Страница 58 из 87
Дети тут же прижали уши к головам, причем, все, а не только близнецы.
Мит встал в голову девушке и приложил длинные пальцы к вискам. Вообще, выглядело зловеще, но девушка смогла прикрыть глаза.
Балу вошел в кухню навьюченный коромыслом с полными ведрами.
– Греть, – коротко приказала Гела, как только Балу вылез из-под коромысла.
Ритен тут же сосредоточилось, и меньше чем через минуту вода начала испускать пар.
– Ветошь.
Лэй взял в зубы тряпку со скамьи, стоящей тут же, придирчиво ее обнюхал и окунул в воду. Затем осторожно вытащил и подал Геле.
Гела, в свою очередь, аккуратно промокнула причинные места Малки. Она в ответ лишь тихо застонала.
– Ну что? Поехали? – залихватски спросила моя хозяйка и не очень сильно надавила выше живота.
Роженица закричала и схватила Арена за ухо, тот заскулил, но не сдвинулся.
– Говорили дураку: береги уши, – прокомментировал Мит.
Младенец вылезать из матери не торопился, поэтому Гела, осторожно потрогав живот со всех сторон, вынесла вердикт:
– Вверх головой, бедняга.
– Так выньте его! – послышалось от порога.
– Морел, уведи.
Морел ухватил папашу за штанину и потащил из дома.
– Мит, Магией или руками? – растерянно спросила Гела.
– Не знаю, у нее потоки сбиты, а восстанавливать – долго.
– А у ребенка? – почти прошептала Гела.
– Не вижу.
– Значит руками… – и тут же. – Греть.
Ритен снова подогрела воду, а Гела омыла руки.
Дальше Ритен не видела, но я и так знаю, что делала Гелата: осторожно засунула руки прямо внутрь и медленно перевернула малыша. Потом дело пошло легче – ребенок уже сам стал выскальзывать.
– Греть, – и через несколько секунд. – Ветошь.
Гела уже принимала ребенка, когда Лэй протянул новую тряпку.
Младенца осторожно обтерли и завернули в пушистое полотенце, принесенное отцом.
В дверях сидел Морел довольный собой: это он потащил новоявленного отца к нашим вещам, чтобы принести самое мягкое полотенце для чада.
– Девочка, – сообщила Гелата всем присутствующим.
Малка радостно улыбнулась и потеряла сознание.
Мит поводил руками над телом и выдохнул:
– Все вон.
Все вышли. Дети испугано переглядывались уже во дворе.
Через двадцать минут вышла Гела.
– Ритен, меняйся с Ромулем местами.
* * *
К тому моменту, когда девочка нашла меня, мне осталось всего шесть кристаллов.
– Тебя там… – задыхалась она.
– В курсе я, – ворчливо откликнулся я, надеясь все-таки закончить работу с этим кристаллом.
Головой я понимал, что если меня позвали, значит, срочно, но бросить работу на полпути – потерять кристалл и ослабить защиту. А здесь и в мирное время места всегда лихие были…
Я закончил и бодрой рысцой двинулся на помощь, запоздало вспомнив, что не знаю, куда именно мне идти. Но вскоре я учуял запах смерти и понял, что почти пришел. Вскоре показалось поврежденное ухо Арена, и я смело шагнул во двор. Тут запах был невыносим, и я отправил детей помогать Ритен.
Тревожно оглядываясь, я зашел в дом. Безошибочно найдя кухню, сунулся туда и увидел Гелу, которая буркнула:
– Вовремя. Следи за ребенком – он должен быть теплым и живым.
Я уселся возле полотенца, в которое был завернут младенец. От него чуялось нечто странное, но я никак не мог уловить что именно.
В углу сидел уже не бледный, а серый отец.
Гела и Мит наклонились над бессознательной Малкой, а в это время во дворе что-то зашумело.
– Ну, родители, открывайте! – весело закричали у двери, дополняя это дело стуком.
Говорить ничего не пришлось: отец сам встал и свеженьким зомби потопал открывать.
Я слышал, как он дошел до двери, как открыл ее, как осеклась повитуха, а потом...
Это и вся деревня слышала.
– Пошла вон, клуша нерасторопная! – закричал отец ребенка.
Затем дверь хлопнула, и такой же бесцветный папаша новорожденного вернулся на кухню, сев в свой угол.
Я тем временем начал обнюхивать ребенка. Пахло от него почти как от всех ему подобных, но было что-то такое, что пугало и заставляло нюхать снова и снова...
Что же это?
Через десять минут этого занятия меня осенило:
– Прокляли! Младенца прокляли!
– Ты что несешь? – нелюбезно осведомился Мит.
– Девочку прокляли еще в утробе, когда она только-только зародилась…
– И мать девять месяцев ее предохраняла…
– Ведь бабка была травница...
– И она знала, что дают беременным…
– Мама! – послышались крики.
– Мы нашли! Мам!
Во двор влетел мохнатый ураган во главе с Морелом и Риспом.
Тера запрыгнула через окно и поставила на пол скобяную миску.
– Смотрите.
В миску вылили немного белесой жидкости – память из кристаллов. Над ней закурился дымок, и в нем появилась картинка: вот Малка идет с едва намеченным животиком. Вот за ней идет баба какая-то. Вот она кидает ей пузырек под ноги, и он разбивается. Малка пугается и отскакивает. Баба убегает.
– Чура? – ошеломленно переспросил муж.
– Знаешь ее?
– Да кто ж в деревне ее не знает – подо всех ложится…
– И под тобой бывала?
– Нет, я ж с Малкой с малолетства помолвился, а она просила: ни-ни, пока первого не родим. Да мне как-то и не хочется, да еще с Чурой.