Страница 247 из 329
Майли повертела вещи в руках. Лошадка была довольно искусной, а рубаха из дорогого плотного сукна. Видно, деньги у этих людей водились. – Мне ещё нужны имя и возраст, – тихо попросила она. – Орм, двадцать лет, – коротко ответила Ауд. Майли достала из-за пазухи амулет – подвешенный на красном шнурке шар из ивовых веток. Внутри него лежал кусок янтаря с нацарапанной на одной стороне пентаграммой. Амулет смастерил Морти, чтобы защитить наследницу от враждебных духов и помочь управлять даром. Иногда амулет подсказывал ответы на вопросы. Обернув лошадку рубашкой, Майли прижала её к груди правой рукой, а левой раскачала амулет, как маятник, иногда встряхивая его. Закрыв глаза, она покружилась на месте и замерла. Амулет ещё болтался из стороны в сторону, принимая вибрации с Тихого берега. Когда шар остановился, наследница подняла его над головой. Нужно понять, какой стороной лёг янтарь. Только бы не пентаграмма. Пожалуйста! Надежды не оправдались. Между ивовыми прутьями проглядывала пятиконечная звезда, указывающая на землю. Майли испуганно глянула на Охотника. – Вот видите, госпожа Ауд, ещё есть надежда, – улыбка Морти стала шире. – Мы его найдём. Щёки хозяйки порозовели, глаза загорелись. Выражение лица смягчилось в ожидании чуда. Наследница спрятала амулет, избегая взгляда Ауд. Как же неприятно лгать в таком деле! И ещё неприятней будет, когда придётся открыть правду. Хорошо, что делать это будет не она. – Ауд, кто там? – на пороге показался седовласый мужчина, невысокий и сухощавый, со стылыми, как у многих лапийцев, голубыми глазами. – Мастер Стигс ищет Орма, – поделилась радостной вестью жена. – Наш мальчик жив, слышишь?! – Мастер Рауд, – Морти склонил голову. – Ауд, ступай в дом. Что-то на печи горит, – хозяин кивнул на дверь. – Ах, и правда! – всплеснула руками жена и умчалась. – Он мёртв? – догадался Рауд. Морти выдержал его тяжёлый взгляд и медленно кивнул. – Ваша жена не готова к такому известию. Не стоит расстраивать её, пока мы не нашли тело. Рауд горестно вздохнул, на лбу залегли глубокие морщины. Но он хотя бы держал себя в руках. – Ауд не отпускала Орма ни на шаг, вот он и ушёл жить один. Люби она его чуть меньше, возможно, ничего бы не стряслось. – Ваша жена не виновата. Несчастья случаются, – ответил Охотник. – У вашего сына были враги? Рауд неуверенно повёл плечами: – Моя жена сказала бы, что он был добрейшим человеком в Мунгарде и никто ему зла не желал. Однако… в этом возрасте немудрено наделать глупостей, особенно если ты отрываешься от корней. Но от своей плоти и крови я не отрекаюсь. Если его убили, я требую выкуп. И очень надеюсь, что вы не станете выгораживать своих друзей-демонов. – Это не туаты, – возразил Морти твёрдым, но лишённым враждебности тоном. – Уверяю, если в гибели вашего сына замешан демон, то он понесёт справедливую кару. – Рад, что мы друг друга поняли, – Рауд почтительно склонил голову и ушёл в дом. – Я думала, вас здесь любят, – растерянно сказала Майли, когда они возвращались домой. – Любили, пока я справлялся с ситуацией, но стоило дать слабину… – Морти глянул на высокое весеннее небо. – Впрочем, неважно. Лишь бы они глупостей не наделали. Вражда с туатами погубит всё, что я так долго строил в этом городе. Охотник часто бросал непонятные реплики в пустоту и не требовал поддерживать разговор, словно обращался к самому себе. Поначалу это смущало, но со временем Майли перестала обращать внимание. Каждый имеет право на маленькие чудачества. Герду можно задеть проходя, и она молча всё проглотит, Финист побурчит и забудет, а Охотник спросит так строго, что стыд одолеет, как в храме перед ликом Пресветлого. Вдруг побледнев, Морти едва не рухнул. Майли вскрикнула. Охотник встряхнул головой и выровнялся. Из его носа сочилась кровь. – Всё в порядке. У меня бывает, – отмахнулся он от расспросов и обтёр лицо платком. – На сегодня занятия закончены. Можешь прогуляться по городу. Встретимся дома. Он умчался, оставив ученицу в полном недоумении. *** Помыслы Финиста занимало сожжённое письмо. С сомнительным родством Охотника всё яснее некуда. Но вот зачем ему понадобилась Герда, причём здесь вещие Норны и месть Белому Палачу? Про оракул, от которого взяла название Компания Сумеречников в изгнании, известно было мало. Говорили, что именно благодаря пророчествам Норн горстке рыцарей удалось спастись после падения ордена. Получается, единственное действенное оружие против Лучезарных, перестало работать? Если об этом прознает враг, то Белый Палач атакует Норикию, и Золотой Дюарль падёт к его ногам, как уже пала казавшаяся несокрушимой твердыня книжников – Эскендерия. Тогда ни один одарённый не спасётся от преследования. Действительно, страшно. Но зачем скрывать это от Герды? Свои секреты Морти наверняка прячет в спальне, которую держит запертой. Значит, искать надо там. Нет такого замка, которого Финист не открыл бы.