Страница 38 из 55
[1] Сонни и Шер (англ. So
Я оглянулась на Тэйлора, и он отвернул голову, сделав вид, что не смотрел на нас. Я не была уверена, слушал он нас или смотрел на Алиссу.
— Я не хочу отнимать твои мгновения с Холлисом, — сказала я. — Я часто задавалась вопросом, как ты это сделала, как просто ушла и не оглядывалась. Это просто...
— Сбивает с толку, — закончила мое предложение Алисса. — Понимаю. И я не хочу, чтобы эта неделя была для тебя трудна. Я видела, как он смотрит на тебя. Я не смогла бы завоевать его, даже если бы попыталась. Я просто... Я хотела увидеть его.
— Холлиса? — Спросила я. Я не смогла ничего с собой поделать: слова просто вырвались, и у меня мгновенно загорелись щеки.
— Конечно, Холлиса. Кого же еще?
Я взглянула на Тэйлора и увидела, что он наблюдал за нами. Он отвернулся, снова пойманный. Мне захотелось упаковать вещи и на ближайшем рейсе вылететь в Колорадо. Обычно подобных смущающих ситуациях я начинала злиться, но сейчас я даже не могла найти достаточно достоинства, чтобы рассердиться.
— О. Нет, — сказала Алисса. — Нет, нет, нет. Ты неправильно меня поняла. Абсолютно нет. Точно.
Я скрестила руки, чувствуя себя полностью невменяемой: меня возмутило , что она не заинтересована в Тэйлоре.
Она заметила мое раздражение и вздохнула.
— Позволь перефразировать. Тэйлор никогда не был вариантом, ведь всегда была ты. Я знала это тогда, знаю и сейчас.
Было странно, что кто-то столь угрожающий мог меня успокоить.
Алисса замерла, а потом начала красться по коридору. Она тихо прошла к входной двери и прижала ухо к дереву. Мгновение она прислушивалась, после чего закатила глаза и рывком распахнула дверь. С той стороны пыталась зайти Оливия. Алисса до конца раскрыла дверь, пропустила ее, а затем закрыла ее и защелкнула замок.
— Простите, — сказала Оливия. — Не привыкла, чтобы дверь была заперта.
Алисса жестом показала ей проходить вперед, а затем вернулась на свое место в гостиной. Оливия обняла Тэйлора, Тайлера и Элли, после чего подошла ко мне. Я много лет назад перестала гадать, когда мое сердце перестанет бешено стучать в груди в ее присутствии. Она обняла меня, и я обняла ее в ответ, поглаживая волосы на затылке. Я точно знала, как себя чувствовала Алисса, и у меня не было оправдания тому, что я заставляла ее чувствовать себя чужой. Холлис был и ее сыном. Тот факт, что она ушла, не значил, что она его не любила.
— Кофе? — Спросила я Оливию, неся к столу сливки и сахар.
Она покачала головой и последовала за мной.
— Прямо перед выходом выпила вторую чашку.
— Как твоя мама? — Спросила я, садясь рядом с Тэйлором. — Она готова к тому, что ты переезжаешь в общежитие?
Оливия с улыбкой покачала головой и хихикнула.
— Нисколько. Ведет себя как ребенок.
Я игриво толкнула ее.
— Будь с ней помягче. Это большой шаг.
Мой телефон зазвонил. Я проверила его и убрала обратно.
— Я рассказала ей про Томаса. Она собирается чуть позже занести Джиму запеканку, — сказала Оливия.
— Как мило, — сказала я, заправляя ей за ухо упавшую на лицо прядь. Она уже становилась женщиной и с каждым днем приближалась к возрасту, в котором я ее родила. С пятнадцати лет она каждое лето работала продавцом в местном продуктовом магазинчике, но этот год был последним перед учебой в университете.
Тэйлор сделал глоток.
— Спасибо, детка. — Он напрягся, когда понял, что сказал, но я накрыла его руку своей.
Все эти правила казались сейчас такими банальными: не использовать ласковые слова, жить друг от друга, пока я не почувствую, что Тэйлор все осознал. Он мог потерять работу и попасть в тюрьму, и я не хотела больше наказывать его. Мое сердце замерло. Я была неправа. Я совершила ошибку.
— Тэйлор, — начала я, но телефон опять зазвонил. Я проверила его и снова убрала обратно.
— Это дети? — Спросил Тэйлор.
— Нет, — просто ответила я.
Его взгляд опустился на мой карман.
— Это он, не так ли?
— Это странно, что я злюсь на него? — Выпалил Тайлер, глядя на своего близнеца.
— Злишься на кого? — Спросил Тэйлор.
— На Томаса. Я чертовски зол. И все думаю, что, если бы он был здесь, я бы ударил его в чертово лживое лицо.
Тэйлор покачал головой.
— Я чувствую, что это ненормально, — сказал Тайлер. — Что я не должен так думать, но все думаю. — Его нижняя губа задрожала. — А потом я вспоминаю, что его здесь нет, и он больше здесь не появится. И я все-таки ударил бы его, но потом обнял и не отпускал, пока меня бы не оттащили от него.
Элли потерла спину Тайлера.
— Это не ненормально. Просто все очень запутано. Чувства не бывают неправильными. Что бы ты сейчас ни чувствовал, все чувства правильны.
Я улыбнулась своей невестке — можно сказать, сестре. Она выросла от подсевшей на таблетки и выпивку девушки до вдумчивой, уравновешенной мамы-домохозяйки. Она упорно трудилась, чтобы потерять всякий интерес к выпивке, и потратила целое состояние на реабилитацию, прежде чем появился Гевин. Сейчас она была абсолютной трезвенницей, да еще и размышляла как психотерапевт, и я любила ее.
— Фэйлин? — Позвала Оливия.
Когда она произносила мое имя, сердце всегда пускалось в пляс. Благодаря Тэйлору я смогла принимать участие в ее жизни больше, чем могла себе когда-либо представить. Она была цветочной девочкой на нашей свадьбе, нянчилась с Холлисом и Хэдли, когда мы приезжали, а теперь сидела рядом со мной, внешне будто зеркально отражая мою внешность, и спрашивала совета.
Я положила подбородок на руку и с улыбкой посмотрела на нее.
— Да, любимая?
— Как ты думаешь, когда будут похороны? Мне надо взять отгул. Я хочу быть там.
— Я спрошу папу, когда он проснется. Сегодня нам много надо будет сделать, и ему стоит немного отдохнуть.
Она рассеянно кивнула, ковыряя ногти.
— Да, мэм.
Я посмотрела на Тэйлора, в душе желая прямо сейчас поблагодарить его за этот и все другие моменты с Оливией. Я была неправа, и настало время нам обоим это признать.
Мой телефон снова зазвонил, и на этот раз я не стала проверять, кто это был. Тэйлор взглянул вниз на источник шума, и его плечи поникли.
— Это тот, о ком я думаю?
Я замялась.
— Я... Я не знаю, кто это.
— Фэйлин, — устало сказал Тэйлор. — Это он?
— Кто? — Спросил Тайлер.
— Питер Лэйси, — ответил Тэйлор.
— Сынок мэра? — Удивленно спросила Элли.
— Она не давала ему свой номер, и она не отвечает ему, — сказал Тэйлор.
— Я сделала это сегодня утром, — сказала я. Тэйлор выглядел опустошенным. — Сказала ему, что если он не перестанет, то я подам жалобу в полицию.
— И он по-прежнему пытается с тобой связаться? — Спросила Элли.
— Да, — раздраженно ответила я.
— Ты правда это сделала? — Спросил Тэйлор. — Сказала ему это?
Я повернулась к нему.
— Я говорила тебе. Я не хочу иметь с ним дело.
Тэйлор выдавил небольшую полуулыбку. Он не вышел из себя. Ничего не ударил, не закричал, не хлопнул дверью. Может, это было потому, что он был эмоционально выжат, но я попросила его стать лучше, и он сделал это.
— Я так хочу стать лучше ради тебя. Ведь ты это заслуживаешь.
Потрясенная, я через стол протянула свою руку, чтобы дотронуться до него. Его ранимость в этот момент была невероятно трогательной.
Он посмотрел на мою руку и моргнул, выглядя удивленным.
— Пойдем посидим на крыльце? — Спросила его я.
Он на мгновение уставился на меня, будто я говорила на незнакомом ему языке, после чего кивнул, наконец-то осмыслив мой вопрос.
— Ага. В смысле, да. Конечно.
Стул Тэйлора заскрипел, когда он задвигал его обратно. Пока мы шли к двери, я держала его за руку. Он не пытался вырвать руку, скорее по привычке позволяя мне вести его. Сев на верхнюю ступеньку, мы стали слушать свист птиц и шелест листьев и смотреть на проезжающие мимо машины. Это был прекрасный солнечный летний день. Погоде сегодня следовало быть пасмурной, должен был лить проливной дождь, но вместо этого буря была внутри нас. Щеки Тэйлора были влажными от молчаливых слез, и я почувствовала отчаяние.