Горноспасатели

Но бывают засухи, и родники начинают мелеть, пропадать и затягиваться землей. Тогда забирается олень высоко в горы и становится на краю острых скал. Стоит и ждет, когда в небе появиться тяжелая туча. Поднимет олень голову с ветвистыми рогами и высекает из тучи белые молнии, вызывая на землю долгожданный дождь. И вновь наполняются водой источники и родники. Радуются звери и птицы на земле!

Есть такое поверье, что тот, кто увидит оленя с серебряными рогами, тот будет долго и счастливо жить на свете. Но чтобы встретить сказочного оленя, нужно очень много и долго ходить по горам, попробовав воды из всех источников и родников! – окончил свой рассказ Виктор Петрович.

– Красивая легенда!

– В ней есть и современная идея. Легенда приглашает нас путешествовать по горам, а движения есть – жизнь и мы станем здоровыми и сильными.

– А как я смогу быть Серебряным оленем на лыжном маскараде?

– Очень просто: оленьи рога у нас есть, мы покрасим их серебряной краской, из лыж одну сделаем рулевую впереди, накроем тебя белой материей – и готов олень!

– Тогда сейчас же будем делать маскарадный костюм! Я сейчас приду, папа.

– Ты куда?

– В туалет сбегаю.

– Пошире раскопай дорожку, а то все снегом замело.

– Хорошо!

Громов поставил сковородку с бараниной в угли камина и стал готовить приправы и салат, изредка переворачивая шипящие куски мяса. Включенная рация тихо попискивала, ловя в пространствах атмосферы загадочные шорохи. За окном приюта дышала морозом лунная ночь.

Внезапно дверь хижины резко распахнулась, и в проеме появился угрюмый мужчина в нейлоновой синей куртке, прожженной в нескольких местах, в серых брюках, покрытых темными пятнами. Он был высок и широкоплеч, с голым черепом, кровавой ссадиной на щеке, с горящими бегающими глазами, которые с превосходством силы оглядывали помещение и Громова, с нервным тиком левой брови, рассеченной шрамом. В правой руке он держал пистолет. Внешность его поражала своей агрессивностью. Он будто подчеркивал своим видом, что не остановится ни перед чем и готов, если будет нужно, на убийство.

Громов вспомнил о завтрашнем карнавале горнолыжников и подумал, что кто-то уже «приготовился» и играет роль бандита.

– Похож на головореза. Вид страшный, очень выразительные глаза! – оценил он «актера». – Ладно, прячь свою пушку, садись греться, сейчас будем ужинать, – предложил горноспасатель и добавил:

– Ты с кем поднялся на плато?

– Руки вверх! – хрипло прорычал незнакомец.

– До карнавала еще далеко, – спокойно ответил Громов, ловко орудуя ложкой и размешивая салат.

– Внимание! Внимание! Внимание! «Скала»! «Скала»! Экстренное сообщение! В горах скрывается вооруженный преступник Ларчиков! Примите все меры предосторожности! – внезапно заговорила включенная радиостанция.

Бандит на долю секунды расслабился и удивленно повернул голову к приборам, услышав свою фамилию, Громов тут же метнул в лицо Ларчикова тарелку с салатом. На мгновение бандит, залепленный вареной картошкой и яйцами, потерял зрение. Этого хватило, чтобы Громов перевернул стол и кинулся к матерому преступнику. Но тот успел стереть с глаз липкую белую массу майонеза и выстрелил в упор. Громов свалился на пол.

Ларчиков схватил пустой рюкзак и стал поспешно заталкивать в него хлеб и консервы. На голый череп натянул шапочку Громова. Обвел взглядом комнату. Увидев на щите с надписью «Бураны» ключи, снял их и сорвал расстеленное на деревянных нарах одеяло. Еще на миг задержался в комнате, поднял табуретку и с силой ударил по рации, все еще передававшей экстренное сообщение о бегстве вооруженного преступника. Хрупкая техника разлетелась вдребезги. Громадной ручищей сгреб мясо со сковороды и, обжигаясь, сунул в рот. Захватил флягу со спиртом и выскочил во двор. Два «Бурана» стояли рядышком. Он взобрался на желтый снегоход, вставил ключ, и двигатель четко заработал. Ларчиков включил скорость, объехал хижину и рванул по заснеженной дороге к перевалу. Филипп вышел из туалета, находившегося чуть в стороне от хижины, и услышал рев работающего мотора «Бурана». – Куда это отец помчался? Что случилось? Почему не предупредил и не взял меня с собой? – вслух вырвались у мальчишки вопросы. Но, привыкший к тревожной жизни в семье горноспасателя, он спокойно направился по расчищенной от снега тропинке. Дверь хижины оказалась распахнута настежь. Уже чуть насторожившись, Филипп поспешил внутрь. В помещении все оказалось перевернуто, разбито и разбросано.

– Папка, папа, что с тобой? – он бросился к лежащему на полу отцу. Тот был неподвижен, голова окровавлена. Филипп схватил чайник с теплой водой. Обмывая отцу голову, он понял, что тот жив. Пуля чиркнула по виску, оторвала кусок уха, окровавила голову и вонзилась в дерево. Отца оглушил прямой выстрел в упор, и при падении на пол он потерял сознание. Сейчас Виктор Петрович уже приходил в себя, мотая головой, вытирая кровь и воду с лица.

– Что случилось, папа?

– Сейчас приду в себя.

– Да что же произошло?

– Он стрелял в меня!

– Кто?

– Какой-то Ларчиков.

– Как он попал в хижину?

– Бежал из города. Там совершил преступление, как раз стали передавать по рации экстренное сообщение о нем, когда он вошел в хижину.

– Что будем делать, папа? – по-взрослому спросил Филипп.

– Надо передать в город, что преступник в ваших краях.

– Так ведь он разбил рацию!

Наступило молчание. Громов обдумывал план действий, Филипп терпеливо ждал, как и подобает настоящему мужчине.

– Тогда, сынок, тебе придется встать на лыжи и помчаться вниз с сообщением о появлении преступника.

– А как же ты?

– Не волнуйся, кровь уже запеклась. Немного гудит в голове, но надо догонять бандита. Куда он поехал?

– К перевалу.

– К какому?

– К Оленьему рогу.

– Значит, хочет выскочить в Голубую долину, а там проходит железная дорога, сел на поезд – и ищи-свищи по всей стране!

– Что же ты хочешь делать, папа?

– Надо перехватить и задержать бандита, а не то беды натворит. Видно, матерый волк!

– Но ведь он вооружен!

– Ничего, ведь это наши горы, они помогут нам!

– Папа, будь осторожен!

– Постараюсь его опередить.

– А как?

– В дороге придумаю. Давай побыстрее собираться.

– Я готов, папа!

– Смотра, не выскочи на Острые утесы, а то разобьешься!

– Я хорошо знаю Южный спуск, там катится легко, – неожиданно улыбнулся мальчишка.

– Не бахвалься, сынок! Сейчас нужно не только твое горнолыжное умение, во и спокойствие. Передашь в милицию, чтобы связались по рации с райцентром Сокол в Голубой долине и выслали оттуда навстречу бандиту группу перехвата! Обязательно – с горноспасателями!

– Скажу!

– Надень каску с налобным фонариком. Возьми нож, зажигалку и фальшфейеры.

– Зачем?

– Осветишь себе путь. Смотри, это твое горноспасательное задание. Считай его боевым, а боевое задание надо выполнять обязательно!

– Постараюсь, папа!

Громов открыл шкаф с аварийным снаряжением, достал две ракетницы и пачку ракет.

– Вот мои пушки! – сказал он и сунул их в рюкзак. Кинул туда топорик, веревку, связку альпинистских крючьев и карабинов. Оба вышли из хижины. Филипп нес лыжи. Светила полная луна. Сахарные сугробы отбрасывали синие холодные тени.

– Он ушел на «старичке», придется мне его на «молодом» догонять, а ведь он мало объезжен, – заметил Громов, осматривая красного цвета «Буран». – Но я постараюсь перерезать ему путь!

– Где?

– У перевала Олений рог. – Громов залил бак бензином из канистры, запасную пристегнул к «Бурану». Надел горнолыжные очки, прогрел мотор и помчался вдогонку за Ларчиковым. В лунном сиянии серебрились снега Скалистого плато.

А юный горноспасатель Филипп Громов скользнул вниз по снежному склону. Крепыш, в красном горнолыжном костюме, он чуть приседал на лыжах назад, точно был настороже перед раскрывающейся перед ним пропастью. На лыжах он стоял с двух лет и отчаянно носился по горным склонам. Чувствовалось, что он отлично знает трассу спуска. Иногда он низко приседал на лыжах, подбирал палки под руки и летел напрямик. На крутых склонах Филипп старался делать плавные дуги, чтобы скорость не кинула вниз. Налобный фонарик желтой точкой мелькал среди белых сугробов, и издали можно было подумать, что это неведомый зверь, вращая огненным глазом, охотится на жертву в лунной ночи. Сейчас для Филиппа спуск на лыжах – точно игра в войну. Ведь он должен выполнить боевое задание. Выросший среди горноспасателей, где постоянно всегда были готовы к постоянным тревогам, к ЧП в горах, Филипп точно готовился всю свою короткую жизнь к выполнению святых обязанностей горноспасателя и вот наступил его час.