Северный путь

Стыдно, так стыдно, словно Финист сам был одним из этих сварливых мальчишек. Он потянулся к ним, они словно увидели его и втроём обернулись. Зыбкий сон пошёл рябью. Через мгновение Финист очнулся на полу возле сундука в спальне Охотника. Оборотень с кряхтеньем поднялся и встряхнул головой. Сердце бешено грохотало в груди, но странное видение уже забывалось, как ночной кошмар. Привиделось и привиделось, чего от колдовских вещей не бывает? Гораздо важнее то, что удалось узнать о Герде. Рана продолжала кровить, а морозная аура Морти ощущалась у ограды. Финист бросился собирать вещи в сундук, запер его, стянул с себя удушливую маску и выскочил из комнаты. Не то, чтобы он боялся драки, а если Морти узнает, что оборотень рылся в его вещах, столкновения не избежать, но если Охотник пожалуется Герде, она точно не простит. Спрятавшись у себя в комнате, Финист схватил первую попавшуюся тряпку, разорвал её на лоскуты и перевязал запястье. С первого этажа доносились голоса. Обострённый звериный слух различал слова очень ясно. – Мастер Стигс, снова приступ? – тревожился Эглаборг. – Ничего страшного. Перестань пугаться из-за каждого пустяка. Отдохну, и всё пройдёт, –повторял Морти дежурные фразы, которые оборотень уже успел выучить наизусть. Что всё-таки происходит? – Выпейте хоть моего снадобья! – не сдавался целитель. – Неси. Я буду у себя, – сдался Охотник. Послышались тяжёлые шаги, заскрипела отпираемая дверь. Морти вошёл внутрь, а потом долго было очень тихо. Финист аж начал переживать, не случилось ли чего. Но тут дверь в его собственную комнату с грохотом ударилась в стену. Оборотень спрятал порезанную руку за спину, а здоровой схватил листы с записями и сделал вид, что увлечённо их изучает. – Какого демона тебе понадобилось в моей комнате? – гневно спросил Охотник. – О чём ты? Я всё время был здесь. Восполнял скудость ума чтением и учёбой, – Финист помахал записями. – Ты же сам пенял на мою неотёсанность. – Нет, на безответственность и легкомыслие, – Морти подошёл в нему вплотную, явно угрожая. – Не строй из себя деревенского простачка, это уже за гранью добра и зла. У меня есть доказательства. Он вынул из-за спины книгу с птицами. Финист поддался вперёд. Неужели на ней осталась кровь? Нет, не заметно. – Вот, – Морти ткнул пальцем в изображение сокола. Птица распахнула янтарный глаз и с яростью взирала на оборотня. Тот передёрнул плечами. – Я не понимаю, о чём ты. Впрочем, как обычно. – Если не заметил, пока копался в моих вещах, книга не открывается. Четыре символа на обложке – замки. Ворон пробудился, когда книгу взял в руки человек, связанный с этой птицей. Думаю, и остальные поступят так же. Ты – единственный сокол-оборотень в Лапии, если не во всём западном Мунгарде. Так что не отпирайся. Сокол открыл глаза, когда ты взял в руки книгу. Финист сглотнул. Вот уж попался, так попался. – Причём здесь я и твоё демоническое колдовство? Кстати, а что это за книга, где ты её взял и что в ней написано? – Это всё неважно. Не уходи от темы! А что у тебя с рукой? – Морти заметил, что оборотень прячет её за спиной, принюхался и явно уловил запах крови. – Ты что, ещё и мой меч трогал?! – Да просто порезался, когда инструмент мастерил. С кем не бывает? Сам должен знать. – Знаю, поэтому не верю. Моё терпение на исходе. Ещё одна выходка, и я вышвырну тебя отсюда. И плевать, что подумают остальные. Терпеть подлых змей в своём доме я не намерен. Он развернулся на каблуках и вышел, не желая больше ничего слушать. Что ж, времени мало, нужно убедить Герду, что Морти ведёт нечестную игру. Если рассказать про находки, она не поверит и ещё обругает, что Финист вломился к нему в спальню. Надо действовать хитрее. А что, если написать в Компанию о творящихся здесь безобразиях? Вождю Пареде точно не понравятся интриги, которые Охотник плетёт за его спиной. Может, пришлют проверку, и тогда кто-нибудь чужой и беспристрастный откроет Герде глаза. Решено. Финист взял чистый лист и написал свой отчёт в Компанию. Конечно, почерк у него далеко не такой вычурный, как у Охотника, но благодаря постоянным занятиям он стал достаточно разборчивым, а письмо – грамотным. Наверняка Морти доверяют в Дюарле несравнимо больше, чем незадачливому наставнику-звероусту. Но если это будет слово сына предводителя Зареченского восстания, которого Компания величает героем, против внука авалорского предателя, то у Финиста есть шанс. Он написал правду.