Страница 29 из 101
— Вы верно говорите, - с трудом разлепил губы горец - Про принца.
Его товарищи неодобрительно покачали головами.
— Мне пора, - засобирался Снеговик - Самое время для того, чтобы испортить день кому-нибудь ещё.
Данте поднялся из-за столика и распихал деньги по карманам.
— Вы и без меня знали ответ на свой вопрос, не так ли? - догадался горец.
— Ты верно говоришь, - ухмыльнулся Снеговик.
— Тогда зачем всё это? - не удержался горец - К чему было так рисковать? Я едва не зарубил вас на месте. И вы об этом знаете.
— Я не заставлял тебя играть, - напомнил Данте - Ты сам сделал ставку. Потому что верил в свою удачу.
— И, всё-таки, зачем? - допытывался горец - Зачем было заставлять меня выбирать между честью и долгом?
— Что ты хочешь услышать? - отмахнулся Снеговик - Может быть, мне было невыносимо скучно. Может быть, я просто не умею по-другому. А, может быть, мне нравится смотреть на то, как люди страдают. Я понимаю, что это неправильно, но... В этом есть что-то завораживающее. Наблюдая за тем, как человек делает тяжелейший выбор, понимаешь, кто он есть на самом деле.
— А что, если бы выиграл я? - полюбопытствовал горец - Вы и вправду отдали бы мне все деньги?
— Ты никогда этого не узнаешь, - сообщил Данте.
— У меня не было ни малейшего шанса, ведь так? - осенило горца.
— Ты мог просто отказаться от игры, - возразил Снеговик - Отсюда вопрос - зачем же ты согласился? Ответь самому себе. А я уже знаю ответ.
— Люди во дворце болтают о вас разное, - поведал горец - Одни говорят, что вы из тех, кто может обмануть даже дьявола. А кто-то утверждает, что вы и есть дьявол. Эх, надо было слушать людей.
— Никто не может спасти человека от самого себя, - пожал плечами Данте.
Снеговик, насвистывая, направился к себе в каюту. Но ему было не суждено спокойно выспаться.
В коридоре Данте нос к носу столкнулся с рыжим жрецом. Они уже однажды встречались в парке императорского дворца. После той встречи Снеговик расспросил знакомого лакея о странном церковнике. Лакей рассказал, что брат Северин был духовным наставником самого императора. А ещё рыжий жрец явно владел Даром.
Северин молча преградил Данте дорогу.
— В чём дело, почтенный брат? - полюбопытствовал Снеговик - Хочешь, чтобы я пожертвовал монету в пользу бедняков?
Рыжий жрец ткнул пальцем вверх. Затем показал Данте растопыренную пятерню. Снеговик слегка наклонил голову, принимая брошенный вызов.
— Эта поездка становиться всё занятней, - проворчал он.
Данте поднялся по лестнице на открытую обзорную площадку. Отсюда пассажиры
летучего корабля могли любоваться проплывающими внизу красотами. Но это днём. А сейчас залитая лунным светом площадка была пуста. «Горный орёл» летел сквозь ночь, направляясь к святой земле. Снеговик облокотился о поручень и принялся ждать. Вскоре показался рыжий жрец.
— Говори то, что хотел сказать, - предложил ему Данте, поплотней запахивая куртку - Я тебя внимательно слушаю.
— Я знаю, что ты такое, - начал Северин - Я сразу это понял. Как только впервые тебя увидел.
— Да ну? - приподнял бровь Снеговик - Ну, давай, удиви меня. Только учти кое-что. Я всё в этой жизни слышал.
— Ты - Губитель, - произнёс, словно сплюнул, жрец - Ты пришёл в мир для того, чтобы разрушить его. Но я остановлю тебя. Моими руками говорит священное пламя.
— Ну и самомнение у тебя! - Данте задрал голову и громко расхохотался - И кстати... Кто тебе сказал, что миру нужно спасение?
— Я вырву твое ядовитое жало, - Северин вытащил из кармана монету и принялся её подбрасывать - Ты - воплощение зла.
Снеговик полюбовался на то, как монета кувыркается в воздухе и падает ему на ладонь жреца.
— Ты ошибаешься, святоша, - Данте взмахнул Даром и выбил монету из рук Северина - Я - разрушитель. Всего-навсего. В мире полным-полно разрушителей. Просто я - один из самых талантливых. Впрочем, хватит уже говорить обо мне. Гораздо важней, кто ты такой. А ты - представитель вымирающего вида. Уж я об этом позабочусь.
— Попробуй напугать кого-нибудь другого, отродье, - жрец щёлкнул пальцами, и монета сама вернулась к нему в ладонь.
Снеговик использовал Дар для того, чтобы раскалить монету докрасна. В воздухе завоняло палёной кожей. Жрец не издал ни звука, глядя на то, как у него на руке проступает багровый ожог. Затем Северин небрежно стряхнул монету на пол и придавил её каблуком.
— Предположим, что ты прав, - сказал Данте - Предположим, что я тот, за кого ты меня принимаешь. Не хочешь попробовать остановить меня?