В двадцать лет

- В кинотехникуме на улице Правды, - уже в который раз пояснила я.

Потом подошла к лазу и снова обернулась к ним.

- Этот лаз я сама сделала, оторвала доску, а вы поищите проход, я знаю, что он где-то есть. За нами с Игорем была погоня - начальник отдела кадров этого завода как-то преодолел этот забор. Понимаете?

- Конечно, понимаем, дорогая. Найдем. Идите уж. А то Алена Ивановна может влипнуть в беду, - удрученно сказал первый. А второй добавил:

- Хотя бы с ними ничего не случилось.

Я подумала, что он имеет в виду Игоря и его маму. Но обо мне никто не подумал, а моя бабушка, как она там в больнице? Она ждет меня, и у меня слезы закапали сами по себе, как у Игоря на станции.

Вытирая слезы и шмыгая носом, я вошла в бывшую проходную, как будто шла на казнь, так сильно я боялась.

В вестибюле было тихо, как и большей частью в этом страшном здании. Я медленно пошла по коридору, оттягивая время встречи с военными завода. Я открывала двери по дороге, заглянула в кабинет психолога. Там был тот же беспорядок, среди выброшенных вещей я усмотрела термос. Взяла, он был полный чая. Чай, конечно, остыл, но тем несчастным и такой чай был бы полезен. Я решила пойти в медицинские кабинеты, если военный забрал Алену Ивановну, то он мог потащить ее или туда или в клетки. Медленным шагом я пошла в корпус с кабинетами и несчастными людьми, но у дверей передумала и пошла в лабораторию. Было тихо и пусто, мерцающий свет слабо освещал ее, пасмурный день не помогал с освещением. Я проверила мусорную корзину и достала ключ, надо еще раз заглянуть в шкаф, пока меня никто не видит. Я открыла шкаф, оружие стояло и висело в нем. Может быть, взять на всякий случай ружье или кинжал. Я опять выбрала кинжал, поменьше, чем тот - первый, вложила в ножны, а ножны пристегнула к поясу брюк. Под свитером и пальто он был не виден. Потом я открыла дверь на лестницу, ключ оставила в замке снаружи, если милиции пойдет за мной по следу, то пусть они выйдут в эту дверь на лестницу.

Я пошла вниз, дошла до помещения с клетками, и остановилась в сомнении: входить или нет. Было страшно. Черное пространство за металлическими прутьями, и голос будто из могилы. Надо идти. Может быть, милиция уже приехала, и сейчас найдут меня тут, только бы в клетку не попасть.

Я открыла дверь и вошла, позвала погромче:

- Эй! Кто тут есть? Живы?

- Девушка! Неужели вы пришли? - раздался тот же мужской голос. Кажется, у меня уже появились знакомые в этом гнезде адских страданий.

- Да, я пришла. Сейчас приедет милиция, есть люди, которые взялись за дело, чтобы навести здесь порядок. Потерпите немного, вас спасут. А соседи в других клетках живы?

- Я слышу, что они возятся, чем-то шуршат. Но нас уже не кормят три дня. Не кормят и не поят. Я поймал мышь. Вот счастье было. Свернул ей голову и съел ее, шкурку оставил.

- Зачем? - тупо спросила я.

- Она волосатая. Не прожевать, - на полном серьезе ответил он, меня затошнило.

- А новых людей не приводили к вам по соседству? - спросила я, вспомнив зачем пришла - в поиске Игоря и его мамы.

- Нет, не видел. Но я теперь крепко сплю, мог и не слышать. Так что гарантии не даю, что не приводили.

Я двинулась вперед, поглядывая на открытую дверь, помня, как она в последний раз моего пребывания, захлопнулась за мной. Я пошла вдоль клеток, всматриваясь в черную мглу.

- Эй! Люди, есть тут кто? Отзовитесь! Подойдите к решетке, чтобы я вас могла увидеть.

В ответ мне была тишина, кроме кашля того мужчины, который разговаривал со мной.

- Тихо, - сказал он, - я рад бы вам помочь, но не знаю как.

- Скажите, где находится вход в клетку? Вас как-то вводили туда внутрь? - озабоченно поинтересовалась я.

- Подойдите к моей клетке, я покажу, где замок. Эх! Хорошо бы найти ключ и выпустить нас отсюда, - огорченно сказал он.

- А еще недавно вы говорили, что ничего не хотите, кроме тарелки супа и стакана воды, - напомнила я ему, подходя к его клетке. Но меня что-то удержало подходить ближе, помню жуткий случай, когда меня приняли за пищу.

Он высунул руку, показывая мне, где находится замок.

- Видите здесь, вот задвижка, а ключ поворачивается и задвижка отодвигается. Вы кинжал не потеряли?

- Нет, не потеряла, - осторожно ответила я, решив не вдаваться в подробности, как я потеряла кинжал и как приобрела его вновь.

- Как вас зовут? - мягко спросил мужчина. - Я Саша. Только не Черный и не Белый, - сказал он, напомнив про поэтов эпохи революций и гражданской войны. - Я просто Саша Лосев. Ленинградец. Попал сюда по глупости.

- Я помню, вы рассказывали. Меня зовут Рита, - отвечала я, оставаясь на шаг от клетки. - Не буду ничего делать. Не волнуйтесь, скоро сюда придет милиция. Они идут по моему следу с кинологом с собакой. И вас выручат.

- Ну, открой же клетку, - взмолился он.

- Я не могу, - отказала я еще раз совсем неуверенно, отступая от клетки. - Я еще не все клетки проверила. Мы потеряли двух человек - Игоря и его маму, женщину лет сорока. Вы Игоря не знали? Молодой человек, среднего роста, 21 год. Не помните? Я продумываю все варианты его поиска. Может быть, он в своей бывшей комнате? Если бы вы знали, где он жил.

- Нет, если он донор, то их никуда не селят. Их сразу проводят в медицинские кабинеты. Там они находятся, пока коньки не отбросят. У них все очень хорошо продумано. Было продумано. На чем же они прокололись?

- Не знаю, - ответила я рассеяно, проходя уже в конец помещения, и я услышала стоны в последней клетке.

- Отзовитесь? Кто там, прошу вас, скажите, что с вами? - позвала я.

- Помогите, - слабо прошептала женщина.

- Алена Ивановна, это вы? Ответьте мне.

- Да, я, - отозвалась женщина, - помогите мне.

- Вы нашли Игоря? - решила я спросить, хотя была уверена, что она не нашла сына.

- Нашла, - неожиданно слабым голосом сказала она. - Мне надо к Игорю, спасите меня, он умирает, он очень слаб. Выпустите меня.

- Подойдите к решетке, - попросила я. - Мы сейчас что-нибудь придумаем.

К решетке приблизилась женщина в грязном платье, с растрепанными и спутанными волосами, бледно-желтое лицо вырисовывалось в темноте, как лицо мумии. Я в ужасе отшатнулась. Эта женщина была не Алена Ивановна. Она хотела воспользоваться ситуацией, чтобы вырваться из плена. Она обманывала меня. Я отступила еще на шаг, неизвестно, насколько она разумна, схватит меня и притянет к прутьям вплотную, убьет. Она поняла мои маневры и расхохоталась, обнажив поломанные желтые зубы.

- Сука, сука, бежишь от меня. Ну, и правильно. Я от голода и издевательств уже не отвечаю за свои поступки. Я убить могу.

- Саша, - позвала я, - ты тоже такой? Ты тоже убить можешь?

- Могу! - отозвался он. - Где же твоя милиция? Обнадежила меня, что они сейчас придут с собакой, а, оказывается, что и нет никого. Как же так, Рита? Ты обманула?

- Прости, я ухожу искать женщину с сыном. Но милиция придет. Ждите!

Я с облегчением покинула это жуткое место, и пошла дальше, открыв дверь в коридор, который вел в подземный переход, потом открыв еле-еле металлическую дверь, вышла в коридор к медицинским кабинетам. Мне стало опять страшно. Где же Алена Ивановна и Игорь? В первом же кабинете на полу я увидела два тела, они были плотно завернуты в зеленые простыни, так плотно, что не могли пошевелиться, так бинтуют мумий, на которые можно посмотреть в древнем отделе Эрмитажа. Я осторожно сделала шаг вперед к ним, кто же там лежит, живы ли они?

Шестнадцатая глава

Где же Алена Ивановна и Игорь? В первом же кабинете на полу я увидела два тела, они были плотно завернуты в зеленые простыни, так плотно, что не могли пошевелиться, так бинтуют мумий, на которые можно посмотреть в древнем отделе Эрмитажа. Я осторожно сделала шаг вперед к ним, кто же там лежит, живы ли они?

- Стойте! - услышала я крик слева. - Руки за голову!