Страница 291 из 329
– Это донос?! – ахнул Охотник, как только до него дошёл смысл послания. – Обличьем Финиста должна быть гадюка, а не сокол! Я ещё и виноват в том, что не сообщил о его родстве с Зареченским героем. Да он сам умолял меня молчать! – Он просто приревновал к тебе Герду. Я его понимаю. Ты опасный соперник, – хохотнул Ноэль. – Всё припоминаешь мне Бианку? Если бы ты сказал, я бы помог вам сойтись быстрее. Как она, кстати? Скоро свадьба? Ноэль вмиг помрачнел. – Она уже замужем, с детьми. Только не за мной. Мы расстались ещё до твоего отъезда, тогда просто не хотел тебя расстраивать. – Почему? Мне казалось… – Не всё получается так, как мы хотим. Иногда нужно выбирать, что важнее. Думаю, Бианка только выиграла. Но тебе необязательно повторять за мной. Морти поморщился. Если бы он знал… если бы знал, он бы этого не допустил! Наверняка в их отношения вмешался Жерард и всё испортил. Нравится ему своего внука подавлять. – Если ты всё знаешь, говори прямо, без длинных преамбул. Терпеть их не могу! – Похоже, вольная жизнь терпения тебе не прибавила. Что ж, будь по-твоему, – Ноэль снова улыбнулся, слегка остудив пыл Охотника. – Я ожидал от тебя чего угодно, мести или сумасбродной выходки, но уж никак не мальчишеской влюблённости. Да ещё в кого! Во внучку Белого Палача, который казнил всю твою семью. Перед глазами вставали тени воспоминаний. Руины старых домов, узкая щёлка в ветхой стене, через которую видны укутанные в голубые с золотой окантовкой плащи Лучезарные. Взгляд разноцветных глаз рыщет по углам, словно Белый Палач видит сквозь стены, чувствует через прожигающий грудь амулет Кишно. Рокочущий сталью голос порочит семью Морти и велит достать последнего выжившего хоть из-под земли. Рука Охотника сжимает эфес меча, и так нестерпимо хочется броситься на врага, что даже собственная смерть не страшна. Но в решающий момент Морти предпочёл спасти ещё одного друга, а не мстить за отца. – Она ничего не знает о Белом Палаче, – взял себя в руки Охотник. – Я заметил. Удивительно! Сколько наших людей и Лучезарных искали пропавшую кровь Веломри. Говорили даже, что боги укрыли её от посторонних глаз. И надо же, она пришла сама, пришла к тому, у кого больше всех причин её ненавидеть. – Её нашёл не я, а Финист. Хотя у него причин ненавидеть Палача не меньше, но о её родстве он тоже ничего не знает. – Не ври. Финист рассказал, что это ты спас её девять лет назад. Что за демон на неё покушался? Морти яростно сжал кулаки. Удушить наглого стервятника! – Предвестник Мрака. Тот самый, в какого превращаются Лучезарные, когда в них вселяются хищные осколки. Он был ренегатом и хотел заслужить прощение у Палача. Тоже искал в Белоземье кровь Веломри. – Так ты просто убил его и бросил Герду после этого? Не слишком умно, не находишь? – Мне было четырнадцать. – Хорошо, но почему ты не сообщил о ней сейчас? – продолжал недоумевать Ноэль. – Хотел убедиться, что она не пустышка, – пожал плечами Морти. – Тебе понадобилось для этого девять лет? А мне одного взгляда хватило. И оборотню-деревенщине тоже. Так с чем связан твой приступ близорукости? – Я просто хотел её подготовить, – терпение лопнуло, как мыльный пузырь. – Её сделают заложницей Компании? Белый Палач ясно дал понять, что ему нужна вовсе не она, и даже не вы с Финистом. – Его месть твоему деду похожа на безумие. Одержимость. Никогда не понимал, почему он так возненавидел собственного наставника и благодетеля. – Считает, что мой дед его предал, винит в смерти своей жены и в том, что его поразил осколок. Может, Белый Палач так же, как и Сумеречники, разочаровался, когда Утренний Всадник объявил капитуляцию. Отчаяние сделало лорда Веломри уязвимым перед Предвестниками. Мы любим и ненавидим одних и тех же людей, никогда не замечал? Между этими двумя чувствами не такая уж большая разница. – Ты меня ненавидишь? – слишком хорошо понял намёк Ноэль. – Бывает. Когда ты берёшь пример со своего деда и давишь на меня. Но Финиста, пожалуй, я ненавижу больше. – Если бы не он, всё могло бы закончиться куда хуже. – И как же? Герду бы уложили в хрустальный гроб и выставили напоказ доверчивым людям, как её бабку? Теперь морщился Ноэль. – Я такие дела не решаю. Но сомневаюсь, что дед отдаст её Лучезарным или тем более охочим до чудес норикийцам. Думаю, он сделает Герду третьей Норной вместо Лайсве. Обучит общаться с богами и спрячет так, чтобы общались с ней только вёльвы. Если оракул снова заговорит, может, это и будет тем чудом, что спасёт Мунгард от демонов под личиной Лучезарных. Так что я сейчас сам всё ей расскажу и заберу в Дюарль. Морти с шумом выдохнул. Это куда хуже, чем быть заложницей. Достоверно об оракуле знал только его создатель – вождь Жерард, да белоглазые вёльвы, которые прислуживали Норнам и передавали от них известия. Так вот что это за испытание! Если Ноэль заберёт Герду в Дюарль, Морти больше её не увидит. Её больше вообще никто не увидит. Но это невозможно. Она ведь живая, тёплая, с дурацкими мечтами о сказочном принце и вечной любви. Нельзя хоронить её из-за глупых амбиций Компании.