Страна воронов

— Я себя тоже впервые такой вижу! — расплакалась малышка, и пара солёных капель упали на лезвие, всё ещё приставленное к её горлу. — Кажется, Яла похитила моё тело, а меня поселила в своё.

— Разве такое возможно? — усмехнулась Ева, складывая руки на груди. — С какой стати мы должны тебе поверить?

— Дайки, спроси у меня что-нибудь личное! — внезапно оживилась малышка, почувствовав неуверенность Хагами, стоявшего за её спиной.

— Чего? — пробормотал парень, задумчиво почёсывая затылок. — Это… Хм-м… О! Какого цвета была крышка моего унитаза?

— Розовая! — тут же воскликнула девчушка, заставив Дая схватиться за сердце. — Я долго над ней смеялась и называла тебя гламурным, а ты обиделся и отодрал крышку, заявив, что это была идея твоей покойной бабушки!

— В точку! — охнул Дайки и тут же почувствовал на себе удивлённые взгляды Хагами и Евы. — Ребята, это правда очень личное…

— Дай, но это же я — Ниа! — продолжала лепетать девчушка. — С тех пор как я узнала, что вы с Руной в Стране воронов, я очень волновалась. Королева искала вас и до сих пор ищет, Ясу заперт в замке, бедняга Аниэль лежит в Корвусиуме. А теперь ещё и я оказалась в непонятном теле — маленьком, беспомощном и бестолковом! От него нет никакой пользы!

Малышка разрыдалась и мягко села в траву, так как Хагами убрал лезвие от её горла. Растерянная Ева приблизилась чуть ближе и присела на корточки, внимательно глядя на девчушку.

— Ани жив? — шепнула она, не веря своему счастью.

— Да, — кивнула малышка, вытирая слёзы. — Вы знакомы?

Ева ничего не ответила, сев по другую сторону костра и уткнув лицо в согнутые колени. Осмелев, девчушка подползла к Дайки, и когда парень взял её на руки, она крепко обхватила его ручками за шею, внимательно посмотрев в знакомые блестящие глаза.

— Где Руна? — шепнула она, шмыгая носом.

— Пропала, — отвернулся Дайки, подавив тяжёлый вздох.

Малышка тряхнула головой, и пара слезинок вновь сбежала по щекам.

— Дайки, ты мне веришь? — спросила она, теребя пальчиками воротник его футболки.

— Не знаю, я никогда не видел Ялу, но в этом теле есть определённо что-то от Ниары, — усмехнулся парень, внутренне напрягшись — а вправду, вдруг он держит на руках ту самую загадочную королеву, припрятавшую за спиной острый нож или приведшую за собой армию ядовитых воронов?

— Возьмите меня с собой, — обернулась малышка к Хагами, подозрительно нахмурившему брови.

— Как тебе удалось сбежать из замка? — мужчина проигнорировал её вопрос, вновь вскидывая в руке меч.

— Королева приказала отвести меня в темницу, а Арэс, вместо этого, отнёс на задний двор и посадил в ящик с мусором. Он шепнул, что когда повозка въедет в лес, мне нужно будет спрыгнуть с телеги и спрятаться в лесу. А ещё он дал мне спички, но я их потеряла, — малышка шмыгнула носом и устало сложила голову на плечо Дайки.

— Арэс решил помочь? Это что-то новенькое, — фыркнула Ева, задумчиво глядя на костёр.

— Ложитесь спать, — неожиданно приказал Хагами, удобно устраиваясь под деревом. — Я буду охранять вас, а через пару часов меня сменит Дай. Всем ясно?

Решив не спорить, вся троица разлеглась вокруг костра. Ева предусмотрительно устроилась подальше от малышки, всё ещё опасаясь её, а Дай наоборот крепко прижал к себе, позволяя крохотным ручкам обвить свою шею. Через несколько долгих минут, когда шевеления и вздохи сменились ровным дыханием, Хагами хищно усмехнулся и неслышно направился к ребёнку, на ходу занося меч для удара. Но увидев, что малышка крепко спит, забавно приоткрыв ротик, остановился, не веря своим глазам.

Неужели, Яла действительно поменялась с Ниарой телами?

Вздрогнув от хруста ветки, Руна резко дёрнулась и распахнула глаза. Вот же незадача! Хотела всю ночь не смыкать глаз, прячась в кустах от врагов, а сама уснула без задних ног. С трудом приподнявшись на локтях, она села и сонными движениями отряхнула плащ от прилипших к нему колючек и согнала бегающих по лицу муравьёв. Чувствовала Руна себя погано — она не ела несколько суток, и казалось, что желудок прилип к рёбрам. Пересохшее горло саднило, вселяя в мозг безумное желание пить, голова кружилась, на лбу выступили капли пота, и, глухо простонав, девушка вновь рухнула на землю.

— Возьми себя в руки, — шепнула Руна самой себе, глядя на светлеющее небо.

Хвала богам, ночь миновала без приключений, и то, что она проснулась живой — уже чудо. Судя по всему, сейчас было часов шесть утра, не больше. Куда идти девушка не знала, но и сидеть на месте тоже не дело. Поэтому собрав в кулак последние силы, она медленно поднялась с земли и с кряхтением вылезла из кустов. В лицо подул прохладный утренний ветер, и Руна покрепче закуталась в плащ. Спасибо Грину, что не забрал его обратно.

Устало передвигая ногами, девушка шагала по лесу, чувствуя, как от росы намокают кеды. Ободрав щёку о колючую ветку, Руна чертыхнулась и удивлённо замерла — в траве темнела еле заметная тропинка. Испуганно оглядевшись, девушка бросилась бежать по ней. С каждым метром она становилась всё шире и утоптаннее — это одновременно пугало и радовало Руну. Но когда тропа превратилась в широкую дорогу, заваленную сырой кукурузой, она замерла и нервно сглотнула. Где-то впереди шумела река и от неё поднимался туман, делая обстановку загадочной и мистичной. Медленно двигаясь по самому краю и стараясь не наступать на кукурузу, Руна всё ближе подбиралась к воде, замирая в предвкушении. Стояла пугающая тишина, ни одного звука кроме её шагов не было слышно в округе. Решившись, девушка всё же подняла с земли один из початков и осторожно его укусила. Кукуруза оказалась сырой и безвкусной, такая даже с голодухи отказывалась приниматься организмом, поэтому Руна тут же её выплюнула. Вскоре она заметила перевёрнутую телегу, рядом с которой шумно храпел извозчик. Так вот откуда здесь столько кукурузы! Торопливо миновав незнакомца, от которого даже на расстоянии исходил устойчивый запах перегара, девушка всё же достигла реки и остановилась, чтобы отдышаться.

Первое, что она увидела, были перевёрнутые у берега лодки. Некоторые и вовсе затонули, и теперь было видно, как на их дне плавают мелкие армии рыбёшек. Приблизившись к воде, Руна уже хотела зачерпнуть полную пригоршню, но ударивший в нос резкий запах мазута, заставил её отпрыгнуть назад. Только сейчас, сквозь клочья тумана, она заметила, что вся река была покрыта мутными разводами и заросла тиной. Природная брезгливость взяла верх, и, вконец расстроившись, Руна направилась к темнеющему невдалеке мосту. И будь что будет!

Деревянный скрипящий мост оказался широким, по нему вполне могла проехаться средних размеров телега и, видимо, именно его должен был миновать пьяный извозчик с початками кукурузы. На мосту Руне не встретилось ни души, но когда она ступила на другой берег реки, то буквально вздрогнула, оказавшись вовлечённой в бурный поток городской жизни. Кажется, здесь располагался рынок, и несмотря на раннее утро, по нему уже сновали шустрые продавцы, молниеносно расставляющие на прилавках товары. Для верности порывшись в карманах и ничего там не обнаружив, кроме одиноко валяющейся сигареты, Руна вздохнула и прошла мимо. Внимания на неё никто не обратил, поэтому девушка спокойно миновала узкий проулок и пошла вдоль широкой улицы, по которой уже начинали разъезжать кареты.

Скорее всего, это была столица, ибо город значительно отличался от всех тех, что встречались Руне до этого. Здесь не было грязных улиц, грубо сколоченных домов и таборов цыган, очищающих карманы прохожих. В этом городе царила чистота, тротуары были аккуратно выметены, стёкла выходящих на улицу домов блестели, а сами здания были высокими и светлыми. Мощёная дорога извилисто мелькала, то разветвляясь в несколько сторон, то вновь собираясь воедино. Опешившая от такой красоты после «изумительных» видов дремучего леса, полного москитов и воронов, Руна зачарованно осматривалась, не замечая того, как подозрительно на неё смотрят прохожие.