Страница 26 из 46
— Сама изящность, — дразнит он, принимая мой вес на себя. Одна рука прижимает меня ближе. Другая обхватывает мои ноги, поднимая меня. Ох. Вау.
Эм, я должна встать прямо сейчас. Сильно должна.
Так почему, блин, я держусь за него, будто снова могу упасть?
— Она говорила гадости о Тессе и что она будет гореть в аду. — Чушь. Я так говорить не хотела. Опираться на Гриффа — опасная штука. Буду знать на будущее.
— Что она сказала? — Грифф откидывает волосы с моего лица. Это все очень мило... пока я не понимаю, что он просто убрал мусор с моей щеки.
Да, окей, я могу хорошо стоять сама. Момент окончательно упущен.
Грифф отпускает меня и делает шаг назад, наблюдая, как я вытираю пыль с джинсов и пытаюсь объяснить.
— Она просто говорила, как самоубийцы будут гореть в аду и... — И я не хочу ничего больше объяснять. Я смотрю на Гриффа, готовая сказать «не заморачивайся», и понимаю, что могу ничего не объяснять. Его глаза уже стали твердыми и темными, будто он знает. Осознание что-то гложет меня изнутри.
— То есть, Дженна была Дженной, и это привело тебя в мусорные контейнеры?
— Ну, все вышло из-под контроля. — Я тру джинсы немного сильнее, и что-то теплое и скользкое касается меня.
Ох. Боже. Я вздыхаю очень, очень тяжело, пряча свою грязную руку как можно дальше. Я должна покончить с этим. Серьезно.
— Сейчас. — Грифф роется в своем рюкзаке и протягивает мне свою ветровку. Это очень заманчиво, но я не уверена, что это хорошая идея. Что, если я заражу его чумой? Не так ли Черная Смерть пошла по городам? Я не очень много внимания уделяю урокам истории, но...
— Ради Бога. — Грифф берет мое запястье и, прежде чем мне удается отойти, вытирает мою руку о внутреннюю сторону ветровки. Он проделывает это дважды, убеждаясь, что все чисто, но я все еще хочу искупаться в отбеливателе. — Ты должна немного думать, иначе ничего не стоит начинать.
— Ох, хватит. — Я отнимаю свою руку, пока он не дотронулся до меня своим большим пальцем, но слишком поздно. Когда Грифф прикасается ко мне, я чувствую, как что-то внутри меня скользит и разбивается. — Как будто нужен повод, чтобы запустить мой рот.
Что в большинстве своём правда и немножко ложь. Конечно, мне не нужен повод, чтобы выключить мозг. На самом деле, мне нравится думать, что это одно из моих лучший качеств. Но в данном случае у меня есть причина срываться на Дженне, которую уже просек Грифф, а я притворяюсь, что не понимаю.
— Так что ты сказала?
— Я назвала Дженну Максвелл сукой.
Брови Гриффа поднялись.
— Серьезно?
Я посылаю ему «что ты можешь сделать?» улыбку, но не добавляю ничего, и это заставляет Гриффа затвердеть. Он знает, что это спор. Парни всегда так делают, и именно это отворачивает их от меня.
Всех, кроме Гриффа.
— Я хочу знать, Вик. Почему тебя беспокоит это?
— Потому что это кто-то сказал. — Внезапно взгляд его глаз становится тяжелым для меня, и я смотрю в сторону. Я заканчиваю изучать свои конверсы, и рожицы, которые я нарисовала сверху, улыбаются мне. Они абсолютно счастливы. — Она всем говорит, что Тесса попадет в ад, потому что покончила с собой.
Звучит очень коряво, если сказать именно так. Я хотела, чтобы моя злость вырвалась... но этого не случилось.
— Она идиотка. — Грифф прижимается ко мне. — Я сожалею о том, что она так сказала, знаешь. Люди глупые, бездумные. Мне жаль, что ты это услышала.
Я открываю рот. Закрываю. Ему жаль. Столько слов мне было брошено за всю мою жизнь, что они уже должны перестать иметь значение. Извинения не похожи на магический меч или медицинскую аптечку в компьютерных играх. Они ничего не исправляют, но сейчас мне будто бы полегчало. Он говорит искренне, а я знаю так много фальшивок.
Может, поэтому все вскипает.
— Я не хочу знать, что Тесса видела те же вещи, что и моя мама. — Я не могу нормально посмотреть на Гриффа, пока говорю это. Это слишком личное и интимное, и понимание проходит так быстро и тяжело, что я даже не думаю останавливаться. — Я хочу знать, пришла ли она к тому же выводу — если они обе пришли. В смысле, так и могло случиться, да?
Уже говоря это, мою грудь сводит виной. Сейчас я подавляю рыдание, потому что не могу, не могу плакать перед этим парнем.
— Как мы все можем продолжать плавать, когда некоторые из нас утонули? Как мы можем не знать?
— Потому что ты не можешь спасти всех, но иногда, при удачном стечении обстоятельств, ты можешь спасти одного. — Рука Гриффа обвивается вокруг моего плеча. Прежде я не понимала, почему девушкам это нравится. Его рука тяжелая, и поэтому я чувствую себя неудобно маленькой.
И еще...и еще... я чувствую, что могу не разлететься на части, могу не взорваться на миллионы кусочков, потому что его вес удержит меня.
Грифф наклоняется ниже, так, что его щека касается моего виска.
— Иногда ты можешь спасти себя, просто попросив о помощи.
Помощь. Я могу попросить. Он хорош с компьютерами — он как я. Он видит вещи с другой стороны. По крайней мере, он видел другую часть меня и не отвернулся.
Но могу ли я ему доверять?
А могу ли не доверять?
— Грифф. — Я откашливаюсь, но это ничего не меняет. Слова застряли. — Мне нужна твоя помощь.
ГЛАВА 27
Я не хочу, чтобы кто-нибудь когда-нибудь узнал. — 17 страница из дневника Тессы Вэй
Грифф не говорит ни слова, пока я объясняю. Он ничего не говорит о Тессе. Он ничего не говорит о Талли. Он просто слушает.
И, обернутая его молчанием, я начинаю слушать себя со стороны.
Будто я сумасшедшая.
Будто я напугана.
Я понимаю свой подбородок выше.
— Не хочешь ничего сказать?
Грифф смотрит на меня со страхом, — нет, хуже, с жалостью. Я сужаю глаза, чтобы не видеть этого, но в голове светится и блестит только одно слово: глупая, глупая, глупая.
— Почему тебя это беспокоит? Тесса Вэй не знала о твоем существовании.
Мои глаза распахиваются навстречу его словам. Я не уверена, что это именно то, чего я ожидала. Я просто вывалила все дерьмо к его ногам. Как он должен был отреагировать? С утешением? С пониманием?
Это именно то, чего я хотела. Я просто не понимала этого до последней минуты. Но я не ищу героя. Это не тот случай. Я просто спрашиваю помощь.
— Мы были подругами... когда-то.
— Более чем. Почему ты мне не говорила?
Я не отвечаю — внезапно я даже не могу ответить.
Грифф трясет головой.
— Да, я не делаю работу, если не знаю все до конца.
— Лили. — Я вжимаю ноги в пол, чтобы стоять тверже. — Лили его следующая цель. Мне нужна помощь, чтобы добраться до этого парня.
— Подожди. Это ты сделала запись в аккаунте Тессы на Фейсбуке? Ты сказала, что знаешь, кто убил ее?
Я киваю, и рот Гриффа опускается.
— Викки... если это правда,... ты дразнишь гребаного психопата.
— Я... — Звучит звонок, и мы оба подпрыгиваем.
— Здесь нельзя. — Грифф проводит одной рукой по волосам. — Нам нужно уйти.
И мне нужен ответ.
— Ну?
— Грифф? Вик? — Из-за угла выворачивает миссис Хардинг с Шейном Халлоувеллом на буксире. Они оба идут на мировую историю, где надо бы находиться и нам с Гриффом.
— Эй, Вик. Привет, Грифф, — машет Шейн. Я знаю Шейна с детского сада. Он такого же низкого роста, как и я, с рыжими волосами и ярко-оранжевыми веснушками. Он обожает Halo 4, скачивать фотографии Оливии Манн и играть в Angry Birds, сидя в туалете.
И люди удивляются, почему ботаников избивают.
— Я искала тебя, Грифф. — Миссис Хардинг подходит ближе. Слишком близко. Она на расстоянии вытянутой руки, и я вижу ее бледность. Не могу ее винить. Сейчас на моей голове эпицентр вони, волны от которого разносятся очень далеко.