Страница 298 из 329
Да, Морти пытался ей это сказать, мягче, без злой иронии, только каждый раз слова умирали прямо на губах. Видно, лицо от этих мыслей сделалось совсем гадким. Финист гневно закричал: – Неужели ты позволишь её убить? Зачем тогда понадобилось всё это поганое обучение?! Не проще ли было покончить со всем сразу? Морти будто взгрели пощёчиной. – Как же ты любишь перекладывать ответственность за свои промахи на других. Если бы не ты, никто ни о чём не узнал бы. И у меня было бы время что-нибудь придумать. А теперь... Он махнул рукой и принялся мерить шагами комнату. – Ты сейчас не в состоянии даже самые простые задачи решать. Но мы справимся вместе, – Ноэль достал из-за пазухи два письма. – Для начала жест доброй воли. Первое он вручил Морти, второе – Финисту, а потом подпалил стоявшую на столе свечу. – Сожгите свои письма, и я сделаю вид, что никогда их не видел. Финист поднёс свой лист к огню. Бумагу объяло яркое пламя и обратило в пепел. Морти, наоборот, долго смотрел на Ноэля. Не врёт ли? Со старым другом никогда не скажешь, ведь он скрывается за улыбкой не хуже, чем Морти за отчуждённостью. Пламя лизнуло край бумаги само. Хуже явно не станет. Запахло гарью. Морти поспешил открыть окно, чтобы ветер унёс последнее напоминание о злосчастном доносе. – А теперь покончим с недоверием. Думаю, для этого подойдёт старинный способ. Ноэль вынул из-за пояса нож и полоснул им собственную ладонь. Он несколько раз сжимал и разжимал пальцы, чтобы из раны засочилась кровь. – Клянусь, что буду верен людям, присутствующим в этой комнате: ни словом, ни делом не предам их, не подниму оружия, не солгу и не оставлю в трудную минуту. Ноэль протянул нож Финисту. Тот недоумённо вскинул брови. – Клятва верности. Пускай каждый принесёт её и будет безоговорочно доверять остальным. Докажи, что тот донос был ошибкой, которую ты больше не повторишь. Решительно надрезав свою ладонь, оборотень возложил её на руку Ноэля и слово в слово повторил клятву. Морти повернулся к ним спиной, задумчиво глядя в окно на бледно-лиловое небо. Сейчас очень не хватало беспроглядной зимней мглы и стужи. Она нравилась Морти гораздо больше, чем жидкие летние сумерки, никогда не оборачивающиеся безмятежной тьмой. – Кра-а-а! – снова разговорился Мунин. – Твоя очередь, – позвал Ноэль. Охотник не поворачивался. Ждал. Чуда? Знака? Он и сам не знал. Просто вместе с этой клятвой придётся признать то, чего признавать не хотелось, к чему он не был готов. Из-за облаков выглянула бледная, едва различимая луна. Зыбкой тенью на ней мелькнул силуэт огромной птицы. Она одарила укоризненным взглядом, махнула крыльями и исчезла. Морти передёрнул плечами, отгоняя видение. – Не хочешь сделать это для нас – сделай для неё, – веско сказал Ноэль. – Или крови боишься? Шутка была неуместной. Морти с тяжёлым сердцем забрал у примолкшего оборотня нож и надрезал ладонь. Когда она оказалась рядом с руками товарищей из шрамов на запястьях вышел занимательный узор. У Ноэля «альгиз» – защита, у Финиста «кеназ» – огонь, у Морти «перт» – тайна. – Это же почти как в амулете Кишно, – поразился Финист и ткнул пальцем в Охотника. – Только его отличается. – Ничего не хочешь объяснить? – почти без надежды спросил Ноэль. Морти упрямо качнул головой и отнял руку. – Не отталкивай хотя бы тех, кто тебя любит и искренне хочет помочь! – прикрикнул на него лучший друг. Перед глазами вставали жуткие видения о гибели обоих товарищей. Из-за него. Призрачная кровь на руках – это их кровь. Кровь тех, кого Морти подвёл, кого не защитил, кто принял смерть за него. И всё же отказаться от них не выйдет, как от своего дара. Они втроём возложили руки пирамидой: Ноэль, Финист, Морти. – Клянусь, что буду верен людям, присутствующим в этой комнате: ни словом, ни делом не предам их, не подниму на них оружия, не солгу и не оставлю в трудную минуту. Слова ранили душу гораздо сильнее, чем лезвие кожу, словно Охотник произносил приговор. Скрутило так мучительно, что Морти добавил собственное условие: – Если от этого не будут зависеть их жизни. Финист удивлённо уставился на него. Ноэль вздохнул: – Пусть будет так. Он первым убрал руку. Остальные последовали его примеру. – Отныне мы братья не только на словах, но и по крови. Беда для одного – беда для всех. Враг для одного – враг для всех. – Надеюсь, девушек на всех мы делить не будем? – попытался отшутиться Финист. Морти поморщился. – А я надеюсь, что сегодняшняя потасовка больше не повторится, – ответил Ноэль. – Я согласен забыть всё, если это поможет Герде. Но из ваших слов следует, что выхода нет. Я не сумею приглядывать за ней, потому что она может управлять мной, – напомнил оборотень.