Страница 248 из 329
Морти с Майли ушли на занятия, а остальные увлеклись своими делами. Отследив их ауры, оборотень принялся ковыряться в замке спальни Охотника тем же железным стержнем, которым мастерил флейты. Жалко, конечно, но этот инструмент самый надёжный, как Золотинка. Замок поддался довольно быстро. Финист на цыпочках прокрался внутрь. Мебели очень мало, как и вещей. Широкая кровать с дубовой спинкой, на которой вырезано множество причудливых ликов, какие встречались разве что на древних капищах. На стене над ней висели маски всех цветов и размеров: деревянные, крашеные, обклеенные перьями, соломой или мехом. До самого потолка! Странные Охотник предпочитает украшения. Интересно, сколько он собирал такую коллекцию? Или он сам их смастерил? Финист снял маску с жёлтым клювом хищной птицы. Поделку покрывали бурые соколиные перья. Она так и манила, необъяснимо, зловеще. Оборотень не удержался и натянул её на лицо. Напротив кровати стояло огромное зеркало в серебряной оправе. Оборотень заглянул в него, внимательно изучая своё отражение. Мир выглядел иным, плечи расправились сами собой. Финист стал более значимым – воином небес с мощными крыльями за спиной. Он всесилен, он в праве распоряжаться здесь и обыскивать чужие вещи. В шкафу рядом с зеркалом висели строгие костюмов Охотника. На тумбочке у кровати лежали книги, карты, заметки о крысином деле. Ничего подозрительно, кроме колдовских масок, которые будто следили пустыми глазницами. Остался кованый сундук с огромным навесным замком. Ковыряться в нём пришлось несравнимо дольше, чем в простом замке на двери. То ли стержень оказался удачным, то ли помогли чары маски, но в конце концов сундук со скрежетом распахнулся. Наверху лежал альбом в обложке из грубой кожи. Финист принялся его перелистывать. Этот чудак ещё и рисует? Где только время находит? В альбоме были похожие на маски изображения демонов и духов: ощерившиеся пасти, хищные взгляды. И посреди всего этого уродства невероятно живой портрет девочки с такими же огромными глазами, как у Герды. Но она выглядела не человеком, а бестелесным духом, невероятно чистым, добрым и совершенным в каждой своей черте. Внизу витиеватой руницей была выведена вычурная подпись, но прочитать её не получалось. Рисунок повторялся в альбоме очень часто, словно стал для художника наваждением. А на последней странице девочка повзрослела лет на десять. Точно, Герда! Неужели он видит её такой, словно и впрямь влюблён, но не как суровый воин-Охотник, а как романтичный мальчишка-художник, который видит весь мир невероятно красивым и одухотворённым? У кого-то навязчивая идея. Финист криво ухмыльнулся. Герду это точно встревожит, если не заставит поверить в его правоту. Оборотень захлопнул альбом, и оттуда выпал сложенный вдвое лист. Финист подобрал его и пробежался глазами по написанным строгим мелким почерком строкам. Отчёт в Компанию на обычной буквице, которую оборотень уже изучил в совершенстве. Какая удача! Крамолы там не обнаружилось. Наоборот, Морти расхваливал учеников, уверяя начальство, что те великолепно подготовлены к испытаниям. Более того Охотник приписывал все заслуги по обучению Финисту и даже рекомендовал его на службу в военном корпусе Компании в качестве лазутчика. Поначалу хотелось возмутиться, но потом идея захватила. В дружине Финисту часто поручали особые скрытные задания: разузнать точное расположение войск противника или тихо убрать дозорных, охранявших неприятельский лагерь. Ему это нравилось гораздо больше, чем лобовые атаки. Или даже обучение новобранцев. Только как Морти догадался? Финист задумчиво почесал затылок. Что-то настораживало. Да вот же оно! В отчёте ни слова о Герде. Зачем Морти скрывает отражающую? Хочет использовать её тайком? С него станется. Герда, бедняжка, надеется получить хорошее назначение. Да он специально попросит её сделать что-нибудь невыполнимое, а когда не получится, заявит, что она провалилась и должна оставаться под его надзором дальше. Отсюда и притягательное назначение для соперника. Наверняка Морти рассчитывает, что Финист уедет в Дюарль с Майли и Вожыком. Тогда Герда останется с Охотником одна, в полной его власти. Надо её предупредить. Оборотень вложил письмо в альбом и спрятал в сундук. На глаза попалась старая книга с окованными серебром углами. Поддавшись любопытству, Финист взял её в руки. С обложки агатовым глазом на него уставился ворон, будто корил за то, что оборотень без спроса копался в чужих вещах. Рядом с ним были сова, кот и сокол, но они спали. Как живые. Удивительно! Наверняка книга тоже написана мудрёной руницей или ещё более древними и заковыристыми знаками. Но Финист всё равно попытался её открыть. Аж скрипнул зубами от натуги и вспотел, но ничего не вышло. Страницы были словно склеены, заперты на замок. Если бы оборотень его видел, то непременно бы открыл. Отчаявшись, Финист заметил на дне ещё кое-что интересное – меч. У Охотника их было два. Один по виду авалорский, с крестовиной из прямых сужающихся дужек, направленных вниз. Их концы украшал четырёхлистный клевер. Второй, вот этот, диковинный: длинный клинок из узорчатой стали с фиолетовым отливом. Очень острый по виду. У самого эфеса выбита руна. Охотник брал его с собой, только когда намечалась серьёзная заварушка и орудовал им настолько виртуозно, что Финист даже завидовал. Совсем чуть-чуть.