Страница 62 из 274
Происхождение: Волки Терры
Еще до того, как легион стал именоваться Сынами Хоруса, он был известен под названием Лунные Волки. Во времена, когда Император обратил свой взор за пределы Терры, он создал новые армии, которым предстояло сражаться в его крестовом походе. Частично они состояли из сил объединенной Терры, а частично из числа покоренных врагов, и рядом с генетически выведенными солдатами, воетварями и боевыми эмиссарами сражались первые легионес астартес.
Пока еще не существовало громадных армий, состоящих из сотен тысяч легионеров, которые отправятся на покорение галактики, но они были наследниками громовых воинов, сражавшихся до них. Они представляли боевую силу, которой история еще не знала. Чтобы отвечать все более растущим запросам новых завоеваний, численность XVI легиона значительно возрастет, но во время формирования он, вероятнее всего, состоял не более чем из тысячи человек. Из многочисленных источников известно, что легион, несмотря на нумерацию, был одним из первых активных подразделений легионес астартес и обрел множество боевых наград в ходе позднейших войн Объединения.
Как и большинство недавно появившихся легионес астартес, изначально XVI набирал рекрутов среди населения Терры. Хотя достоверных сведений нет, предполагают, что многие из первых кандидатов в XVI были родом из охотничьих кланов Ютигранской впадины и Самсатианских субпластинчатых трущоб. Постоянные стычки и суровые условия жизни в пустынном краю сделали из местных жителей безжалостных и независимых людей. Возможно, Император понимал какие качества следовало привить конкретному легиону, и поэтому специально имплантировал этим рекрутам генетическое семя XVI легиона, либо же была иная причина, известная лишь его невообразимо сложному разуму, но откуда бы ни происходили первые рекруты, вскоре XVI проявил свой уникальный характер.
Легион сражался с жестокой агрессивностью. Возможно, под влиянием генетического наследия или того, каким образом их использовал Император, XVI стал олицетворением внезапных и ошеломительных штурмов. Он проводил стремительные бои и кровавые завершения кампаний, его атаки столь же часто упреждали конфликты, как и являлись их неотъемлемой частью, его силы наносили либо первый смертельный выпад, либо же находились в резерве для последнего удара. Первое умиротворение Луны стало, наверное, наиболее знаменитой из ранних побед легиона, но разгром Кориолисских анклавов и Огненная Зима оставили на коллективном сознании Терры раны, которые не зажили до сих пор, а на Капридианских низинах торговцы и мошенники до сих пор называют шестнадцать, порядковый номер легиона, «волчьей цифрой».
Говорили, XVI использовали, чтобы начинать и заканчивать войны, о которых враги еще даже не подозревали. Они приходили ночью или с рассветом, в отсеках «Грозовых птиц» и «Грозовых орлов», в сопровождении эскадрилий «Молниевых ворон». Те, кто наблюдал за их атаками, рассказывали, что XVI сражался с противником зрительно, пока не стихал грохот ракет и снарядов.
Образ воинов, которые участвовали в тех битвах, полностью соответствовал их репутации. Гордые, редко проявляющие веселье или сочувствие, они не страдали мистицизмом, а их воинская элита даже не имела собственных ритуалов, чем разительно отличались от войск обычных людей, которые сражались вместе с ними. В каждом их действии чувствовалась агрессия, но, благодаря огромному самообладанию, они сохраняли выдержку. Воинственность и своенравность воинов XVI легиона были вынужденной необходимостью в эти опасные времена.
Если какое-то событие может самым лучшим образом раскрыть природу XVI, то это объединение Сомона, скопления суборбитальных княжеств, которые упорно противились дипломатическим инициативам Императора и отказывались становиться частью растущего терранского единства. Основное сопротивление оказывал Сомон Прайм, орбитальная станция, которая серебряной иглой пронзала южное небо. Когда панарх Сомона принял последнюю делегацию, отправленную на орбитальную станцию, львиная доля его желчного гнева обрушилась на Леркона Хурна, капитана 3-й роты XVI легиона. Во время тирады, которая продлилась более часа, демагог перечислил все грехи создания существ вроде легионес астартес. Хурн согласился безоружным сопровождать делегацию только после длительных уговоров. Ему не хотелось находиться там, и он уже устал от официоза и гнева панарха. Когда тот понял, что слова не возымели нужного эффекта, в сердцах плюнул на доспехи Хурна и ударил его скипетром. Ответа все не было. Лишь когда панарх едва не рухнул от усталости, Хурн, наконец, ответил. Он голыми руками расправился сначала с телохранителями правителя, а затем оторвал голову самому панарху. Увидев, на что способен один безоружный воин Императора, остальные правители Сомона прислушались к воззванию и сдались.
Со временем упоминание о том, что Император отправляет своих «волков» раздавить упрямых или потенциальных врагов, глубоко укоренилось в сознании новорожденного Империума, апокрифическим источником чему послужило умиротворение Луны. Легион с радостью принял новое прозвище. Среди его воинов волчья голова стала распространенным символом, обозначавшим по-своему некую абстрактную связь — в основном все волки на Терре превратились в источник генетического материала для создания зверей-биооружия и служили синонимом контролируемой жестокости. Все чаще полевые командиры и офицеры легиона носили поверх доспехов шкуры этих генетическим образом усиленных хищников. Пусть XVI будет не единственным, кто носил подобное название и имел схожую символику, но определенно первым.
Хтония: ад из легенд
Превращение легионес астартес из первоначальной элиты вооруженных сил в Лунных Волков, которые одержали долгожданную победу в Объединительных войнах Терры, началось с поступления первых инициатов с Хтонии, мира, ассоциировавшегося с примархом, с которым они, наконец, воссоединились. Это возымело глубокий эффект в первую очередь на характер легиона, и впоследствии приведет к изменениям, которые в грядущие годы коренным образом изменят его облик.
Хтония была миром неподатливого камня, испещренного туннелями и с выдолбленными внутри городами, который вращался вокруг умирающей, агрессивной синей звезды в безжизненной системе. Колонизированная в далеком прошлом, Хтония была необычайно богатой планетой, ресурсы которой последовательно разрабатывали на протяжении тысячелетий, в результате чего она превратилась в опустошенную скорлупу. Из ее шахт в огромных объемах добывали адамантиевую руду, драгоценные камни и кристаллическую пыль, которые служили топливом для давно миновавшей Темной эры технологий. В погоне за ресурсами человечество зарывалось все глубже и глубже в земную толщу Хтонии и покрывало ее поверхность громадными перерабатывающими ульями, которые со временем проседали и обрушивались в бездонные пещеры под ними. Шахты становились все глубже, пока не стали напоминать мифический ад: раскаленный воздух внутри был наполнен запахом серы, лица рабочих озарялись накаленными докрасна скалами, среди которых они работали. Смерть на Хтонии находила свою жертву во множестве обличий: прорыв магмы в шахту, поглощавшее улей землетрясение, карман ядовитого газа, который проник в туннель. На планете можно было погибнуть без особого труда даже в дни ее расцвета, в ульях Хтонии суетилось громадное количество людей, проживавших свои короткие жизни в жаре шахт или запыленных уголках перерабатывающих заводов.
Кем же были хозяева этого адского мира? Кто наживался на ресурсах, добываемых из его сердца? Никто этого точно не знал. Некоторые утверждали, это были жрецы Марса, постоянно требовавшие ресурсы для питания кузниц-ульев. Другие источники говорят о том, что планета входила в состав звездного царства, которое существовало задолго до того, как Терра стала мечтать о единстве. Неважно, кем на самом деле они были, эти люди пожирали сердце Хтонии до тех пор, пока от него не осталась лишь пустая скорлупа. Тогда, видимо еще до прихода Древней ночи, Хтония стала заброшенным миром, оставленным во власти энтропии и насилия, и еще до великого падения планета погрузилась в беспросветный мрак.