Линда из Нэвидолла

-- Ух ты! Когда это ты успела?

-- Кулон помог, -- улыбнулась девочка.

-- Опять кулон? -- помрачнел Маркус. -- До добра это не доведёт.

-- Не будь занудой. Знаешь, мне даже начинает нравиться. Вот бы ещё научиться правильно им пользоваться.

-- И про что книжка?

-- Сейчас выясним, -- сказала Линда и присела на скамейку.

Девочка открыла книгу и погрузилась в чтение. Маркус засопел рядом, заглянул через плечо, но ничего не понял в смешных закорючках незнакомого алфавита. Потом он беспечно болтал ногами, пытаясь поднять с земли облачко пыли. Вскоре ему надоело сидеть без дела и он стал разглядывать листья, блестящие в косых струнах--лучах заходящего солнца. Изредка он вздыхал и бросал нетерпеливые взгляды на подругу, но та была погружена в чтение и не обращала на него никакого внимания. Наконец Маркус откинулся на спинку лавочки и задремал.

Мир магии со страниц книги полностью овладел Линдой. Она без труда понимала незнакомые слова, словно они всегда были в ней и только ждали, чтобы она открыла книгу. Магия старого мира, волшебные артефакты, магические заклинания, -- всё это казалось девочке знакомым и понятным. Она прочитала, что когда-то существовал Старый мир, полный волшебства, но источники магии иссякли, и на смену Старому пришёл Новый мир, в котором стало чуть меньше магии. Чтобы сохранить свои способности, чародеи были вынуждены создавать волшебные артефакты, которые давали возможность творить магию, всем, кто обладал волшебными способностями. Риальто Великолепный подробно описал все известные ему артефакты, способы их проверить и использовать.

Линда не нашла в книге описание кулона, но убедилась, что это один из магических амулетов с волшебной силой внутри.

-- Замечательно! -- воскликнула она и захлопнула книжицу.

Маркус спросонья чуть не свалился со скамейки:

-- Что случилось?

-- Пошли на пустырь, надо кое--что проверить.

-- Опять? Уже поздно, солнце почти село. Меня родители дома ждут.

-- Струсил? -- прищурилась Линда.

Маркус возмущённо засопел:

-- Тебе хорошо говорить. Тебя уже наказали.

-- Тогда пойду одна.

Девочка вскочила и решительно направилась по Тисовой аллее, которая вела прямо к Нэвидоллской Стене. Над черепичными крышами виднелись острые верхушки далёкого леса Оймод. В вечерней дымке они казались нарисованными акварелью, будто художник--великан макнул кисточку в зелёную краску и широкими мазками очертил границы Нэвидолла. День клонился к закату и тени удлиннились.

Маркус постоял некоторое время в нерешительности. Он прикидывал, какое наказание придумает для него матушка. Потом махнул рукой и потрусил вслед за подругой.

Когда ребята добрались до пустыря у Стены, на Нэвидолл упали сумерки. Фонарщики приступили к работе, они чинно шли по улицам с лесенками на плечах и зажигали фонари, начиная от центральной площади. Пристенная окраина пока куталась в таинственный полумрак. Небо налилось глубокой синью и заструилось внутренним светом. Редкие звёзды уже зажглись на небосводе, приветливо подмигивая запоздавшим прохожим.

Линда остановилась перед Стеной и запрокинула голову. Высокая, метров тридцати, кладка выделялась в синем сумраке призрачной белизной. Девочка подошла вплотную и погладила пористую поверхность камней кончиками пальцев.

-- Что собираешься делать? -- прошептал Маркус.

Линда приложила палец к губам. Она отсчитала от Стены десять шагов и повернулась к ней лицом. Девочка застыла, словно ожидая сигнала или знака. Маркус тоже затаил дыхание.

Наступило мгновение вселенского покоя. Тот самый чудесный миг, когда голос дня уже смолк, а звуки ночи ещё не проснулись. Даже ветер, беспутный гуляка, который день напролёт бродил по узким улочкам и широким проспектам, шевелил листья и взъерошивал волосы, замер и затаился, наслаждаясь тишиной.

В этой торжественности Линда начала нараспев произносить слова заклинания. Фразы звучали резко и звонко, отражаясь от стены и отдаваясь приглушенным эхом. Линда прочитала слова в книге один только раз, но они глубоко врезались в память. Огненные буквы жгли грудь, слетали с языка оранжевыми искрами и замирали между девочкой и бледным полотном Стены. Маркус завороженно смотрел на это представление, но Линда не обращала на него внимания. Ей казалось, что мир растворился и вокруг не существует ничего. Только она, только Стена и тонкое кружево произнесённого заклинания.

Кулон на груди шевельнулся, завибрировал и налился тёплой тяжестью. Потом он вспыхнул ярким пульсирующим светом, выплыл из-под одежды и завис в воздухе прямо перед лицом.

Девочка подняла руки, словно желая обхватить огромный шар. Огненные буквы сбились перед ней в стайку и закружились медленной каруселью. Оранжевый отблеск заиграл на щеках девочки, раскрасил румянцем бледную кожу. Линде стало нестерпимо жарко, на лбу проступил пот. Она хотела скорее закончить начатое, но понимала, что торопиться нельзя.

Последнее слово слетело с губ и присоединилось к огненному хороводу. Линда шагнула к Стене. Шар из горящих слов сжался и качнулся в ту же сторону. Маркус зажмурился. Линда сделала второй шаг. Она свела руки вместе, соединила кончики пальцев. Девочка не задумывалась над тем, что надо делать. Движения и жесты получались сами собой, будто кто-то незримый внутри руководил ею. Огненный шар сжался до размера яблока и полетел в сторону стены. Магические слова вонзились в каменную кладку и расплылись по ней ядовитым зеленоватым пятном. Линда не успела моргнуть. Стена вспыхнула. Паутина тончайших раскалённых нитей расползлась от места прикосновения заклинания с камнем, мгновенно опутала Стену от земли до кончиков зубцов и потянулась выше в лиловое небо. Кружевная прозрачная полусфера накрыла Нэвидолл и тут же лопнула, исчезла без следа. В воздухе прозвучала высокая печальная нота, словно кто--то прикоснулся серебряным когтем к хрустальному колокольчику.

Линда упала без сил на колени. Кулон юркнул обратно под блузку. Маркус подбежал, чтобы помочь подруге подняться.

-- Что это было? -- спросил он, дрожа от волнения.

-- Всё хорошо.

Девочка побледнела, губы пересохли и посинели, язык еле ворочался. Вся одежда промокла от пота, но при этом ей было до жути холодно. Линду колотил озноб и зубы выстукивали дробь.

-- Ты уверена?

-- Не знаю. -- Линда мотнула головой. -- Может не стоило этого делать? Я правда, не знаю, что получилось. Но кулон -- волшебный!

-- Дался тебе этот кулон, -- Маркус оглянулся вокруг. -- Пошли скорее, пока нас не застукали. Не знаю, что ты тут натворила, но если нас поймают, мало не покажется.

Глава Третья

Странные люди

Что происходило дальше, Линда помнила смутно. Они бежали с Маркусом по пустынным улицам, прятались от сов и от фонарщиков. Страшные тени тянули к ним свои щупальца. Маркус крепко держал Линду за руку, и от этого на душе становилось спокойно. Но перед глазами всё ещё расплывались ядовито--зелёные круги и плясали оранжевые буквы. Снова и снова девочка ощущала как неведомая сила рвётся изнутри, выворачивая её наизнанку.

Они добежали до дома, Маркус помог отпереть дверь и подождал пока на втором этаже загорится огонек. Линда не помнила, что говорил Маркус и что она ему отвечала, в памяти осталось только как помахала другу в окно, и смотрела как силуэт друга тает в ночи.

Она слишком устала, и совершенно не подумала, как друг доберётся один до дома. Сил хватило только на то, чтобы раздеться и упасть в уютную кровать. Сон тут же подхватил девочку мягкими лапами, согрел белоснежным мехом. Линда сладко потянулась, отдавая себя его власти, и тут же провалилась в небытие. Она летела в прекрасном голубом небе, парила как невесомое пушистое соцветие одуванчика, целовала тёплые облака, и они были на вкус сладкие, как сахарная вата. Облетая радугу, она наткнулась на косяк странных птиц с оранжевым оперением и длинными синими носами, которые загомонили и разлетелись в стороны, увидев её. Линда рассмеялась и помахала им рукой. А потом перед ней выросла земля, и девочка приземлилась на поляну посреди таинственного леса.