Страница 20 из 88
– Хм. Ладно. Люди?
– Стихия предвидения – видеть будущее. Стихия разума – она же ментальная магия. Стихия смерти – некроманты, стихия жизни – целители. Но чаще всего среди людей появляются всё же элементалисты, то есть те, кто занимается магией четырёх стихий.
– А эльфы?
– Эльфы … у них стихия света, поэтому они ярые противники человеческих некромантов. У них стихия тьмы – поэтому именно эльфы считаются лучшими медиумами, то есть магами, которые работают с призраками и привидениями. Магия природы, оно же друидство. Ну, и… магия иллюзий в полной мере.
– Ладно, – кивнула я, подумав о том, что чтобы всё это запомнить мне понадобится… о-о-очень понадобится шпаргалка! – И это возвращает нас к следующему вопросу. Что за ограничения?
– Что-то вроде… аллергии. Магия несовместима или с некоторыми действиями, или с носителями других видов магии, или с некоторыми продуктами, или с воплощениями стихии. Например, огненные маги не могут находиться очень долго у воды. Если по каким-то причинам они оказываются закрытыми в водном пространстве – они лишаются своей магии.
– Навсегда?
– Да. Считается, что маг, попавший под управление чужой стихии, лишается покровительства своей. Соответственно, находясь на территории чужой стихии, маг не может колдовать.
– Значит, ты маг воздуха, – констатировала я, с лёгкостью решив простую задачку.
Плечо Дайре под моей головой дрогнуло, он сам напрягся.
– Почему?
– Потому что сейчас мы на территории земли. Если я правильно помню одну совершенно дурацкую, но от того не менее затягивающую игрушку, пары-антагонисты это огонь и вода, воздух и земля. Вопрос в том, как насчёт стихий из других расовых чёрт? Они влияют как-то?
– Нет, – отозвался Дайре, справившись со своим удивлением. – Пары действуют только внутри четырех стихий.
– А в человеческих? Стихии разума противопоставляется стихия предвидения?
– Верно.
– Ага. Ладно. Это надо вначале обдумать, потом буду задавать вопросы. У меня остались пока ещё два готовых.
– Давай по порядку, попробую ответить. Только минуточку, – спохватился мужчина. – Это, конечно, формальность, но формальность, которая может сыграть свою роль после того, как ты получишь свой родовой медальон.
Губы рыжего прижались к моему виску:
– С гордостью и честью принимаю тебя, принцесса Таирсская, в нашу семью, и нарекаю своей сестрой по крови, по духу и по силе, – и чуть отстранив меня, улыбнулся. – Давай свои вопросы, сестрёнка.
Один вопрос отпал сам собой.
Чтобы ни случилось со мной в этом мире, теперь у меня был брат, который назвал меня кровной сестрой, открыв для меня сначала свой дом, а потом и свою душу.
– Спасибо, – шепнула я.
Дайре ухмыльнулся, подмигнул, став, наконец, похожим сам на себя.
И я улыбнулась ему в ответ.
Улыбка переросли в усмешки гиен, а потом мы расхохотались.
И только когда мы успокоились, я смогла спросить:
– Чего мы ждём здесь?
– Нашего брата. Я успел передать ему послание до того, как… как очутился на этой полянке.
– Ага! – обрадовалась я, – а это и переводит нас к следующему моему вопросу. Всё-таки, что здесь случилось?!
– Этот вопрос очень интересует и меня, – согласились у меня над головой.
Я подняла взгляд практически инстинктивно и мгновенно об этом пожалела. Страх вонзился в позвоночник раскалённым прутом, пригвоздив меня к земле. Страх свился клубком змей в животе. Господи, как же страшно!
Мужчина, подошедший к нам с грацией сонного хищника сквозь стенку купола, был настолько страшен, что я не сразу смогла понять, что он говорит что-то ещё, что он что-то требует от меня.
– Прекрати, – поморщился Дайре, отстраняя руку этого, нового, незнакомого, от меня. – Ты же знаешь, как на людей чистокровных действует твоя сила.
– Знаю. А ты быстро успел взять эту малышку под свою защиту. Она ещё родовой медальон не получила, а ты уже признал её сестрой.
– Она моя сестра. И больше этого ничего не изменит.
– Быстро она отыскала себе покровителей здесь. А если вы ошиблись? И она шпионка, засланка, кто угодно?
– Прекрати! Ты сам знаешь, что это не может быть правдой.
– Да ладно.
В моей голове что-то щёлкнуло. И… стало легче.
– Ты как? – заботливо спросил Дайре, придерживая меня за плечи.
– Слишком много всего, – покачала я головой. – А! Кстати, – всплыло в голове то ругательство, которое я слышала вслед. А меня сегодня тоже приходили убивать! Я как раз из спальни помчалась, когда в мою комнату кто-то ворвался.
«Ну, вот кому ты нужна», – мужчины не спросили, переглянулись встревоженно.
– Дайре? – спросила я изумленно. – Что-то не так?
– Про тебя знают считанные единицы, – пробормотал Дай. – Но, тем не менее, приходят убивать в ту же ночь, что и меня. Кому-то настолько не понравилось, что ты вообще можешь быть допущена в нашу семью? Я думал, о проклятии ведьмы лишние не знают. Или дело вообще в другом? Лис, признай её по-быстрому?
– Нет. Эту девчонку признавать я не буду. Она не сестра мне, и сестрой никогда не станет. И если вы все попали под её чары, то должен остаться хоть один трезвомыслящий человек, который не даст вас всех перерезать, когда она поймёт, что выполнила свою работу.
Опять.
Вот опять!
Непонятно откуда взялся, не представился, вообще ничего обо мне не знает, но смеет судить. Кто ему дал такое право!
Я оказалась на ногах быстрее, чем осознала это. И ноги, которые ещё пару минут назад отказывались держать меня, сами выпрямились!
– Меня зовут Ника! – сообщила я гневно, ткнув нахала в грудь. – Понял, Белоснежка? Ни-ка! Полное имя, конечно, содержит больше букв, но судя по твоему виду, запомнить и четыре буквы для тебя будет проблематично. Но ты уж, постарайся что ли?
Ой.
Ой, ой, ой! Это что, это вот я сейчас сказала?! Это вот я ляпнула?!
«Ну, мать, ты даёшь. Нахамила мужику ни за что ни про что! Ты смотри, как ресницами хлопает изумлённо. А реснички хорошие, длинные, чёрные, загляденье. Знаешь, что. Я с тобой,… ну с собой, со мной… короче, мы согласны с тобой, будет возмущаться – обдёргай ресницы его, себе возьмём!»
На этот раз в осадок выпала я.
Вот это. Вот, вот, вот это! Что это было мгновением раньше?!
Я настолько ушла в свои мысли, что мужчина, попавший в моё поле зрения, перестал казаться страшным.
И вот здесь меня ждал сюрприз.
Он был красив. Как Юэналь – красотой полукровки, взявшего от родителей всё самое лучшее.
Высокий, с одухотворёнными чертами лица, но не такой тонкокостный, как Кайзер или тот эльф с огненной шевелюрой. Нормостеник, как сказали бы в моём родном мире. Человек с нормальным соотношением всех параметров.
Уши были не нормальными, но только самую малость – чуть-чуть заострённые кончики. И чуть более вытянутая ушная раковина сама по себе.
Волосы у этого самого «Лиса» были белыми, как снег, и длинными! Ниже лопаток, прихваченные алой-алой лентой! Именно поэтому я, не думая, а надо было бы!, назвала его Белоснежкой. Он напомнил мне нашу классическую Белоснежку в инверсном варианте! Глаза у мужчины были чёрными. А ещё чёрнющие ресницы, разве могут быть такие ресницы у парня?! Светлая-светлая кожа и… он смотрел на меня. С улыбкой. С довольной улыбкой человека, который и не надеялся услышать что-то.
– Хорошо. Огрызаться ты умеешь, Ника. Я не признаю тебя своей сестрой, но признаю тебя принцессой Таирсской, ты умна, молода, образована, умеешь за себя постоять. Как иномирянка ты можешь стать хорошим магом. Достаточно только взглянуть на спонтанный купол, который у тебя получился. А теперь хватит просиживать здесь штаны. Дайре. Тебе надо выпить. И поесть, причём мяса. Нашей юной… принцессе, – бросил мужчина взгляд на меня, – пить нельзя, а вот поесть надо, а то упадёт от истощения прямо здесь. Ах, да, – внезапно «Белоснежка» куртуазно хлопнул себя по лбу, – как же я забыл! Прошу простить меня, леди, я не представился. Оэрлис дель Ниано, принц Таирсский, – и уже куда как более буднично и равнодушно добавил: – а ещё я заведую отделом внутренней безопасности, и как ты уже могла догадаться, я работаю с шпионами, разведчиками, заговорами и прочей шушерой, которая, ну, никак не может успокоиться.