Страница 11 из 54
Экскурсовод повела свою группу дальше по экспозиции. Народ шёпотом обсуждал ротозейство современной молодёжи и вспоминал разные ужасные случаи подобной забывчивости.
-Вот растяпа! - обругала своего "викинга" Вика и добавила, - ничего удивительного, так всегда бывает, когда мужчина сам ведёт хозяйство. Женщина никогда бы так не сделала!
-Ты думаешь? - рассеянно ответила Кира. У неё мелькнула и ускользнула мысль. Поморщившись, Кира стала думать о том, как Серёжа разыщет её и как они станут говорить, говорить... Скорее бы уже наступил понедельник, кажется, никогда она так не торопила начало рабочей недели.
Внизу их встретил улыбающийся Вацлав:
-Дозвонился. Соседка - у неё ключи от квартиры - проверила. Всё в порядке. Я его действительно не выключил. Она говорит, что от него даже в комнате тепло стало. В общем, всё обошлось.
-Повезло тебе! - порадовалась за него Вика. - От всех этих волнений я есть захотела.
Есть захотела, видимо, не одна Вика, потому что все живенько собрались и автобус двинулся в сторону Вызу. Кира молчала, смотрела на сгущающиеся сумерки и чувствовала необходимость немедленно выйти.
-Вика, - тронула она подругу, - дай мне свой фонарик. Только быстро.
Вика порылась в сумке и протянула ей фонарик:
-Зачем тебе?
-Если я не успею к концу ужина, расселяйся и выходи к столовой. Там встретимся.
-Да куда ты, ненормальная?!
-Мне надо. Срочно надо, - и она быстро подошла к водителю, - пожалуйста, остановите автобус. Мне надо выйти.
-Вы что? Вам плохо? - обеспокоилась Дина Моисеевна. - Вас укачало?
-Да-да, немного. Я пройдусь по воздуху, и всё пройдёт. Остановите здесь, пожалуйста, - нетерпеливо попросила Кира.
Машина затормозила, и Кира выскочила наружу.
-Но ведь уже почти стемнело! - крикнула ей вслед Дина Моисеевна.
-У меня фонарик. Езжайте! - автобус тронулся.
Мимо проплыло прижатое к стеклу лицо Вики с круглыми от возмущения глазами.
Едва задние огни "Икаруса" уплыли вдаль, Кира быстро двинулась в сторону заброшенного дома Паленов. Она чувствовала его отчаянный зов. Дом беззвучно кричал, он страдал, корчился, и звал, звал её, Киру. Почти стемнело, но зато зажглись на придорожных столбах фонари. И хотя они давали слабый свет, всё же это было хоть какое-то освещение. Правда, Кира не страдала от темноты, наоборот, когда темнело, её зрение обострялось, к тому же в руках у неё был фонарик.
Дождь прошёл, даже ветер стих. Или здесь за деревьями он почти не ощущался? Из-за деревьев бесшумно выкатился экипаж, запряжённый четвёркой вороных коней. Капли дождя блестели на его тёмно-коричневых стенках, маленькие фонарики светились по углам. Кучер в высоком цилиндре невозмутимо правил лошадьми. Проезжая мимо оцепеневшей Киры, он приветственно приподнял цилиндр, чья-то тонкая рука отодвинула занавеску на окошечке. Но лица сидящего там человека Кира не увидела. Не издав ни звука, экипаж скрылся за поворотом. Постепенно Кира пришла в себя. Все эти годы ничего таинственного, необъяснимого с нею не происходило, она даже решила, что мистика исчезла из её жизни. И вот опять... Что это? Так и не найдя ответа, она решила, что нечего стоять здесь с открытым ртом - всё равно ей не под силу с этим разобраться, надо действовать.
Вот он, этот дом. Кто же так изуродовал его?! Входная дверь обита покорёженным железом и заколочена огромными гвоздями. Здесь, конечно, ей не войти. Кира пошла вокруг. Пожелтевшие еловые иголки плотно лежали под ногами и мягко пружинили. Она прошлась пальцами по шершавой стене - тёплая! С чего бы ей быть тёплой, если солнце сегодня не выглядывало? Никем не кошенная пожухлая трава густо заполнила пространство двора, где в рождественскую ночь 1911 года они танцевали среди заснеженных деревьев. Неподалёку что-то тихонько поскрипывало. Кира посветила туда фонариком. В углу двора белел сложенный из резного камня колодец, на креплении покачивалось новенькое жестяное ведёрко. Новенькое?! И ветра нет, а оно качается - странно. Она ещё раз коснулась замшелой стены: нет, не показалось, в самом деле тёплая.
-Ну и как мне войти? - сама у себя спросила Кира. Лёгкий ветерок коснулся её волос и унёсся прочь. Мерцающим зеленоватым облачком закружились светлячки. Она двинулась в правую сторону, где было заднее крыльцо. С сомнением посмотрела на прогнившие ступеньки - выдержат ли? Решилась. Поднялась по разваливающимся ступенькам, стараясь не думать, что может ухнуть вниз и тогда её путешествие очень плохо кончится.
Неожиданно легко и без звука открылась обитая некрашеной жестью дверь. Кира хорошо помнила расположение комнат. Здесь надо пройти через малюсенький коридорчик, там дальше гостиная. Потом подняться по лестнице к спальне Эльзы Станиславовны. Внутри дом был пуст: никакой мебели, лишь голые стены с оборванными обоями. Как бы хорошо она ни видела в темноте, но всё же лучше подсветить себе фонариком. Кира нажала на кнопочку, и луч выхватил из темноты лестницу с остатками перил. Она осторожно, прижимаясь к стене, стала подниматься наверх. Там опять весёлым облачком заплясали светлячки.
Всё то же: пустая комната, освещенная лунным светом из наполовину забитого досками окна. Пол пугал тёмными провалами сорванных в центре половиц. Осторожно, по стеночке, она прошла туда, где когда-то висел "портрет цветка", нарисованный маленьким Штефаном. Только теперь здесь были другие обои, не те, что с такой наивной радостью собственноручно клеил Иван Фёдорович, желая угодить молодой жене. Теперь здесь красовались остатки огромных кочанов с закрученными листьями, и всё это, наполовину оборванное, висело неряшливо и печально.
Кира приказала себе не думать о грустном. Она искала и не находила следов сейфа. Подцепив болтающийся бумажный лоскут, потянула его на себя. Под ним показались деревенские букетики спальни Эльзы Станиславовны. Она оторвала ещё и ещё одно полотнище. Сейф уже должен был показаться. Но его не было! Она стала тихонько простукивать стенку - вот оно, то, что нужно. Как же она не догадалась? Ясно же: они спрятали сейф за такими же обоями, а потом уже здесь потрудились любители капустных листьев, наклеивая этот огород на стены.
Надо же! Кнопка действует! Первая панель открылась, предъявив небольшое углубление и вторую, уже настоящую, сейфовую дверцу с кодовым механизмом. А если они поменяли код? Она отмахнулась от этой мысли и смело набрала комбинацию цифр из даты рождения Штефана. Пауза, щелчок, и сейф открылся. У неё получилось! Получилось!
В нише стоял саквояж, укрытый простынёй. Кира вынула его и заглянула внутрь сейфа: пусто. Она закрыла дверку, набрав кодом дату рождения дочери, потом захлопнула вторую дверцу. Бесполезные действия - теперь обои с капустой не закрывали панель. Она вздохнула и занялась саквояжем. Он нисколько не пострадал от времени и казался совершенно современной вещицей. Но нельзя же открыто нести его, нужно во что-то сунуть. Она вытащила из своей дорожной сумки халат, тапки и ещё что-то, что взяла в поездку, с трудом втиснула туда саквояж, прикрыла сверху вещами. Только бы молния не лопнула! Всё, теперь можно возвращаться. Спустившись вниз и выйдя из дома, Кира погладила его стенку:
-Прости нас, милый. Спасибо тебе! - и поспешила в сторону Вызу. Надо пройти километра три с тяжёлой сумкой в руках. Она торопилась и не сразу поняла, что почти не чувствует её веса. Улыбнулась: может, это Андрей из своего далёка помогает ей? И вновь ветерок ласково коснулся её щеки.
Глава 3
Кира довольно быстро добралась до деревянного здания столовой. Их автобус всё ещё был на стоянке, и она занесла сумку внутрь. Потом вышла наружу и присела рядом на скамеечке. Добродушно настроенный после хорошего ужина народ постепенно собирался возле машины. Дина Моисеевна уже заняла своё место, заурчал мотор, и все стали садиться в автобус. Вацлав с Викой вышли последними. Они сразу увидели Киру и облегчённо вздохнули: