Страница 32 из 92
Тот же Винсент. Принц Беренгар. Сам навязался Эйлин в друзья, наверное, чувствовал, что найдет в ней поддержку, верил в ее способности. Конечно, ему только двенадцать, наивный еще… Где он? Так хотелось верить, что жив-здоров. Напуган, наверное, до смерти.
Эйлин закрыла глаза и сосредоточилось, пытаясь наладить ментальную связь с Винсентом, но, естественно, ничего не услышала. Принц все-таки переоценил ее возможности.
Вдали раздался клич волынки, долгий, сбивающийся: на сегодня соревнования завершены. В небе, затянутом тучами, парили птицы. Пора в розарий.
Второпях Эйлин споткнулась: развязался шнурок. Она нагнулась, оказавшись за плотной стеной длинного ряда подрезанных кустов, тянувшегося от фонтана до самого входа в главное здание и разделяющего двор на две половины. А выпрямившись, сразу увидела ее.
Вспышка воспоминания озарила сознание и слилась в образе элегантной женщины в мехах – таинственной незнакомки, которая курила у крыльца во время бала. Сейчас она неспешно пересекала двор, направляясь в галерею, где и случилась трагедия.
Хм… Кто же она? Чья-то мать? Нет… Секретный агент, который работает на регента? Ведь он не может остаться безучастным к судьбе сына! Такая версия казалась наиболее логичной.
Незнакомка явно была погружена в свои мысли, да и в свете предзакатного солнца выглядела не такой молодой, как запомнилось. Хотя сейчас Эйлин и видела ее только со спины. При каждом шаге плечи женщины напрягались и немного сутулились, будто ходьба причиняла ей боль или неудобство.
Эйлин, недолго думая, пошла следом. Уже у входа в галерею, изящно подобрав подол длинного платья и поставив ногу на первую ступеньку, незнакомка резко оглянулась. Ее глаза впились в Эйлин, как две льдинки.
Женщина прищурилась и уже было сделала шаг назад, но в следующее мгновение между ними, словно из ниоткуда, возник Ноэль. От неожиданности Эйлин вздрогнула.
– А я все гадал, придешь ты или нет, – довольно сказал он, по-свойски взяв ее за руку. – Пошли быстрей, сгораю от нетерпения.
«Агент» презрительно фыркнула, отвернулась и продолжила свой путь. Эйлин обрадовалась такому повороту: не придется объясняться с ней, а значит, и врать. Нервно рассмеялась и даже не попыталась освободить руку. Все-таки хорошо иметь личного спасителя, который появляется вовремя и уводит тебя подальше от проблем!
Оказавшись на месте, Делагарди остановился. Он развернулся лицом к Эйлин, продалжая держать ее за руку.
– Так что насчет спальни? – он склонил голову, заглядывая ей в глаза.
– Я… не знаю, – во рту от волнения пересохло, и она представила, как Ноэль тянется к ее губам; щеки загорелись. – Все слишком быстро...
– Я имею в виду спальню Монвида. Ты обещала выдать мне страшный секрет. А ты о чем подумала?
Эйлин часто заморгала, пытаясь сбросить оцепенение и придумать достойный ответ:
– О всякой ерунде, – она внимательно огляделась по сторонам. – Реннен может быть замешан в… смерти того парня.
Лицо Ноэля мгновенно посерьезнело, он молча кивнул и присел на ближайшую скамейку. Вопросов не последовало, и Эйлин заполнила паузу рассказом о своем прошлом и настоящей фамилии Торса.
– Не понимаю, какое отношение это имеет к случившемуся.
– Помнишь, он пытался задержать тебя?
Ноа кивнул.
– Думаю, он знал о нападении на… – Эйлин осеклась и замолчала.
– На ректора? – уточнил Делагарди. – Но зачем ему это?
Значит, ему ничего не известно о принце. Стоит ли рассказывать? Ведь она обещала господину Вейнгарту молчать. И если ректор не счел нужным посвящать Ноа, то и ей не стоит.
– Пока не знаю, – Эйлин отломала сухую веточку от розового куста и принялась чертить на песке символы, пытаясь вспомнить детали формулы. Похожи на руны, но более замысловатые: подобие трезубца Тритона, волнистая линия, треугольник в круге, под ними черта, под ней… то ли латинская буква S, то ли просто закорючка, плюс слова, которые Эйлин не успела толком разглядеть. Остальное смешалось в голове, и длинная формула в мыслях представляла собой набор размытых знаков.
– Может, ты и права, – Ноэль нарушил молчание. – Монвид тот еще тип: вечно рыщет, как волк, будто что-то высматривает или вынюхивает, мало с кем общается. Ты больше от меня ничего не скрываешь? Между прочим, я заметил, как он за тобой ходит.
– Чушь, – отмахнулась Эйлин, не поднимая глаз, и перевела разговор в безопасное русло, официальное и ни к чему не обязывающее: – Лучше расскажи, как магам удается настолько гармонично вписываться в мир людей, что те даже не подозревают об их существовании?
Ноэль потянулся, как кот, и заложил руки за голову:
– Ну, во-первых, этот мир изначально был нашим. А люди – так, ошибка эволюции. Плодятся в геометрической прогрессии, как… – Ноэль не закончил фразу, видимо, посчитал метафору слишком грубой. – Во-вторых, ты ведь сама жила среди людей. И как? Часто сталкивалась с магией?
– Нет, – пожала плечами Эйлин. «По крайней мере до тех пор, пока в школу не пришел новенький».
– Зато наверняка слышала слова: телепат, экстрасенс, телекинез, экзорцизм, повелители стихий… да много этих терминов! На самом деле, люди все прекрасно знают, но старательно игнорируют. Невозможное! Невероятное! Будто отрицание способно стереть магию с лица земли. Другое дело, что мы сами себя чуть не уничтожили. Но это уже совсем другая история.