Голова раскалывалась. Я попыталась сесть и ахнула: словно острое шило пронзило висок!

– Алеард!

Без ответа. В самом деле, не сидеть же ему возле меня сутки напролет! Я знала, что прежде он постоянно был рядом.

– Отдохни, – выговорила я и прижалась головой к деревянной резной спинке.

Сильнее, так, что на лбу наверняка отпечатался узор. Что же за боль такая! Голову словно утыкали иголками! Впервые в жизни мне захотелось выпить чудодейственную микстуру. Или позвать Целителя, молить о помощи.

Однако откуда-то я знала, что Рута не вылечит эту боль, и ни Бури, ни Алеард не справятся. В этом мучительном бою я была совсем одинока. Никаких призраков пришлого, ни друзей, ни близких. И таблеток в замке наверняка не было…

Я решила походить, но, едва поднялась, как дверь открылась, и вошел Алеард.

– Малышка! – воскликнул он, обнимая меня за пояс. – Ты как?

Я сумела улыбнуться.

– Что-то мне нехорошо. Тошнит. Боже, мне срочно нужно в ванную…

Он чуть ли не под мышкой донес меня до спасительной комнатки, но не оставил. Мне была необходима поддержка, и сильные руки Алеарда были спасительными. Без него я бы наверняка треснулась головой о край раковины и осталась лежать в жутком виде на коврике у лохани…

– Держись, малышка. Держись, моя хорошая.

– Я не могу… это нестерпимо больно! М-м-м… П-пожалуйста, п-придумай что-нибудь, Алеард…

Язык онемел, пальцы на ногах и руках тоже. Прежде я на боль не жаловалась, но голову просто разламывало на части. Теперь помимо иголок появились молоточки, и пилы, и тяжеленные валики, которые плющили лоб. Слезы брызнули из глаз помимо воли.

– Я позову Леонида…

– Н-не поможет.

– Я все же попробую, ладно?

Я кивнула, и Алеард стремительно исчез за дверью. Когда он привел Целителя, тот уже с порога заявил:

– Это сбой энергий. Я ничем не смогу помочь. Простите. Нужно подождать, со временем пройдет.

– А сколько ждать? – прошептала я, с ужасом ожидая ответа.

– Часа два… Или больше. Мне жаль, Фрэйа.

– Спасибо, – отчаянно прошептала я.

Дверь закрылась, и показалось, будто я в ловушке на этой постели – помятая, обессиленная, дрожащая. Алеард подошел, взял за руку. Несправедливо было в нем сомневаться! Мне стало легче просто потому, что он рядом.

– Я помогу тебе, малышка.

Он стянул с меня обширную рубашку – свою собственную, и осторожно опустил на кровать.