Страница 64 из 66
- Да уж, знает, - с горечью буркнул он, чувствуя, как в глазах становится горячо и колко. - Вы меня сюда притащили, чтобы я им не мешал? Так я и не стал бы.
- Конечно, только прилип бы к окну и развесил свои любопытные уши, -отрезал Миллер. - Не твоё это дело, Гэл Стефан, и не моё. Мисс Элис достаточно настрадалась, и ты должен радоваться за неё, чертёнок ты ревнивый.
Ошеломлённый, Гэл вскинул на него глаза. Лицо Миллера в полутьме кухни, где мерцало только табло электронных часов на холодильнике, да пробивался сквозь жалюзи свет уличного фонаря, казалось очень бледным и очень усталым.
- Ничего и не ревнивый, - наконец пробурчал Гэл, снова отводя растерянный взгляд. - Что я, не понимаю, что ли - мне с ним... с Ша Акичитой то есть, ловить нечего... просто... - он глубоко вздохнул и вдруг выпалил горячечной скороговоркой, сам себе удивляясь: - Просто я раньше думал, что он и есть мой кто-то чудесный... но так получается, что нет, не мой.
Он сам не знал, для чего ляпнул это, и кому - Миллеру, правильному святоше, который презирает его за то, что он гей. Цыган. Бывший воришка, бродяга, отсасывавший у шоферюг за двадцатку, если уж на то пошло. Вдвойне, втройне заслуживавший презрения.
Гэл вообще изумлялся, как это шериф терпит его присутствие под крышей своего старого дома, где испокон веку жили такие же правильные и честные люди. Надёжные. Суровые, как эта земля, которая не была для Гэла родной.
Да ему никакая земля не была родной, что уж там. Он и родился-то, наверное, на колёсах, в каком-нибудь цирковом фургоне, хотя в его свидетельстве о рождении значилась Санта-Моника. Он был слишком мал, чтобы вовремя спросить об этом у матери, а потом... потом уже некого было расспрашивать.
- Кто-то чудесный? - медленно повторил Миллер, чуть склонив голову к плечу и сосредоточенно нахмурив брови. - Что ты имеешь в виду?
Гэл беспомощным шёпотом выругался себе под нос по-румынски, а потом чётко сказал, сделав над собой усилие, почти равнодушно сказал:
- Ерунда это всё. Глупые выдумки. Что вдруг я кого-то встречу. Что кто-то полюбит меня просто так. Поймёт и полюбит. Кто-то чудесный. Я всегда его ждал, дурак, будто какая-то недоделанная принцесса из мультика, - он запнулся и пренебрежительно скривил задрожавшие отчего-то губы.
Миллер, конечно, покачал головой. С укоризной. Или с отвращением. Или с тем и другим.
- Вы меня презираете небось, - сдавленно пробормотал Гэл с такой внезапной тоской, словно ему было какое-то дело до этого закономерного ледяного презрения. Да никакого! Никакого!
Но в глазах у него опять предательски защипало.
- Ладно, пускай, - прошептал он. - Считайте, что я ничего не говорил, а вы...
Он поперхнулся и обомлел, когда Миллер неожиданно оказался совсем близко к нему, присев на корточки возле его стула и глядя снизу вверх строгим и напряжённым взглядом.
- Презираю тебя? Я? - переспросил он негромко и снова покачал головой, вымученно усмехнувшись. - Хорошенького же ты мнения обо мне. Я что, и вправду выгляжу таким вот... гондоном? Ну что ты хлопаешь своими глазищами, Гэл Стефан? Отвечай. Выгляжу?
- Э-э-э... н-нет, - промямлил Гэл, не веря собственным ушам.
Так и не дождавшись внятного ответа, Миллер продолжал:
- Ты ещё сущий ребёнок, Гэл Стефан, хоть и мнишь себя таким уж взрослым и опытным. Я понимаю - сложно принять то, что человек, о котором ты мечтал, выбрал не тебя, а другого человека. Сложно и обидно. И очень больно, даже если ты рад за них обоих. И ты, конечно, расстроился. Ты же вот-вот заплачешь. Ладно, поплачь, это не грех. Это частенько помогает.
Его голос был всё таким же ровным и холодным, но ладонь на плече у Гэла - тёплой.
- Ничего я не ребёнок и ничего я не плачу! - всхлипнул Гэл и беспомощно закусил губу. Теперь, когда Миллер сказал, как это обидно и больно, у него и вправду уже не осталось никаких сил сдерживать подступавшие к горлу слёзы.
- Да ты уже ревёшь прямо на меня, - уточнил шериф со своей обычной педантичностью.
Гэл вспыхнул и рванулся было прочь, но Миллер легко удержал его на месте, крепко взяв за локти.
- Да не прыгай же ты, дурачок, - голос его наконец дрогнул - от смеха или волнения, Гэл не мог разобрать. - Реви на здоровье.
Что Гэл и сделал, сдавшись, уронив голову ему на плечо и обревевшись самым что ни на есть препозорнейшим образом, икая, вздрагивая и хлюпая носом. Как девчонка! Как сопливый младенец!
А раньше он думал, что никогда не сможет поплакать вот так, прижавшись к плечу этого сурового человека.
- А вы... вы не-небось сами сохли по Элис... но щемились сказать, - пробубнил он наконец в насквозь промокшую рубашку Миллера и шмыгнул носом. - Вы всегда... всё скрываете. Как робот какой-то.
- Угу, я новейшая модель терминатора, - легко согласился Миллер, приподнимая его подбородок и вытирая мокрые щёки и нос невесть откуда взявшейся бумажной салфеткой. - Ты меня раскусил... но по мисс Элис я не сох, тут ты ошибся, Гэл Стефан. Впрочем, никто не совершенен.
Его голос опять явственно дрогнул от сдерживаемого смешка. Да он просто Гэла дразнил!
Тот обиженно запыхтел и дёрнул плечом, пытаясь в очередной раз вывернуться из его рук, хотя в них было так... тепло. Тепло и надёжно. Но Миллер уже сам отпустил его и встал.
- Я знаю, что мы сейчас будем делать, Гэл Стефан, - степенно объявил он, рассеянно пригладив волосы. - То, что я делаю всегда, когда на душе у меня кошки скребут. Пошли.
Гэл уже не знал, чего ждать от шерифа Миллера. Он тоже вскочил и нерешительно воззрился на него, а тот, едва заметно улыбаясь, поманил его за собой. Они опять миновали полутёмный безмолвный холл, где за ними тут же увязались повиливающие хвостами собаки. Шериф деловито сунул босые ноги в сандалии и пододвинул Гэлу его кроссовки. Снял с вешалки свою куртку, тоже протянул Гэлу и отпер входную дверь.
Гэл спустился следом за ним с крыльца, как сомнамбула, зябко кутаясь в слишком просторную для него куртку и с бессознательным удовольствием пряча нос в воротник. Куртка пахла Миллером. Накрапывал дождь, по небу неслись подгоняемые ветром рваные лиловые облака, и луна по-прежнему заливала всю округу своим сиянием - до краёв, будто лимонной водой.
Миллер остановился и обернулся к Гэлу, на его губах мелькнула скупая улыбка.
- Там пульт в кармане. В куртке, - пояснил он, видя недоумение Гэла. - Открой гараж.
Гараж? Они что, куда-то поедут?
Совершенно перестав что-либо понимать, Гэл достал пульт, повертел в руках и нажал на кнопку, поднимая дверь. Шериф одобрительно кивнул, прошествовал за порог, включив фонарик, и принялся методично разбирать садовый инвентарь, хранившийся у входа - всякие лопаты и грабли. Гэл снова застыл, хлопая глазами.