Золотой Бог. Дилогия

Полукровка оттолкнул ее в сторону – Лиза упала. Подскочила мама, закрывая собой; ее плечи дрожали. Спрятавшись за надежной спиной, Лиза видела, как полукровка поволок деда к двери. Тот даже не успевал переступать больными ногами. Стук, с которым захлопнулась дверь, показался оглушительным. Мама, больше не сдерживаясь, рыдала. Папа глухо спросил:

– Список распределения?

– Да, – сдавленно откликнулась она.

Лиза наморщила лоб – слова непонятные и взрослые. Она не поняла смысла, но повторила несколько раз, чтобы запомнить. Они отложились в памяти навсегда. Угрожающие, зловещие. Вечером, когда мама укладывала ее спать, спросила:

– Дедушка вернется?

– Нет, солнышко.

– Почему? Куда он пошел?

– Ему сейчас хорошо, Лизочка. Он в сказочной стране.

– В тридевятом царстве?

– Да.

Обычно Лиза верила взрослым, но на этот раз поняла – мама сказала неправду. Если деду хорошо, то почему она плачет, а папа так крепко стиснул зубы? Но не стала дальше расспрашивать. Лежа без сна на раскладном диване, рядом с родителями, думала о том, где сейчас дед. Что с ним сделали полукровки? Сердце болезненно сжималось. По щекам катились соленые капли. Плакала беззвучно, чтобы не разбудить родителей.

Только в семь лет Лиза, наконец, узнала, что означает загадочная фраза. Услышала разговор старшеклассников, у которых кого-то из родственников включили в список распределения. Лиза подошла и прямо спросила, что они имеют в виду. На нее посмотрели снисходительно, как на несмышленыша, но объяснили:

– Те, кто попадают в список, становятся едой для вардоков и полукровок.

– Как это едой?

Сначала подумала, что ослышалась. Ей открыли непостижимые, страшные вещи. В этом мире она, родители, друзья, остальные люди – бесправные рабы. Их используют в качестве рабочей силы или пищи. Все, что пожелают хозяева, – могущественные вардоки. Бледные высокомерные существа, которых видела на улице или по соседскому телевизору. А полукровки следили за тем, чтобы люди не вздумали бунтовать. То есть, она – Лиза Данилова – стоит на низшей ступени общества. Ее родители заклеймены обычной меткой, прикрепляющей их к определенной территории. Всю жизнь они не имеют права ее покидать. Пока могут работать, им позволяют жить. Стариков и больных отбраковывают и увозят на бойни.

Постигала эти не укладывающиеся в голове вещи и начинала многое понимать. Обреченную озлобленность родителей, вечную тревогу и страх, с которыми они жили. Взрослые негласно оберегали детей до последнего от страшной правды, но наступал момент, когда скрывать уже не оставалось возможности.

Закрывшись в кабинке школьного туалета, Лиза долго рыдала, пропустив занятия. Сидела на опущенной крышке унитаза, уставившись в исписанную неприличными словами дверцу. Перед глазами проносились картины возможного будущего. Она отучится в школе, пойдет работать на тот же завод, выйдет замуж, заведет детей, состарится и закончит дни на бойне. Ее кровь утолит голод какого-нибудь вардока или полукровки. Ради чего жить? Почему люди не борются? Покорные, жалкие, они похожи на коров, нарисованных на картинке в одной из ее книг.

Лиза не хотела так жить! Упрямо сжав кулаки, она поклялась себе, что сделает все, чтобы вырваться из замкнутого круга.

Когда прозвенел звонок с последнего урока, вышла из временного убежища и разыскала учительницу. Та спросила о причине прогула; вместо ответа Лиза спросила о том, как чего-то добиться в жизни. Проговорили до вечера, пока не явились встревоженные родители. Лиза спокойно выслушала упреки, думая о другом. Учительница рассказала, что вардоки выделяют одаренных людей. Даже проводят тестирование в школах, выявляя подающих надежды детей. Но проходят его единицы.

Если Лиза сдаст тестирование успешно, то получит шанс поступить в высшее учебное заведение, а затем получить метку обычной или даже особой приближенности. Обладателей таких меток в пищу не употребляют, разве что они совершат вопиющие нарушения или привлекут нездоровый интерес влиятельного вардока. Чтобы такого не случилось, нужно выполнять работу на должном уровне, но держаться тише воды ниже травы.

Лиза стала лучшей ученицей в классе, а затем прошла тестирование. Родители гордились ее успехами. В день окончания школы отец сказал:

– Я рад, что у тебя появился шанс выбраться из этого болота. Не останавливайся на полпути, дочка. Сделай все, чтобы не пришлось сюда возвращаться.

– Я и не вернусь, – уверенно заявила Лиза.

Она выяснила, какие специальности наиболее востребованы вардоками. Из них выбрала археологию – сама повелительница выделяла специалистов в этой области. Лиза легко поступила на нужный факультет и погрузилась в учебу. В то время, как сокурсники разрывались между развлечениями и занятиями, она сутки напролет просиживала за книгами. Серьезная, целеустремленная, неулыбчивая. Преподаватели хвалили ее, а студенты недолюбливали.

Чтобы ничто не отвлекало от поставленной цели, Лиза стала скрывать и собственную привлекательность. О том, что красива, поняла, когда несколько сокурсников попытались ухаживать за ней, не побоявшись ее чопорности. Стоя перед зеркалом, критически взвесила достоинства и недостатки. Бледность. Это считалось красивым, поскольку напоминало оттенок кожи вардоков. Волнистые рыжие волосы, доходящие до талии. Приятный овал лица. Чуть длинноватый прямой нос. Пухлые губы. Она посчитала себя хорошенькой и решила, что это нужно исправить. Волосы стала стягивать в пучок на затылке, старивший ее на несколько лет. Косметикой и так не пользовалась, считая это дешевым позерством. Чтобы скрыть слишком яркие зеленые глаза, приобрела уродливые роговые очки в поллица, изменившие ее до неузнаваемости. Насчет фигуры тоже пришлось принимать меры. Длинные ноги считались красивыми, значит, лучше их прятать под бесформенной юбкой.

Нельзя позволить внешности сыграть с ней злую шутку. Лиза слышала, что вардоки падки на симпатичных женщин. И не всегда это заканчивалось хорошо для избранниц. Если она не хочет умереть раньше времени, высушенная кровопийцей, лучше сделать себя как можно непривлекательнее.

Преподаватели и студенты, знавшие ее до преображения, недоумевали, зачем это нужно. Она давала уклончивые ответы и упрямо продолжала ходить в уродливых балахонах и очках. В конце концов, к ее причудам привыкли. Поклонники отсеялись, и Лиза вздохнула с облегчением.

Все шло по плану. Она закончила университет в числе лучших студентов. Ей вручили диплом. Она так радовалась, держа в руках покрытую пластиком бумажку. А потом пришло горькое прозрение. Что дало окончание университета? Данные о ней занесли в картотеку, но пока кому-нибудь из вардоков не понадобятся ее услуги, придется вернуться в барак, к родителям. И кто знает, сколько продлится неопределенность. Сердце болезненно заныло.

Лиза не навещала родителей во время учебы. Хотела забыть, как страшный сон, вместе с прошлой жизнью. Понимала, что они ни в чем не виноваты, но не могла пересилить себя. Была не в состоянии спокойно смотреть на ту жизнь, которой они живут. Их искренняя радость заставила Лизу почувствовать себя последней сволочью. Они ни в чем ее не упрекали и все понимали.

Еще когда Лиза училась в школе, семье выделили дополнительную комнату. Тогда же родители отдали ее в распоряжение Лизы. Раньше помещение казалось большим и уютным. Теперь словно глаза открылись. Жалкое, убогое убранство. Серые обои, старая деревянная кровать у стены, стол и стул, полки с книгами, шкаф для одежды и зеркало. Запах сырости и затхлости.

Лиза почувствовала, что задыхается. Бросилась к маленькому оконцу, распахнула створки и высунулась наружу, жадно глотая воздух. Ради чего старалась, отказывая себе даже в крохотных радостях? В душе закипали горечь и отчаяние. Что теперь? Смириться и жить так же, как родители и соседи? Невозможно! Но что остается? Разве есть выбор?

Лиза подошла к зеркалу, сняла очки и с отчаянием взглянула на себя. Куда делась уверенная, целеустремленная победительница, знающая, чего хочет и как этого добиться? Жалкое растерянное существо в нелепом болотного цвета балахоне и с дурацким пучком на затылке! Вырывала шпильки из волос и остервенело бросала на пол, словно они в чем-то виноваты. Освобожденный золотисто-рыжий водопад хлынул по спине, опускаясь до бедер. Она снова чувствовала себя собой. Как же тяжело постоянно носить маску! Но тогда у нее была цель... Откинула упавшую на щеку прядь. Не нужно сейчас об этом думать. Необходимо успокоиться и передохнуть.