Страница 42 из 112
— Дина! — нетерпеливо воскликнул Дорон. — Что все это значит?
— Здесь был журналист Честер, — устало произнесла Динст.
— А сейчас, — добавил Гард, — как видите, его нет.
Генерал, еще не веря своим ушам, остервенело огляделся вокруг, словно хотел убедиться, что Честера действительно нет, и вдруг сделал ладонями ровно три тихих хлопка, означающих “бурные аплодисменты” в адрес комиссара Гарда. Затем сделал паузу и, дав волю своим истинным чувствам, с силой ударил кулаком по столику. Бутылка стерфорда, подпрыгнув, перевернулась. И в следующее мгновение Дорон уже смеялся, из него воистину мог бы получиться блестящий актер.
— Какой замечательный, но чрезвычайно глупый ход! — проговорил он сквозь приступ смеха. — Ну и концовка! Надеюсь, вы понимаете это, комиссар? Или вы все еще не согласны с тем, что з интересах того же маленького Честера старшему Честеру следует молчать?
Гард стоял, склонив голову, словно ему на затылок тяжело давила чья–то рука.
Немного успокоившись, Дорон сказал:
— Да, это резко меняет ситуацию. Давно ушел Честер?
— Что вы хотите предложить? — спросил Гард.
— Догнать его. Вернуть.
— И что дальше?
— Уговорить молчать! Да опустите свой пистолет! — заорал Дорон инспектору Таратуре. — Скажите ему, комиссар! Я гарантирую вам безопасность! Всем! Вы мне нужны живые и невредимые! Остановите Честера, и я сделаю его и вашу жизнь безбедной, я…
— Честер уже покинул “зону”, — перебил Гард. — Кроме того, я уверен, что он не пойдет на наши уговоры, даже если бы попытались его уговорить.
— Так… — Дорон хрустнул пальцами рук. — Очень глупо. Это же глупо, комиссар Гард. Вам все равно следует попытаться… — Затем генерал произнес тихо, как бы говоря сам с собой: — Разгром типографий левых газет не поможет, есть печать других стран… Но дело даже не в этом. Члены Тайного совета все равно узнают… Так. Вы можете сказать мне, где будет находиться Честер, я сам попытаюсь его урезонить?
— Он мой друг, — коротко ответил комиссар.
— Как вы старомодны!
— Я хорошо знаю ваши “резоны”, генерал.
— Ладно, — поморщился Дорон, — позвольте мне отдать наверх кое–какие распоряжения.
— Какие именно?
— Я хочу помочь вам и вашим спутникам как можно быстрее оказаться на материке. Надеюсь на ваше благоразумие, комиссар. Здесь вы мне совершенно бесполезны. А там… Только вы способны остановить Честера, потому что вы, надеюсь, понимаете, как это необходимо ему же, и только вы знаете, где его можно найти. Выходите сами из тупика, Гард! Если вы действительно хотите сохранить жизнь детей…
Глава 18
А ЖИЗНЬ НЕ СТОИТ И ЛЕММА…
— Линда? Это Дэвид.
— Слышу.
— Новости есть?
— Увы.
— Знаете, я сбился с ног.
— Ах, Дэвид!
— Тот звонил?
— И опять не назвался.
— О Фреде никому не слова. Вы слышите, Линда?
— Слышу. Скажите мне правду о Майкле.
— Нужно держаться, дорогая.
— Я не ребенок, Дэвид.
— Могу повторить: он жив. Остальное потом.
— За что вы меня мучаете?
— Я позвоню позже.
— Ах, Дэвид!
Честер как в воду канул. Он мог вернуться в Нью одновременно или чуть раньше Гарда, но розыски, организованные комиссаром, дали пока нулевой результат. В конце концов Фред должен был явиться домой или хотя бы позвонить жене, и Гард уже в пятый раз беспокоил Линду.
Конечно, Честер молодчина, он прекрасно законспирировался, понимая, что имеет дело с опасным противником. Но если он знает, что Гард уже в городе, скрываться от комиссара глупо, а если он думает, что Гард еще в “зоне”, давно пора поднимать тревогу. Впрочем, не исключено, что Фред еще сам не выбрался с острова. А вдруг он застрял в трубе, сидит там со своим Шизом и ждет помощи? Или, что еще хуже, и помощи уже не ждет?!
Комиссар не на шутку волновался.
Возле квартиры Честера, перед входом во все без исключения редакции левых газет, на аэродромах и у дворца президента — всюду были расставлены посты, держащие прямую связь с дежурным по управлению. Сам комиссар объездил на машине любимые и наиболее посещаемые Честером кабаки, побывав даже в “Указующем персте”, с которым Фред разругался больше года назад.
Таратура был оставлен на острове: вдруг Честер еще там и ему понадобится какая–нибудь помощь! Сюзи находилась с инспектором, и Гард был спокоен хотя бы за то, что сведения о “зоне” никуда не просочатся, пока он сам не даст соответствующей команды.
В четыре дня позвонил Дорон, тоже вернувшийся в Нью. Словно отчитываясь перед Гардом, он сообщил что его люди проверили списки лиц, покинувших за последние сутки остров Холостяков, но фамилии Честера не обнаружили.
— Вы сами понимаете, — сказал генерал, — это еще ни о чем не говорит.
— Проверьте трубу, через которую “зона” сбрасывает воду в море, — посоветовал Гард после некоторого раздумья.
— Вот как? — сказал Дорон. — Очень интересно. Хорошо, проверим.
— С участием Таратуры, — добавил Гард. — Я дам ему необходимые указания.
Еще через час Дорон сообщил — через минуту это же подтвердил Таратура, — что в трубе чисто. “Слава Богу!” — подумал Гард.
— Он не мог покинуть “зону” еще каким–нибудь путем? — спросил генерал.
— Вам лучше знать эти пути, — ответил Гард.
В четверть шестого раздался звонок из канцелярии президента.
— Говорит Джекобс. Вы, Гард?
— Точно.
— Так я и думал. Будьте здоровы.
И трубка дала отбой.
Гард немедленно соединился с Джекобсом и спросил старика, чем вызван его странный звонок.
— Обычная история, — ответил секретарь президента. — Какой–то сумасшедший или подвыпивший весельчак сообщил мне по телефону, что вы попали на острове Холостяков в трудное положение и что вас нужно выручать. Как вы понимаете, комиссар, я благодарен вам за то, что вы в Нью, а я избавлен от лишних хлопот.
“Это, конечно, Честер… Но Боже мой, — подумал Гард, — как он неумело действует!”
— Любопытно, — переходя на шутливый тон, сказал комиссар, — что бы вы делали, не окажись я на месте?
— Раскошелился бы на свечку, — мгновенно ответил Джекобс.
— А серьезно?
— На две свечки!
Да, старину Джекобса голыми руками не возьмешь…
— Дэвид? Линда.
— Да, да, я слушаю.
— Не помешала?
— Напротив. Что–нибудь случилось?
— Этот опять звонил.
— Не обращайте внимания.
— Мне надоело. Ничего, если я скажу, что Фред приехал?
— Линда, он действительно приехал?
— Я так скажу, чтобы он отстал.
— Лучше не обращайте внимания.
— Дэвид, я увижу Майкла?
— Он жив, и это все, что я могу вам сказать, Линда.
Вскоре позвонил Дорон.
— У вас есть новости?
— Есть просьба, генерал, — сказал Гард. — Оставьте в покое жену Честера. Она уже на пределе. Ваши люди ее замучили.
— Хорошо, я подумаю, — сказал генерал, — а…
— Новостей нет, — перебил Гард.
— Никаких?
— Абсолютно.
— Договоримся о главном, — произнес Дорон металлическим голосом. — Или я могу вам доверять, или не могу. Ситуация не терпит неясностей в этом вопросе.
— Я к вашим услугам, генерал.
— Почему вы не сообщаете мне о звонке из канцелярии президента?
Гард не сразу нашелся, что ответить.
— Но вы и так знаете об этом, — сказал он через паузу.
— Разумеется! Ведь анонимный звонок Джекобсу мною организован!
Гарду пришлось сделать еще одну паузу.
— Вы проверяли меня, генерал?
— Отдаю долг вашей удивительной проницательности
— Благодарю за комплимент, — сказал Гард. — Откровенно говоря, я сам хочу иметь дело с Фредом Честером, а уж потом доложить вам о результате.
Дорон не ответил.
Ночью Гард был в управлении, поддерживая связь со всеми постами. Уже не в первый раз, работая как бы заодно с Дороном, он одновременно действовал против него, оберегая от генерала предмет их общих забот. Это создавало дополнительные трудности, поскольку комиссар “простреливался” с двух сторон, занимая все ту же “круговую оборону”: там, где были его люди, непременно находились люди Дорона.