Северный путь

Впервые за долгое время Майли почувствовала себя легко и непринуждённо, как будто вернулась домой, где всё просто и понятно. Она даже перестала замечать впивающиеся в ноги камни и холод земли. Мучительное ощущение пустоты внутри приглушалось и пропадало. – Ничего не слышишь? – насторожился Охотник. Майли покачала головой. Они поспешили к речке. Её русло петляло среди каменных круч, пока не упёрлась в водопад. Он спускался со скалы узким каскадом. Печально пела одинокая скрипка, изысканная мелодия, мешаясь с шумом воды, очаровывала. Для кого искусный музыкант играет посреди глуши, где бродят лишь демоны? Замерев возле зарослей можжевельника, Морти приложил палец к губам. Майли выглянула в просвет и приглушённо ахнула. Наверху на камнях у водопада сидел невысокий стройный юноша со струящимися тёмными волосами и самозабвенно играл на скрипке. Одет он был лишь в венок из белых водяных лилий. Вроде, опасности нет. Охотник выступил вперёд. Распахнув чёрные без белков и радужки глаза, скрипач недобро покосился на пришельцев. На шее из-под волос выглядывали жабры, а уши заканчивались тонкими раздвоенными рожками. Демон! Майли вскрикнула. Смычок сорвался. Скрипка неприятно заскрежетала. – Ну вот, теперь придётся начинать сначала, – недовольно сощурился скрипач и убрал инструмент на колени. – Зачем пожаловал, Охотник? Неужто музыке поучиться решил? Знаю я одну мелодию против крыс… – У меня дома живёт музыкант не хуже. К тому же, ты ответную услугу потребуешь, так ведь, нёкк? – Всего-то обещание оставить меня и моих близких в покое, – хмуро ответил тот. – Близких? Я думал, нёкки – отшельники. Ты ведь колыбельную играл? – напрягся Морти. – Да что ты знаешь, кроме того, что нашёптывает ведьма из-под холмов и морской трус? – пренебрежительно скривился демон. Вокруг него оплёлся сгущённый воздух и опрокинул к ногам Охотника. Нёкк корчился, словно удавка сжимала его горло. – Так расскажи, чего я не знаю, – процедил Морти с тихой угрозой. Ух, не стоило демону повышать голос, а тем более дерзить! Нёкк трепыхался, грозно шипя и посверкивая глазами. – Где искать того, кто натравил на город крыс? Воздушная петля отпустила горло демона, но он не мог подняться, словно его придавило валуном. – Ничего не видел, – нёкк прикрыл глаза гибкими кистями, – ничего не слышал, – руки переползли на уши, – никому ничего не скажу, – шаловливо хихикнув, он положил ладони на рот. Но мрачный взгляд Охотника заставил демона посерьёзнеть: – Откуда мне знать? Он из ваших, из небесных. Мы таких не чуем. – Хорошо, – заключил Морти после небольшой паузы. – Тогда расскажи про никсу из озера Цуг. Она одна из твоих близких? Демон поморщился и стал похож на рыбу. – Знать не знаю никаких никс. Пусти, иначе я пожалуюсь холмовой ведьме. Посмотрим тогда, к кому она благоволит больше. – Ко мне, – с уверенностью произнёс Охотник. – Никса убила лесоруба и затащила его на середину озера, а до этого ездила на нём всю ночь. Бюргеры обвиняют туатов. Вряд ли Эйтайни придёт в восторг, когда разъярённая толпа с факелами и вилами начнёт вытаптывать её холмы. Нёкк с ненавистью выкрикнул: – Тот ублюдок заслужил кару! – О, так ты всё-таки кое-что знаешь, – хитро прищурился Морти. – Говори. Тогда я пощажу твоих близких. – Я только видел, как никса тащила к озеру окровавленную девушку, а на следующее утро утопила парня. Я спросил зачем. Никса ответила, что он получил по заслугам. Я пообещал сохранить всё в тайне, но, как видишь, не смог. Нёкк расслабился и отвернул голову. Морти отступил на шаг, позволяя ему подняться. – Судить людей могут лишь сами люди. У неё не было права его карать. – У неё гораздо больше прав, чем у тебя! – взревел нёкк и бросился на Морти, ощерив полную мелких акульих зубов пасть. Воздух сгустился в преграду. Нёкк ударился и снова сполз к ногам Охотника. – Нет причин так горячиться. – Ненавижу! – прохрипел демон, выпучивая чернильные глаза. – Идём, – Охотник взял Майли под руку и повёл прочь от изрыгавшего проклятья демона. – Больше ничего вразумительного мы здесь не услышим. – Он казался таким милым, а потом превратился в чудище, – поёжилась она. От страха знобило. Демон впервые оказался так близко, что можно было всё рассмотреть, услышать и даже потрогать. Странника Майли почти не помнила, сохранились лишь смутные ощущения тоски, желания быть любимой, а позже омерзения и страха. С нёкком вышло иначе. Он был реальным. Живым. Но чуждым всему человеческому. – Так часто бывает. И с людьми тоже, – вздохнул Морти. Она задрожала, и он укрыл её плечи своим плащом. Майли отблагодарила его ласковой улыбкой. Всё-таки Охотник слишком хорош. Это пугало. Люди не должны быть такими благородными, обладать столь огромной силой и мудростью. Совершенство доступно только Пресветлому и его Небесным посланникам. По крайней мере, так говорили в монастыре. ‍