Сказка о подменыше

Испуганный парнишка попытался незаметно выскользнуть за дверь. Одно быстрое прикосновение, точно щелчок кнута – беглец упал.

– Тебя еще не отпускали...

Зачем она это делает? Зачем она позволяет им это с собой делать? Сама дает им приблизить свою смерть... Как животное, которое не может противостоять природе... Она сходит с ума от ужаса, оставаясь одна под пологом ночи – и в равной мере сходит с ума, осознавая, что ее тело в очередной раз решило за нее. Ей нужно что-то сделать с этим, сделать окончательно и бесповоротно, чтобы у проклятой змеи не было никаких шансов!..

Юноша смиренно приблизился к своей повелительнице и поцеловал ее обнаженное колено. Аинэке вздрогнула как от укуса. В ее тонкой руке мелькнул короткий бронзовый кинжал, лицо исказилось яростью. Размашистый удар – и хрупкий фейри, отчаянно зажимая кровавую рану от уха до уха, упал к ее ногам. Удивленные лазурные глаза подернулись холодной дымкой...

***

Фэйри проснулась посреди груды смятых свитков. Испуганно вскочила, точно ожидая, что в двери кто-то войдет и устроит ей нагоняй за столь непочтительное обращение с подлинниками мировой литературы. В замке было тихо. Даже подозрительно тихо. Прошедшей ночью (если «ночью» стоит называть время, когда хочется спать) эта троица ненормальных едва не довела ее до белого каления и сейчас она была не уверена, что в конце концов не спустилась к ним в подвал и не оторвала всем троим головы. Их своеобразная попойка началась вскоре после исхода развоплощенных (рукописи называли их «слуа») и поначалу Фэйри отнеслась к этому с определенным пониманием. Ее даже забавляло, когда Шони мак Грайн своим дурным лошадиным тоном завел что-то похожее на ирландско-застольное, а невообразимый никс принялся изображать рулады скрипки с помощью голоса. Однако концерт продолжался час за часом, его участники уже изрядно охрипли, репертуар становился все более похабным, и когда, наконец, Киэнн – боже, Киэнн с его хрустально-бархатным эльфийским вокалом! – начал подражать Джиму Моррисону, забывшему весь цензурный текст своих произведений – Фэйри едва не хватил удар! Кажется, в конце концов, она все-таки отключилась и уснула прямо на полу библиотеки...

«Убила бы...» – Фэйри принялась нервно разглаживать испорченные манускрипты. Строки о «нерожденном в мире живых» вновь попались ей на глаза. Верно ли она их поняла? И должна ли она принести эту жертву безумному миру Маг Мэлла?..

Фоморка тихо спустилась в нишу подвала. Ее вчерашние буяны безмятежно спали прямо на полу, все трое. Ни дать ни взять дружная компания студентов-собутыльников, а не эльфийский король и его недавние подданные. Фэйри усмехнулась: похоже, ему хватило бы харизмы, чтобы соблазнить самого дьявола в аду, а он боится своих магмэллиан!

Фэйри наклонилась к колодцу и зачерпнула ладонями танцующую радугу. Пока она пила, слушая сонное ворчание своих нетрезвых квартирантов, один из них, похоже, проснулся. Фэйри обернулась, удовлетворенно увидев глаза Киэнна.

– Ну ты даешь, златовласка! – хихикнула она. – Я уж было подумала, что Король-Ящер все-таки жив!

– Ну, насколько я знаю, так оно и есть, – на полном серьезе проворчал Киэнн. – Если не ошибаюсь, он даже бросил пить. И выучился оборотничеству. – Высший пилотаж для человеческого существа! – с нескрываемым восхищением отметил он. И хмуро продолжил: – А я – тупая бездарность. Извини, что доставал тебя упреками. И за этот концерт тоже...

– Ладно, забыли, – она присела рядом, какое-то время помолчала, собираясь с мыслями. Потом решилась: – Не хочешь подняться наверх? – Надо кое-что обсудить...

– О нееет! – взвыл он в своей привычной манере. – Эйтлинн, может, хватит?

– Это важно! – настаивала она.

– Ну, говори прямо здесь, – пожал плечами он. – Все равно ведь все спят...

Фэйри судорожно сглотнула:

– Ладно... Ты уверен, что Аинэке – твой единственный ребенок?

– Да, абсолютно, – спокойно кивнул он и на всякий случай пояснил: – В Маг Мэлле иначе не бывает.

– То есть ни у одного из фейри за всю историю вашего мира не рождалось второго?..

– Я не очень силен в истории, но на моей памяти не случалось, да и мои наставники в годы юности вбивали мне в голову то же самое, – перебил он и горько усмехнулся: – Толпы маленьких беспризорников на улицах Сенмага повергали меня в глубокий ступор. Дети, которых некуда девать!

Фэйри вздрогнула, затем через силу продолжила, пытаясь быть максимально деликатной:

– Но... ты же как бы… не совсем фейри?..

– Этт, не заблуждайся, здесь полно подменышей и да, к ним это тоже относится! – он насмешливо покосился на нее. – Не ищи в этом мире логики. По крайне мере человеческой. И не рассчитывай его обмануть.

– Хорошо, а в Сенмаге? – не унималась она.

Киэнн захохотал:

– Ну, там-то я все же предпочитал предохраняться! Но даже если вдруг ненароком «осчастливил» кого – черта с два теперь отыщешь! – он поморщился. – Да и смысл? Рожденный в Сенмаге станет фейри только если за него уплатят цену подмены...

– Странная генетика, – отметила Фэйри.

– Угу, у нас и физика с химией, наверное, тоже странноватые! – вновь довольно усмехнулся он. – Этим миром правит магия, а ей наплевать на естественный порядок.

Она перевела дыхание, решаясь:

– Есть еще один мир. Тот, где мы сейчас. Его законов ты не знаешь. Не исключено, что если дело только в некой энергетике Маг Мэлла, магической печати, заклятии или чем-то вроде того – то здесь оно не работает! – фоморка решительно подняла глаза: – Так что действуй!

Реакция Киэнна была совершенно не той, которую она ожидала. Король прищурился, изучая ее, точно неведомый предмет. Затем качнул головой, сопровождая свои слова этакой гримасой крайней степени изумления:

– Ну вы, барышни, просто последний страх потеряли! – Вначале одна пытается использовать мою «королевскую кровь» для своего государственного переворота, потом второй подавай мою сперму для тех же целей! Что дальше? – Знаешь, мне как-то начинает надоедать быть козырным тузом в рукаве!

Фэйри залилась багровым румянцем:

– Предпочитаешь ту третью, что всегда стоит у тебя за левым плечом? – злобно бросила она, повышая голос. – И – что там у тебя по плану? – чуму для всего Маг Мэлла?

Киэнн скрипнул зубами:

– Замолчи, Этт!

Однако удивленные карие глаза агишки уже смотрели на него. А Фэйри продолжала:

– И не подумаю, пускай слышат! – она кивком головы указала на обоих водяных. – Их использовать – так ничего, не отвалится! А тут – боже мой, какая драма! Не удивлюсь, если баньши ты нарочно подставил, – завершила она, театрально взмахнув руками. – Чтобы не быть должным!

Киэнн потерял дар речи. С полминуты он лишь беспомощно глядел на нее, затем с трудом процедил сквозь стиснутые зубы:

– Так вот ты во что меня ставишь... Ну, поделом же мне – нечего говорить правду женщине!

– А во что ты ставишь меня? – фоморка бушевала, как ненастье над морем. – Расшаркиваешься передо мной, когда тебе от меня чего-нибудь нужно – и поливаешь грязью при любом удобном случае! Делаешь вид, будто доверяешь мне свои сокровенные тайны – но что стоит за ними, кроме непомерной спеси твоего высокоблудного рода? Да ты вообще хоть раз в своей жизни сделал что-нибудь по зову сердца или разума, а не своего королевского гонора?

Киэнн перевел взгляд на агишки с никсом:

– Вон отсюда оба.

– Нет уж, их это все тоже касается! – попыталась задержать послушных духов фоморка.

Киэнн решительно мотнул головой:

– Их это не касается, – настойчиво акцентировал он. – И они это знают.

Краешком глаза Фэйри заметила, как никс с пониманием кивнул королю-подменышу и все же поспешил удалиться, утаскивая за собой менее сообразительного агишки.

– Так вот, Эйтлинн, – начал Дэ Данаан, когда шаги водяных стихли и оба они скрылись где-то в темноте за вторыми воротами, – я не хотел смерти Нэм. Хотя, не спорю, все выглядит именно так и крыть мне действительно нечем. Со всем остальным готов согласиться – ты права и тысячу раз права. Вот только не считая одной мелочи: на договор с баньши я пошел по зову черт его знает чего! Наверное, собственной глупости! Потому что я не хотел видеть, как никс с агишки по очереди будут насиловать тебя, перепуганную девчонку из мира людей. И это было единственной возможностью остановить их...