Страница 279 из 329
Сражаться с ней всерьёз? Немыслимо! Уж проще с самим собой. Морти подчинился. Ловким движением она отстегнула его пояс с ножнами, и тот беззвучно упал на камни. Надо же, запомнила: руками к проклятому оружию не прикасалась. Она обошла Морти сбоку и встала перед ним. Словив взгляд жутких разноцветных – один голубой, другой зелёный – глаз, Охотник вздрогнул и опустил руки. – Герда, что случилось?! – сорвался с губ глупый вопрос. – Ты попался, вот что случилось, – зловеще усмехнулась она, направив на него тонкий изящный клинок. Только тогда Морти заметил, что на ней белый плащ её деда. – А где Архимагистр Веломри? – спросил Охотник. – После всех трудов его отпустили на покой, чтобы в следующей жизни он снова встретил свою Лайсве. Таково было его заветное желание. Мне же пришлось стань новым Белым Палачом, – непринуждённо ответила она. – А теперь настал твой черёд. – Для чего? – Для казни, конечно. С твоей смертью война закончится, никто больше не потревожит мир на наших землях. Назови своё имя! – она ткнула мечом в его маску. – Ты же его знаешь. Мортимер Стигс, – ответил Охотник. Куда он попал? Что происходит? Это будущее или кошмарный сон? – Ах ты, подлец, не лги хоть сейчас! Не на последнем суде, не передо мной! – зло выкрикнула она и сорвала маску с его лица. Та раскололась под её жестокими пальцами и осыпалась черепками. Морти приложил ладонь к щеке, осознавая свою уязвимость необычайно остро. Никогда он не видел выражения столь жгучей ненависти на нестерпимо красивом лице маленькой вилии. – Николас Комри, внук Утреннего Всадника, – ответил он то, что она хотела услышать. – Вот видишь, говорить правду не так уж сложно. Идём, – Герда толкнула его в плечо. Сопротивляться? Бежать? Он попробовал призвать дар, но внутренний резерв отозвался пустотой. Что же это? Безумие? Ещё один приступ старой болезни? Они прошли мимо стройных рядов Лучезарных в голубых плащах. Мыслечтецы смотрели на него с презрением, кто-то даже плевал под ноги. Остановились у дуба. – Итак, Николас Комри, ты обвиняешься во лжи, предательстве и измене. В безразличии и слабости. Ты создал несправедливый мир, где людей угнетали, где грабили и убивали. Где чёрное колдовство служило для устрашения и обмана, для грабежа и истязательств. Во всех ужасах, что происходили на этой земле, твоя вина. Ты это признаёшь? – строго спрашивала Герда. – Я… – Морти судорожно выдохнул. – Я потерял дар, растратил его на глупости. Ты отобрала моё оружие. Теперь я безобиден. – Значит, не признаёшь? – скривилась она. – В своей слабости… я делал, что мог. Если моя вина в том, что этого оказалась недостаточно… Что ж, осуждайте и казните. – Всенепременно, – холодно согласилась вилия. – Меня сожгут? – спросил он безучастно. – Нет, казнь на костре – почётная привилегия для героев, вроде Утреннего Всадника. А для ничтожеств, вроде тебя – утопление Она кивнула на три заполненных водой ямы у корней дуба. – Пожалуй, мы проявим к тебе снисхождение. Можешь выбрать яму сам. Но если всплывёшь, значит, ты всё-таки пользуешься колдовством. Тогда мы будем истязать тебя, и ты пожалеешь, что не утонул сам. Морти подступил ближе к ямам, внимательно изучая их. Вода в первой благоухала нежными цветочными ароматами – наверняка там обитают души праведников. Проклятого грешника они не примут. Во второй – прозрачная родниковая вода без запаха. Это Дольний мир людей. Оттуда его точно вытолкнут, ведь люди здесь, перед ним, пускай и одурманенные Предвестниками. В третьей – смрадно булькающая трясина. Вот его путь. Морти ждали там ещё до его рождения, Владыка ши Аруин готов был на всё, лишь бы затащить его в своё подземное царство. Да и Эйтайни, королева туатов, всегда принимала его с радостью. Только болото возьмёт и не отпустит. Решено. Охотник шагнул в третью яму. Трясина со смаком всосала ступни. Потянуло вниз: по колено, по пояс, по грудь. Можно побарахтаться, тогда утонет быстрее. Герда протянула к нему ладонь, на надменном лице промелькнула тень сожаления. Морти выдернул руку из трясины и приблизил свои пальцы к её. Как когда-то, в самом начале их обучения. Хотя он лишился дара, но всё равно ощущал проскакивавшие между ними искры. Вилия хваталась за воздух, словно тоже чувствовала, как от неё отрывают часть. Но ничего остановить уже не получалось. Охотник погрузился в трясину по подбородок, по глаза. Чернота накрыла с головой, дольше дыхание не задержать. Конец пути. *** Морти очнулся посреди своего детского кошмара. Только чуть позже. Дивный город на облаке уже погиб, копоть покрыла свечные башни. Ни шороха, ни движения ветра. Охотник приподнялся. Как же так? Ведь это место над головой, в небе, а не под трясиной. Он двинулся вперёд в сумраке, выставив ладони перед собой. Ого! Оказывается, здесь тоже есть дуб, только безлистый, мёртвый. Лишь у самой верхушки видна одна живая ветка. Она источала золотистый свет. Казалось, если достать её, то этот некогда прекрасный солнечный мир можно оживить.