Страница 40 из 98
— Почему? — Сурин облизнула пересохшие губы, не зная, как реагировать на подобное заявление.
— Потому что журналист написал бы иначе. Была бы статистика, факты, примеры. Всё научно, обоснованно и структурировано. Ты же написала не статью, а отрывок из книги. Очень чувственно и красиво, но не по-журналистски. В тебе дремлет писатель, племяшенька.
Чанёль по-доброму рассмеялся, а Сурин едва не разревелась от разочарования. Подскочив, начала доказывать, что журналисты тоже бывают разные, и вообще это первая попытка, а значит быть второй, но дядя остался непреклонен.
— Мы ещё поговорим на эту тему, а сейчас давайте вернёмся на кухню, пока Цзыань нас туда силой не затолкала!
Яблочный пирог наверняка был вкусным, но расстроенной Сурин не было до этого дела. Всё разом потускнело, перестало вызывать искренний интерес. Уже не было желания поддерживать разговор, смеяться над шутками и строить из себя хорошую девочку.
Сехун как-то быстро и неловко допил чай, распрощался и ушёл, Сурин даже не вышла его провожать. Она помогла Цзыань убрать со стола и уже хотела уйти в свою комнату, но в гостиной наткнулась на мрачного дядю, стоящего у окна. Он курил, задумчиво глядя в тёмный двор, и его профиль казался хищным на фоне блестящего стекла.
— И что это было? — вместе с дымом выдохнул мужчина.
Девочка остановилась и исподлобья взглянула на него. Чуть помедлив с ответом, раздражённо передёрнула плечами и тряхнула головой.
— Тот же вопрос хочу задать тебе. Опозорил меня перед одноклассником. Можно было и наедине сказать, какое я ничтожество.
— Разве я это говорил? — Чанёль стряхнул пепел и вновь поднёс сигарету к губам, затягиваясь. — Ты повела себя очень некрасиво по отношению к Сехуну — вначале неделю бегала за ним, выспрашивая его тайны, забираясь в самую душу, а затем потеряла интерес и не смогла даже вежливо попрощаться, не говоря о чём-то большем.
— У меня не было настроения, потому что ты мне его испортил!
— Потому что задел твоё эго? Не похвалил, не погладил по головке? — начал ответно раздражаться Пак. — Ну уж извини, я не твой папочка и не буду безоглядно хвалить. Тем более, что я тебя не ругал, а лишь адекватно указал на характер твоего текста.
— Это глупо и непрофессионально судить меня по одной написанной статье!
— А я тебя вообще судить не буду, если ты не умеешь слушать и не готова к критике! Будь взрослой и мудрой, если хочешь чего-то добиться. А то навесила ярлыков на парня — и наглый он, и эгоист. А сама-то чем лучше? — Чанёль зло вдавил окурок в дно пепельницы и перебрался на диван. — Знаешь, чем отличаются журналисты от писателей? Они честны в своих суждениях! Пишут так, как думают, и так, как есть! А писатели завернут тебе бутерброд из вкусных слов, ярких оборотов, пафосных речей и прочего дерьма и ни за что не скажут откровенно, что думают о том или ином событии. Пишут в угоду читателей, сюжета, да чего угодно, но только не во имя правды!
— Всё сказал? — голос Сурин уже звенел от слёз, но она продолжала упрямо слушать Чанёля.
— Нет! Статья твоя пафосна до оскомины! Слишком много воды и лишней философии. Тебе даже писателем не стать с таким качеством текста. Пиши проще, думай проще, живи проще. Я всё сказал! Иди спать и подумай над своим поведением.
— Так мне спать или думать?! — звонко крикнула Сурин и, не дожидаясь ответа, убежала наверх, громко топая по ступенькам.
— Дурдом, — выдохнул Чанёль, потирая ноющие виски.
Спал он плохо, несколько раз выходил на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и покурить. Видел, что в комнате племянницы горел свет, но не решался зайти. Пак был уверен, что он прав и что племяннице нужно время, чтобы всё осмыслить. Да, возможно методы воспитания Чанёля далеки от идеальных, но он сделает всё возможное, чтобы сделать Сурин лучше. А утром они ещё раз обо всём поговорят, уже гораздо спокойнее и осмысленнее.
Вот только утро началось не с разговора по душам. Когда мужчина зашёл на кухню, девочки уже и след простыл, но на столе осталась стоять чашка чуть остывшего кофе и придавленные ей листы бумаги. Пролистав их, Чанёль неопределённо хмыкнул и опустился на стул. Пожалуй, его племянница не только упряма, но и весьма амбициозна — за ночь переписала текст, превратив его из книжного отрывка в неплохую публицистическую статью.
«Предлагаю стажироваться по средам и пятницам», — отправил он сообщение на мобильный Сурин.
«По рукам!» — мигнул экран через несколько секунд.
Комментарий к Глава 18
Для настроения рекомендую послушать Lauv — Comfortable~
========== Глава 19 ==========
Сурин была настроена решительно и ничуть не растерялась, когда увидела в клубах тумана приближающуюся фигуру Сехуна. О безбожно опаздывал на первый урок и казалось, что его совершенно не заботили ни пробирающий до костей холод, ни молочный дым, поднимавшийся от земли и скрадывающий очертания зданий и людей. Парень шёл не спеша, глядя себе под ноги и покачивая головой в такт музыке, играющей в наушниках.
Но когда Ли спрыгнула с школьного крыльца и зашагала в его сторону, Сехун моментально остановился и поднял задумчивый взгляд, сканируя им приближающуюся девочку.
— Чего тебе? — лениво спросил он, выдернув левый наушник.
— Жду кое-кого, — развела руками Сурин и подхватила несопротивляющегося О под локоть. — Почему тащишься еле-еле? На математику опоздаем!
— Знаешь ли, мне вчера дурно спалось после твоих откровений. Меня даже посетили мысли исправиться в лучшую сторону, но я вовремя их отогнал, — послушно плетясь вслед за одноклассницей, скучающе вещал Сехун.
— Очень жаль. А я уж было надеялась, что смогу оказать на тебя положительное влияние.
— Пф! Меня невозможно изменить, даже не мечтай!
Прошмыгнув мимо уткнувшегося в книгу охранника, они торопливо стянули с себя верхнюю одежду, оставили её в раздевалке и уже хотели бежать к нужному кабинету, как внезапно Сехун схватил подружку за локоть и затащил под лестницу.
— Ты чего? — нахмурилась Ли, но вырываться не стала.
— Сама подумай! Сегодня должна быть контрольная, прошло уже десять минут от звонка и она наверняка началась! Мы всё равно облажались и будем её переписывать, так смысл париться над ней два раза?
Похлопав ресницами и взвесив все доводы, Сурин нехотя кивнула, уже представляя, как крепко влетит ей от дяди. И всё из-за чёртового О Сехуна, который должен был на неё обидеться после вчерашнего, но почему-то ничуть не оскорбился. Вот и вышло, что все муки совести были зря, а в довесок ещё и контрольную пересдавать придётся. А ведь Ли к ней готовилась!
— Надо?
Девочка взглянула на протянутый наушник и, картинно вздохнув, вставила его в ухо. Тихие волны музыки успокаивали, глаза закрылись сами собой, и Сурин сама не заметила, как задремала, опустив голову на плечо Сехуна.
***
Из-за внепланового школьного собрания учителю Киму пришлось отменить тренировку, так что Сурин уже собиралась уйти домой пораньше, как всем её планам пришлось рухнуть.
Она как раз ждала, когда Сехун выйдет из мужского туалета, чтобы на пару с ним дойти до остановки, как из-за угла вывернули две одноклассницы и, переглянувшись, направились прямиком в её сторону. Ли насторожилась, но виду не подала, надеясь, что девицы пройдут мимо. Вот только трудно игнорировать кого бы то ни было, когда эти кто-то остановились напротив тебя и приветливо улыбаются.
— Хорошо, что ты ещё не ушла!
— Да, мы как раз тебя искали!
Пока Сурин натянуто улыбалась, пытаясь вспомнить имена двух подружек, которые до этого момента здоровались с ней через раз, они уже отводили её в сторонку, подальше от двери туалета.
— Ты слышала, что на следующей неделе наша школа отмечает сорокалетний юбилей?
— Мы каждый год устраиваем в честь этого праздника особые представления. Не должно быть ни одного ученика, который остался бы не у дел!
— Кто-то танцует, другие поют. Ты уже придумала, что будешь делать?