Страница 59 из 87
– Где живет? – осведомилась Гела.
– Покажу, – воинственно поднялся муж.
– Нет уж, воин. Тут сиди, с женой. Ромуль, со мной, остальные следят, чтоб никто раньше времени за Грань не отправился.
Мы выбежали из дома и направились, куда указал муж бедной Малки. Три двора прямо, два направо, за два дома до старостиного. Там, в огороде обнаружилась копошащаяся девица, та самая, которую кристаллы запомнили.
Гела безо всяких предисловий схватила девку за грудки и протащила до стены дома, куда с силой ее вжала.
– Что было в бутылке, которой ты Малку прокляла? – угрожающе прорычала девушка.
Я даже и не знал, что она так умеет.
– Кора лиственницы, белладонна, поганочная корневина, а еще что-то черное, что мне бабка дала, – пролепетала виновная в ответ.
– У какой бабки? Чем пахло?
– Трупами пахло, у бабки Зарьи. Она в трех днях к востоку живет, – стремительно бледнея, отвечали нам.
– Это в Эмиральс? – озадаченно глядя на девушку, осведомился я.
– Эмиральс в неделе пути, – поправила меня Гела.
– Нет-нет! – залепетала Чура. – Башня в трех днях. Там избушка у подножия, и бабка живет. Она мне и давала притягательное снадобье…
– Вот почему на тебе перебывала вся деревня… – с отвращением посмотрела на нее Гела.
– Мы – город! – горделиво ответила девушка.
– Вы – деревня. Все это понимаю, кроме тебя. Дура.
Мы ушли.
По пути я думал о том, что Чура хотела власти. Но честолюбивые девушки идут в столицу, в крайнем случае – в Радитор или другие города с Университетами любого направления.
Почему эта осталась здесь?
Мы дошли до дома роженицы. Пахло подступающей смертью.
Я не мог сосредоточиться на чем-то конкретном. То есть где-то в голове крутилось, что надо заняться Малкой и ее дочкой, но я не знал чем помочь.
Гела буквально вломилась в дом и пошла напрямую к Малке.
– Твою дочь прокляли. Она жива только потому, что ты стянула проклятье на себя. Что ты чувствовала во время беременности?
Но Малка молчала. Она была почти мертва.
– Белладонна, поганочная корневина, кора лиственницы и осиновый яд? – деловито осведомился Морел.
Осиновый яд!
Ну конечно!
Субстанция похожая на кровь, но черного цвета. Вываренный сок осины с добавлением крысиной крови. Редкий компонент: очень трудоемко получить и правильно выварить осиновый сок. Но у каждой бабки хотя бы склянка, да есть. Это считают посвящением: свари осиновый яд и получишь право спокойно практиковать. Правда, выторговать этот заветный пузырек очень сложно.
Интересно, кто и что ей предложили, чтобы получить его?
Последняя бабка, которую я знал, и жизни не пожалела бы за еще один такой. Его используют по каплям, и – всю жизнь…
– Как снимать будем, Мит? – Гела смотрела на ангела.
– А что снимать-то? – переспросил Золотой. – Чем заговаривали состав?
– Не важно, – Морел протолкался к девочке.
Он склонился над ребенком и стал пристально на нее смотреть. Не знаю, сколько времени прошло: может час, а может и минута, но только в итоге из ребенка вышел черный парок и бесследно испарился.
Морел подошел к Малке.
– Как ты назовешь дочь, Малка? – спросил он. – Я не смогу спасти тебя.
– Путь ваша мама назовет… – ответила Малка и уснула.
Именно, что уснула.
– Помнишь сказку о спящей красавице ловосской? – уточнил я. Хозяин пришибленно кивнул. – Я принесу тебе запас флаконов. Будешь разбивать около Малки по два флакона в день – утром и вечером – пока я не вернусь. Я не знаю как, но жену твою я спасу. Ты услышал? – Муж кивнул.
Я не знаю, почему меня так ранила эта история. Но я понимал, что если не спасу Малку – не прощу себе этого вовек. Поэтому я погрузил ее в сон. Флаконы предстояло наполнить кровью Мита, я еще не придумал, как его уговорить. Но придумаю. Я знал только то, что эта девушка не должна умереть.
Цепь моих размышлений прервал Морел: он упал. Перенапрягся сегодня – поспит и все будет хорошо.
* * *
– Сколько времени тебе понадобиться, чтобы добраться до бабки? – деловито переспросил Мит, закатывая рукав.
– Не знаю. До башни три дня человечьего ходу. Не представляю, сколько уйдет времени добраться туда, заставить бабку выдать наговор и вернуться, – виновато пробормотал я в ответ.
Мне плохо понималось, как он просто взял и согласился. Кровь такого существа чрезвычайно ценна, а при правильном наговоре – чудодейственна. Я совершенно не представлял, сколько крови может понадобиться, но, кажется, Ерамитерела вообще не волновали такие мелочи.
– Я дам для начала шесть. Если не хватит – сам сделаю еще.
– Не сделаешь – заговаривать должен кто-то вроде меня.
– Я справлюсь? – робко спросила тихо подошедшая Ритен.
– Скорее всего, – оторопело ответил я.
Я вообще не думал, что потащусь вперед всех к какой-то непонятной бабке, чтобы спасти деревенскую простушку, проблемы которой, скорее всего, не имеют отношения к нашему заданию. Это стало для меня, мягко говоря, сюрпризом. Но еще большим сюрпризом оказалась готовность всех остальных помочь.
– Выходи прямо сейчас – сегодня. Я знаю нужные наговоры и все сделаю. У нас много народу в команде, Ромуль, – до сих пор молчавшая Тера подала голос.
Я подумал и решил, что она права.