Страница 16 из 18
- Где ты был? - вопросом на вопрос ответил батя.
- Гулял, - "признался" я.
- Нашел время для прогулок! На носу экзамены, а он...
Далее пошли потоком нотации. Сказать, что был удивлен - это ничего не сказать. Сегодня отец не был похож на себя привычного, на того, которого я знал пятнадцать лет. Когда его поток нотационного красноречия иссяк, я не спасовал, опять спросил:
- Что случилось? Есть повод срывать зло на собственном ребенке? - Я хотел придать легкомысленный тон нашему сложному общению, "ослабить" хватку родительского воспитания.
- Кое-что случилось, - сразу сник мой родитель. - Ты же знаешь, я никогда не трясусь над каждой копейкой... И любая денежная потеря не заставит меня "терять лицо". Но... - Отец замолчал и пристально-осуждающе смотрел на меня.
- Так что же произошло? Если у тебя пропали деньги, то я к их пропаже не имею никакого отношения.
- Я тебя не виню. - В голосе отца чувствовалась уверенность. Я расслабился: не выношу голословных обвинений.
- Давай по порядку.
- Настя давно мечтала купить автомобиль.
- Настя? Мечтала? За твои деньги?
- Но мы одна семья.
- Я всегда подозревал его в корысти.
- Какая корысть?! О чем ты, Ромка?!
- Ты хорошо зарабатываешь, плюс военная пенсия. Ты завидный жених!
- Не ерничай. Настя... мне не хотелось поднимать эту тему с тобой... Настя любит меня. И это не пустые слова.
- За десять тысяч на сберкнижке полюбит любая.
- Роман, я никогда не поднимал на тебя руку, но сейчас ты напрашиваешься...
- Хорошо, я был не прав.
- Не надо делать мне одолжение.
- Я не делаю, я извиняюсь... Значит, ты снял деньги со сберкнижки, чтобы купить машину...
- Позавчера снял со сберкнижки почти все деньги, оставил какую-то мелочь, чтобы не закрыли счет. Продавец - один знакомый Анастасии - продает "Волгу ГАЗ-24" в отличном состоянии. Уезжает на ПМЖ в Израиль. Распродает все движимое и недвижимое имущество. Предложил Насте купить автомобиль. Он знает о ее мечте. Сделку пришлось перенести - продавцу срочно надо было уехать в Москву по делам. Знал бы, не стал снимать с книжки деньги. Рассчитывал так - снял деньги и сразу купил автомобиль. Все-таки, сумма немалая, опасно держать дома.
- А ты дома держал деньги? Всю сумму?
- В тот вечер и всю ночь деньги были при мне - здесь, дома, на следующий день передал Насте. У нас целый день в квартире никого нет, а Настя специально взяла отгул. Отлучилась всего на полчаса в магазин, вернулась, дверь вскрыта отмычкой. Дверной замок совсем хлипкий, всё руки не доходили поменять.
- Кроме денег, что-то из квартиры пропало? И почему ты говоришь о краже только сейчас? Насколько я понимаю, деньги из квартиры Анастасии Павловны... Олеговны исчезли вчера.
- Я сам не знал. Она мне сразу не сообщила... Я приехал к ней утром, чтобы вместе идти на работу - боялся оставлять ее одну с такой крупной суммой. Сегодня днем должна была состояться сделка.
- Милицию вызывали?
- Конечно. Будут искать... ветра в поле...
- Значит, входную дверь вскрыли отмычкой?
- Да, без экспертизы видно.
- А Славик где был?
- В школе. О деньгах он ничего не знал.
- Это ты так думаешь. Я в этом не уверен. Анастасия... Олеговна...
- Ромка, заканчивай свой цирк!
- Уже! Анастасия Олеговна не могла сдержать эмоций и рассказала сыну, что завтра вы покупаете автомобиль "Волга ГАЗ-24".
- Если бы и поделилась новостью, чтобы это изменило?! Славик никогда не позарится на чужие деньги. Он правильно воспитан - чужого никогда не возьмет.
- Он и чужой кортик не брал, - вставил я.
- Одно дело кортик, другое дело - десять тысяч.
- Мне надо поехать на место и всё увидеть своими глазами.
- Дверь починили в тот же день. У Насти сосед - слесарь. Он и дверь починил, и новый замок вставил.
- Батя, ты не хочешь, чтобы я занимался этим делом?
- Ты "дров наломаешь".
- Не волнуйся...
Сын и мать Саможеновы встретили меня настороженно. О моих детективных способностях, естественно, были осведомлены. Я сразу заявил, что пришел в гости, соскучился. Конечно, мне никто не поверил.
Пока Анастасия Олеговна накрывала на стол, мы со Славиком уединились в его комнате. У него, как всегда, был творческий беспорядок. И как всегда отдельной стопкой лежали черновики сочинений, написанные рукой его матери. В чем, в чем, а в написании сочинений Славик был не силен. Впрочем, как и я.
Мать устала требовать от сына невозможного, предпочла писать сочинения за него, Славику оставалось только переписывать начисто. И зачем утруждать мальчика-гения в других областях знаний, совершенно ему не нужных. Пишет грамотно, и довольно с него. Писателем или филологом быть не собирается, свой путь в науке выбрал давно...
Я привычно пробежал глазами по листку бумаги, лежащему сверху. Что-то по произведению Горького "Мать".
Если быть честным до конца, то признаюсь - я тоже пользовался черновиками Анастасии Олеговны. У меня, как и у Славика, не сочиняется. Еще на "вольную" тему я могу что-то накрапать, чего не скажешь о сочинениях по классической литературе - ни в зуб ногой. Далее нескольких дежурных предложений пойти не мог.
Любил писать сочинения на тему Великой Отечественной войны. Но когда дело дошло до романа Шолохова "Как они сражались за Родину", тут я и застопорился: написал только вводную часть. Славка к тому времени уже заработал свой "пятак", я по-тихому слямзил у него черновик. Трудолюбиво переписал начисто и тоже получил "пятак". И нисколечко не стыжусь...
Я заговорил о пропавших деньгах, потом - об улетучившейся мечте, о несостоявшейся сделке. Мой монолог о деньгах Славик поначалу пропускал мимо ушей, сосредоточенно изучал облупленный край письменного стола. Но когда речь зашла о мечтах, не сдержался:
- Что такое автомобиль?! Железка на колесах! У человека разве такая должна быть мечта?!
- А у тебя какая мечта?
- Я мечтаю получить хорошее образование за границей, - выпалил он.
От неожиданности я потерял дар речи. Опомнившись, переспросил:
- За границей?
- Конечно, за границей! Где же еще! Разве в этой стране подобное возможно? Совок! Ну, допустим, выучишься, получишь свой диплом. И что дальше? Прямая дорога в какой-нибудь НИИ или на завод. Будешь получать три копейки и радоваться.
- Совок, - повторил я. - Это ты нашу Родину совком называешь?
- А у тебя другое мнение? Я думал, ты меня поймешь...
- И мамочка разделяет твои взгляды?
- Я не хочу продолжать этот разговор. - Славка запоздало сообразил, что проговорился.
- Ну уж нет, изволь ответить на мой вопрос!
- Да, разделяет!
- Рад за тебя. Это она тебя надоумила...
Тут дверь распахнулась, и Анастасия Олеговна пригласила нас к столу.
- Одну минуточку, - сдержанно сказал я.
Она выразительно посмотрела на сына и удалилась. Мне показалось - предупреждала его о чем-то.
Далее наш диалог превратился в мой монолог: Саможенов будто воды в рот набрал. Я устал сотрясать воздух, тратить время зря, и позвал отца.
Когда он появился на пороге, я указал на Славика и сказал:
- Это он взял твои деньги! - Я заскучал: не думал, что так легко выведу преступника на "чистую воду".
- Я не брал, - проблеял побелевший, как полотно, Славик. Его мать, маячившая за спиной моего отца, протиснулась в комнату и заявила:
- Саша, не слушай его! Он делает это назло!
Я никак не отреагировал на ее громкое заявление.
- Сам вернешь деньги или будем вызывать милицию с розыскной собакой? - миролюбивым тоном поинтересовался я, присаживаясь на край письменного стола, который все это время так внимательно изучал вундеркинд. - Если выберешь второй вариант - не вернешь деньги, то не получится отделаться легким испугом... Пап, ты же не будешь писать заявление на Славика, если он всё вернет?