Страница 265 из 329
– Да, Вагни в городе ненавидят почти так же, как остроухих, – согласился Гарольд. – С удовольствием пустили бы ему кровь, был бы повод. – Не понимаю, откуда такая неприязнь. Мельников нигде не любят, но это уж слишком. Хороший же мужик, даром, что гордый. – Так это из-за жены его покойной. На редкость склочная баба была, да ещё и здоровьем слабая. Никакой работы по дому не делала. Вагни при ней тише воды, ниже травы держался. Слова поперёк сказать не мог. Такой забитый ходил, что жалко смотреть было. Все надеялись, что хворь её доконает, и Вагни женится на девушке помоложе и подобрее. Но твой дружок-целитель всё вытаскивал и вытаскивал её с Тихого берега. Вагни не выдержал и завёл себе любовницу. Жена узнала и ославила его на всю Урсалию – устроила скандал, надавала оплеух, а после ночью, пока все спали, прыгнула в море с утёса Белой чайки. Потом долго судачили, что мельник сам её столкнул и как душегуба чураться стали. – Не похож Вагни на того, кто смог бы убить мать собственного ребёнка, – Морти в задумчивости потёр подбородок. – Какого ребёнка? Я ж говорю, хворала она. Постоянно. И дитя понести не могла. Вагни сам сколько жаловался, – недоумевал Гарольд. – А как же Мелюзина? – удивился Охотник. – Так она от любовницы. Как жена Вагни утопилась, в тот же день девочка у него и появилась. Кроха совсем, пару дней от роду. Вагни по всему городу кормилицу искал, правда, никто не согласился. Пришлось её козьим молоком вскармливать. Детали потихоньку складывались в упорядоченный узор. Закралась догадка. Но как? Зачем? С другой стороны, это бы всё объяснило. – А его любовницу кто-нибудь видел? – Кроме жены мельника? – Гарольд обескуражено моргнул. – Мы думали, что она всё выдумала, пока ребёнок не появился. Кто-то же его родил. Из городских никто не сознался. Бабы ведь хитрые, умеют живот под одеждой скрывать. А может, любовница из пришлых была, кто скажет? Слова бургомистра подтверждали подозрения, но с трудом верилось, что подобное возможно. Мельник-то не так прост, как показалось на первый взгляд. – Думаю, она не из пришлых, и не из местных, – изрёк Охотник. – Просто соседка жалостливая. Слишком. Гарольд устало отмахнулся: – Главное убийцу найди, а то нас вместо него на вилы поднимут. – Не одни, так другие, – пробормотал себе под нос Морти. Распрощавшись с бургомистром, Охотник забрал из его дома прикорнувшую возле камина Майли. *** Сон не отпускал. Ночной холод слегка разгонял дремоту, но и раздражал почти до боли. – Скорей бы оказаться в тёплой постели! – Майли потянулась и зевнула. – Надо зайти в одно место, – разочаровал её Охотник. – И вызвать душу… – Что, опять?! – всполошилась наследница. – Но я же с ног валюсь! Нельзя ли завтра? А лучше через неделю или две! – Нет времени. Небольшая встряска пойдёт тебе на пользу, раскроет дополнительные резервы. К тому же сегодня полная луна – она поможет. Майли нашла глазами белое блюдце луны посреди тёмно-серого неба. Так и не стемнело до конца. Наверное, это и есть «белые ночи», красотой которых хвастали местные жители. Правда, сейчас она не восхищала, а угнетала. Телегу с покойником пришлось оставить у дома бургомистра. Он обещал вернуть её после похорон. Наследница нехотя плелась за Охотником к мысу на юго-западной окраине города. Скалистые утёсы врезались в океан. Наставник с ученицей взобрались на самый высокий и остановились на краю. – Здесь восемнадцать лет назад бросилась в море Хейда, жена Вагни. Ты должна вызвать её дух, – объяснил задание Морти. – Но зачем? Без тела вы её не увидите и даже не поговорите, – попыталась образумить его Майли. – Говорить будешь ты, а я только подсказывать. Не трусь. Чем быстрее ты справишься, тем быстрее мы окажемся дома и ляжем спать, – Охотник подтолкнул её к обрыву. Майли передёрнула плечами, глядя на острые камни внизу. Волны с грохотом хлестали по ним, поднимая пенные брызги аж до вершины. Так, должно быть, и погибла Хейда. Чувствовала ли она боль или ей было настолько гадко от загубленной жизни, что на страдания тела она не обращала внимания? Такая высота! Нет, её смерть наверняка произошла очень быстро. Охотник всунул в руку Майли посох и указал на начертанный на тонком слое песка сигил. Снова пришлось надевать амулет и мучительно вспоминать формулу вызова. Хотя бы листочек с подсказкой не понадобился. Майли чётко произнесла слова и принялась выстукивать посохом в центре сигила ритм сердца. Ничего не происходило, пока веки не сомкнулись. Полыхнуло серебристой зеленью. От головы до пяток пронеслась искра, переползла в правую руку, пролилась в янтарь и ушла по дереву посоха в землю. Дыхание спёрло. Ноги подогнулись. Майли дёрнула головой и открыла глаза – вот-вот лишится чувств. Ведь предупреждала, что сил не хватит! – Ничего не вышло, – сокрушённо сказала она, когда оцепенение отпустило. – Я так не думаю, – Морти выпустил из ноздрей клуб белёсого пара в ставший морозным воздух.