Страница 292 из 329
«Слышишь, Безликий, я не отдам её тебе! Только не таким способом». – Нет, ты и так до смерти её напугал, – не дождавшись ответа от бога, заявил Охотник Ноэлю. – Герда решит, что её все предали, а для сильного колдовства нужна добрая воля. – Наблюдал за ней что-нибудь странное? – всё равно не верил ему друг. – Об этом оборотень тебе нашептать не успел? – горько усмехнулся Морти. – Поверь, Безликому я если не дороже, то точно куда нужнее неё. – Твоё чувство собственной важности поразительно. Меня воспитывали как мессию, величайшего героя и потомка бога, но ты в этой роли куда более естественен, даже когда изо всех сил стараешься отвертеться. Нет! Никогда он не был и не будет похожим на Безликого! – Но тебе же удалось открыть один из замков на книге, – возразил Охотник. – Кстати, Финист открыл второй – сокола. – Ох, неужели ты снова устроил испытания на звание Безликого? – Естественно, нет. После случая с подражателем-Аруином я даже думать об этом не хочу. Оборотень вломился в мою комнату и попытался открыть книгу сам. Видимо, тогда он и решил на меня донести. Скотина! – Я же говорю, может, оно и к лучшему. Как там в старой сказке говорилось? Сокол ясно солнышко приносит на своих золотых крыльях удачу и разгоняет даже самые чёрные тучи. Кого осталось пробудить? Сову и кота? Показывал книгу Герде? – У неё ничего не вышло. Она считает, что следующей должна проснуться сова. – И где ты собираешься её искать? – Нигде. Ворон и сокол нашли меня сами. Что-то подсказывает, что и сова не заставит себя ждать. Восточный ветер, обозначенный этим символом, покровительствует книжной мудрости и справедливому суду. Так что это будет либо кто-то из ваших книжников, либо… Лучезарный. – Белый Палач? Мой дед? – гадал Ноэль. – Вряд ли. Это кто-то нашего возраста, рождённый после падения ордена. Правда, фэйри утверждают, что если я открою книгу, если четыре брата-Ветра соберутся вместе, настанет последний час нашего мира. Так что вполне вероятно, и книгу, и меня вместе с ней нужно держать подальше от них, то есть от вас. – Как удобно! – закатил глаза друг. – Но не надейся, что я от тебя отстану по такому надуманному поводу. – Хорошо, – согласился Морти, впервые за долгое время чувствуя холодное спокойствие. – Я откажусь от ремесла Охотника, вернусь с тобой в штаб, буду беспрекословно исполнять приказания и не стану больше лезть на рожон. Ноэль долго смотрел на него, словно пытался прочесть, но, к счастью, не сумел. – Не надейся, что сможешь её видеть. – Я прошу не об этом. Дай мне две недели. За это время Герда закончит обучение и пройдёт испытание, а я объясню всё так, чтобы она приняла любое повеление твоего деда. Мы приедем в Дюарль вместе, как только закончится сезон штормов. Ты же сам сказал, она от меня без ума. Значит, повлиять на неё мне будет легче всего. – Вопрос в том, любишь ли ты её, – Ноэль одарил его испытующим взгляд. – Нет, – ответил Морти, сложив руки на груди. – Не больше, чем любого другого своего подопечного. Я просто хочу сделать всё правильно. – Ладно, – нехотя сдался Ноэль. – Но ты сам представишь её моему деду и смиришься с любым его решением. И обещай, что не будешь драться с Финистом. – Только если он не ударит меня первым, – пробормотал себе под нос Морти и пожал протянутую руку. – Кар-р-р! – укорил его Мунин на прощание. *** Герда обнаружила друзей у помоста, на котором уже началось выступление жрецов огня. Здесь были все: Эглаборг, Вожык, Финист и даже Майли, которая так и не нашла себе спутника. Жрецы исполняли ритуальный танец со стальными прутьями. Их концы были обмотаны горящей материей. Под бой барабанов жрецы крутили ими в разные стороны. В воздухе вырисовывались замысловатые фигуры. Даже светлой весенней ночью они смотрелись очень красиво, а в зимней темноте и вовсе захватывало бы дух. Морти говорил, что белые ночи, когда кажется, что смотришь сквозь разлитое в воздухе молоко, не менее грандиозны. Если обучение продлится ещё хотя бы пару недель, она увидит это своими глазами. Жрецы приблизили прутья к губам и принялись выдувать снопы искр. – Я тоже так смогу... когда-нибудь, – воодушевлённо заявил Вожык. – Обязательно, – поддержала его Герда. Ткань на прутьях прогорела. Жрецы перешли к самому большому костру в центре. В рогатых масках они затанцевали вокруг пламени, ритмично произнося древние, почти забытые слова. – Что они делают? Ничего не понятно, – расстроился Вожык. – На то они и жрецы, чтобы непонятные ритуалы проводить, – с видом знатока заявил Финист. Сиротка прыснула в кулак: – Они историю рассказывают. Большой костёр, которому они кланяются – это бог Вулкан. – Про которого мама рассказывала? – оживился Вожык. – Именно! Он был златокудрым юношей с бронзовой кожей и мускулистым телом. Сама Повелительница Пламени Огневолосая Уот сделала его своим мужем, – Герда указала на рыжую женщину в чёрной маске с красной пастью.