Линда из Нэвидолла

Кукольник отступил. Между ним и стеной оставалась пара шагов. Он нащупал под просторным плащом гранёную рукоять. Клинок со свистом выпорхнул из ножен. Длинная тонкая шпага с муаровым узором древней булатной стали на лезвии -- верная подруга в смертельных поединках.

Бесшумная тень взмахнула крылом перед лицом Кукольника. Рианус сделал выпад, но шпага проткнула пустоту.

-- Ха-ха-ха! -- прошелестела тень. -- Как ты неловок!

Кукольник шагнул назад. Мелкий щебень хрустнул под каблуками. Противник двигался быстро и бесшумно. Чёрный клинок выскочил ниоткуда, нападающий целился в горло. Рианус отпрянул и острое лезвие рассекло воздух совсем рядом с бледной кожей. Кукольник присел и развернулся на каблуках, отпрыгнул в сторону стены и поднялся во весь рост. Шпага прочертила широкий полукруг, но под смертельный замах никто не попал. Кукольник замер, прислушался и сделал выпад наугад, следуя охотничьему инстинкту. Послышался треск вспоротой ткани, неровное дыхание и подавленный смешок. Рианус продолжил атаку, но противник ускользнул.

Лунный свет танцевал на кончике шпаги. Чёрное короткое жало клинка нападавшего, напротив, становилось заметным только в самый последний момент. Кукольник извернулся, уходя от удара, сбалансировал и нанёс контрвыпад. Со стороны могло показаться, что балаганщик кружит с невидимым партнером в странном танце.

Луна запуталась в ветвях, прикрылась облаком, и пустынный двор погрузился во мрак. Кукольник шире раскрыл глаза и прошептал короткое заклинание. Глаза обожгло, будто в них насыпали острого перца, но теперь он мог видеть в абсолютной темноте как кошка.

Рианус заметил, как вдоль стены крадётся тень, но притворился, что потерял противника из виду, заозирался и, как бы случайно, приоткрыл незащищённую грудь. Тень бросилась в атаку. Кукольник взмахнул плащом, и каменный нож, острый и тонкий, словно бритва, прошёл мимо. Рианус запутал плащ вокруг руки нападающего и задержал её на пару мгновений.

-- Тебя подослала ведьма? -- спросил Кукольник. -- Она ведь знает, что так нельзя. За нечестную игру последует наказание.

-- О чём ты говоришь? -- прошептала тень, освобождаясь от захвата.

-- Твой кинжал. Я узнал его!

Новый выпад каменного клинка Рианус встретил основанием шпаги и резной гардой, от их поцелуя родился целый сноп ослепительных искр.

Тень завыла с досады и предприняла новую атаку, но Кукольник был к этому готов и без труда отвёл в сторону смертельное жало.

Обитатели старого дома в страхе прильнули друг к другу, пока в темноте раздавался звон клинков. Они вздрагивали от яростных вскриков дуэлянтов. Им казалось, что на улице дерутся демоны, и мечтали, чтобы всё поскорее закончилось.

Тень сражалась яростно. Она теснила Кукольника в угол, чтобы он не смог использовать пространство дворика. Но Рианус разгадал этот план, он припал на колено и склонился, словно переводя дух, а потом неожиданно вскочил и прижался спиной к каменной стене. На мгновение он стал открыт и беззащитен, а тень решила этим воспользоваться. Она радостно вскрикнула и сделала выпад, последний решающий удар, в который вложила всю свою ненависть и ловкость. Острие каменного кинжала было нацелено прямо в сердце, но Кукольник лишь улыбнулся холодной улыбкой тонких алых губ и... исчез.

Каменный клинок вонзился в цементный раствор и застрял между камнями кладки. Рианус бесшумно возник за спиной тени и отточенным ударом шпаги разбил каменное лезвие. Осколки с печальным звоном посыпались на мостовую, запрыгали по пыли, истончаясь и тая в лунном свете. Вопль отчаяния и злобы заметался в колодце двора.

В свободной руке тени вспыхнуло пламя, на мгновение оно осветило лицо молодой женщины. Ведьма развернулась и метнула огненный шар в ненавистного Кукольника, но тот укрылся за серым плащом. Огненные языки лизнули заговоренную ткань и стекли на землю ленивыми ручейками, не причинив вреда. Ответный выпад был молниеносен и неотвратим. Шпага устремилась к жертве и первый раз за вечер утолила жажду крови, пришпилив противника к стене.

Ведьма вскрикнула от боли и побледнела. Горячая кровь мгновенно пропитала ткань плаща, рубиновыми каплями упала на мостовую. Люцерна зажала рану на плече. Преодолевая боль, дрожащими пальцами свободной руки нащупала на поясе бобовое зёрнышко и бросила под ноги. Туманный вихрь подхватил молодую ведьму, завертелся тугими жгутами и растаял в ночи вместе с ней.

Рианус приподнял бровь. Он отсалютовал пустоте. Затем достал кружевной батистовый платок, промокнул пот со лба и вытер шпагу. Он пригляделся к платку и лизнул кровавое пятно:

-- Забавно.

Кукольник улыбнулся тонкими алыми губами и, насвистывая, вышел из заброшенного двора.

* * *

Линда привела Николаса в заброшенную башенку на краю пустыря. Крохотная комнатка, окна во все четыре стороны без стекол, но крыша над головой была цела и надёжно защищала от дождя. Тайное место, в котором они с Маркусом частенько прогуливали уроки. Ребята обустроили своё убежище: притащили пару тюфяков, соорудили из старых ящиков столик, Маркус раздобыл где-то кресло-качалку с треснувшей ножкой. Тут было очень уютно вечерами. Тёплый ветерок залетал в одно из окон, облетал помещение кругом и вылетал в другое. Можно было любоваться засыпающим Нэвидоллом или считать на небе звёзды.

Линда порылась в ящике и достала мятую пачку печенья, пару тонких круглых лепёшек, конфеты и запечатанную бутылку лимонада. Николас с жадностью накинулся на еду.

-- Ничего вкуснее не пробовал, -- сказал парень с набитым ртом.

Линда разместилась в кресле качалке и внимательно следила за своим новым знакомым:

-- Так откуда же ты взялся? -- спросила она, когда первый голод гостя был утолён.

Николас неопределенно взмахнул рукой:

-- Из другого измерения.

-- Откуда?

-- Понимаешь, существует много разных миров. Может сто, а может тысяча. В одном из этих миров живёшь ты, а в другом жил я. Иногда можно пробить проход-портал и перемещаться из одного мира в другой, -- Николас сложил пополам лепёшку и проткнул её пальцем, -- некоторые волшебники это умеют. Вот это, похоже, и произошло.

-- Хм. Допустим. А ты волшебник?

-- Да, -- сказал Николас, и поспешно прибавил, -- Только я ещё не совсем настоящий маг. Понимаешь, я пока учусь в Школе Волшебников. Мне должны диплом дать, а до этого ещё экзамены... и несколько курсов учёбы.

Линда прикрыла ладошкой улыбку, сделала вид, что зевнула.

-- Расскажи мне про свой мир, -- попросила она.

Этот вопрос застал Николаса врасплох, он только запихал в рот целую печеньку и некоторое время выкатывал глаза, пытаясь поскорее прожевать и проглотить сухие крошки, прямо как Маркус. Наконец ему это удалось и он рассказал про школу, про родной город Ульгор, про учителей и школьных друзей, с которыми он весело проводил время, про уроки и перемены, про каникулы. Про Китеж-озеро и сварливых русалок, которые в нём обитают, и ещё вспомнил несколько историй, от которых глаза у Линды загорелись озорным огнём и весёлыми искорками.

Девочка зажгла огарок свечи, и в тесном помещении стало уютно. Николас подобрал из пакетика последние крошки печенья и закинул в рот.

-- А ты, случайно, не можешь пробить дыру между мирами и вернуть Маркуса? -- спросила Линда.

Николас помрачнел:

-- Не могу. Собственно, думаю, что из-за этого всё и произошло. Понимаешь, у нас начались каникулы, и мы с ребятами решили одну штуку попробовать. Нас этому не учили, но Филипп раздобыл классную книжку... Короче, что-то пошло не так и меня затянуло в чёрную воронку. Меня помотало по разным странным местам, всякого там нагляделся, пока сюда не попал. Такие дела.

Николас грустно вздохнул:

-- Наверное твой друг из-за меня пропал. Или вместо меня...

Линда строго посмотрела на парня: