В двадцать лет

- Посиди, успокойся, я отойду к автомату, вызову скорую помощь. Игорь Соколов, будь соколом!

- Какой я сокол, - прошептал Игорь. - Меня обвели вокруг пальца, как последнего дурака! В электричке подсел мужчина и завел разговор, что есть организация, в которой рабочие пострадали от несчастного случая, им срочно нужна донорская кровь. Он меня убеждал, что здоровому мужчине отдать 200 мл крови совершенно безопасно, а за это заплатят сто пятьдесят рублей,

и будут кормить три раза в день. Хорошее меню, даже учтут мои пожелания. Лучше, чем в пансионате.

- В пансионате! - воскликнула я. - Какое совпадение!

- У кого? - озадаченно спросил Игорь.

- У нас, - ответила я, - я тоже ехала в пансионат, когда ко мне подсел хитрый психолог и предложил работу на этом заводе. Не знаю, что они мне сделали бы, но точно ничего хорошего. Дарья пропала!

- Дарья? Нет, она сбежала. Она у нас уборку делала на второй день и шепнула мне, что надо бежать, иначе будут плохо. Я не поверил ей, у нее руки дрожали, и она все время опиралась на швабру, убогая какая-то. А оказалось, что она права.

- У меня документы Дарьи. Не буду тебе рассказывать, откуда. Так что теперь я смогу вернуть ей их. А в пансионат я ехала устраиваться на работу. Но клюнула на обещание, что будет хорошее общежитие и высокая зарплата. И вот так влипла!

- Как мне повезло, что ты влипла! - усмехнулся Игорь. - Ты спасла меня. А я ехал отдыхать в пансионат, дали путевку на 12 дней. Отдохнул! - закончил он горько.

- Игорь, сейчас я научу тебя, как себя вести дальше, что говорить. К тебе в больницу нагрянет милиция, будут спрашивать, что с тобой случилось. Я придумала: ты ехал в поезде в пансионат, к тебе подсели грибники и предложили пойти с ними. Ты согласился, погода хорошая, грибная. В лесу они разбежались, кто куда, ты остался один, аукал их, но никто не отвечал.

- Что делал? Аукал?

- Кричал "Ау", но никто не отвечал, ты стал искать выход из леса, заблудился, споткнулся о корягу и потерял сознание. Очнулся - нет ни вещей, ни денег. От удара голова болела и кружилась, ты несколько дней провалялся в лесу, поэтому такой тощий. Если в больнице тебя спросят, откуда синяки на руках...

- Это когда кровь брали, какие-то неумехи, - пробормотал Игорь.

- Ты скажешь, что это в скорой уколы делали, оставили синяки какие-то неумехи, - с улыбкой сказала я. - Ни в коем случае не говори, что кровь брали. Двое военных я знаю, где-то здесь. Убьют нас. В больнице скажи, что у тебя есть невеста Рита. Это я. Чтобы меня пропускали к тебе. Одежду я тебе куплю и принесу, когда выписываться будешь. Запомни, Игорь, что надо говорить, и забудь о заводе и донорстве под страхом смерти.

- Ну, ты скажешь, Рита, моя спасительница.

Как приятно, что тебя называют спасительницей. Но как же спасти остальных?

Я заспешила к телефону-автомату и набрала 03.

- На станции Широкая, по дороге на Сиверскую, упал молодой человек в обморок, на голове шишка. Возможно сотрясение мозга. На вид 22 года. Приезжайте скорее.

Я вернулась к нему.

- Приедут, не знаю, как быстро. Не беспокойся, я буду рядом, только не подойду. Я провожу тебя в город и поеду домой. Потом тебя навещу. Жди меня. Все будет хорошо.

Мы замолчали, сидели рядом, пока я не заметила людей в белых халатах, у платформы стояла автомашина скорой помощи. Я отбежала за дверь станции и оттуда подглядывала, пока врачи расспрашивали его, измеряли давление, потрогали синяки на руках.

"Как все плохо, - подумала я, - синяки бывают у наркоманов. Как бы они не подумали о нем, что он наркоман. Надо будет срочно навестить его в больнице, и повлиять на их мнение о нем. Сейчас еду домой, а из дома в больницу". Я убедилась, что скорая помощь его забрала, и отправилась в кассу за билетом до Ленинграда. Электричка пришла через пять минут.

Одиннадцатая глава

Как все плохо, подумала я, когда увидела, что врачи подняли рукава свитера и потрогали синяки. Они решат, что Игорь наркоман, и отношение к нему будет, как к наркоману. Надо срочно мчаться в больницу и изменить их мнение о нем. Он не наркоман!

Я проводила взглядом их, когда все загрузились в машину, потом обогнула машину и подошла к водителю.

- В какую больницу повезете? - спросила я. - Мне надо обязательно знать, я его невеста, но он в таком шоке, что не помнит меня. Скажите, пожалуйста, прошу вас.

- В больницу Первой пятилетки, - ответил водитель, даже не посмотрев на меня.

- Спасибо! - радостно воскликнула я и помчалась в кассу, купила билет до Ленинграда и вышла на платформу. Через пять минут пришла электричка.

В вагоне я села у окна, пассажиров было мало. Осенний холодный день не настраивал на поездки за город. Я закрыла глаза и сразу провалилась в сон. Сутки беспокойной жизни измучили меня. Как же меня угораздило довериться Михаилу Сергеевичу. Ездит по электричкам и всеми правдами и неправдами вербует людей для опытов и для использования как доноров. Все работники покинули завод, как будто были охвачены паническим страхом. А началось все с моим приходом и с исчезновением Дарьи. Нет, Михаил Сергеевич сказал, что приходила моя бабушка с милицией и скандалила. Может быть, все началось с этого момента? Засветились и решили свернуть свою деятельность. Во сне я снова пережила все события, но страшнее всего было нападение донора на меня. Довели человека до бесчеловечного состояния. Он стал извергом. И все-таки жаль и его, и других. Я не знаю, сколько там было еще доноров в палатах, боялась смотреть на этих несчастных, которым ничем не могу помочь. Поезд тряхнуло, и раздался голос в динамиках: Следующая станция "Ленинград", Балтийский вокзал. Я открыла глаза, потерла их, и двинулась за несколькими пассажирами к выходу. Город, родной мой город. Скоро буду дома, подумала с радостью я, и вошла в метро. Те несколько монет пригодились мне, а десять рублей были спрятаны в кармане брюк.

Очень скоро я приблизилась к своему дому. Утро, мои соседи гуляли со своими собаками, я поздоровалась с одним, с другим. Неожиданно одна пошла мне навстречу:

- Подожди, детка. Ты знаешь, что бабушка в больнице? Она искала тебя вчера. Всех твоих друзей обзвонила, всех соседей обошла, хотела узнать, куда ты делась. Потом вернулась, ей стало плохо, соседи вызвали скорую помощь, и ее забрали в больницу. Не знаю, в какую. Спроси дома, там точно знают.

Я почувствовала, как кровь отлила от лица: бабушка в больнице. И это я виновата, мало того, что хотела уехать от нее, так еще и этот заводской кошмар. Я не стала ждать лифт, взлетела на пятый этаж и нажала кнопку звонка. Услышала шарканье тапок соседки, "кто?" - услышала я.

- Это я, я! Зинаида Алексеевна открывайте, это я.

- Рита, Риточка, - запричитала Зинаида Алексеевна, открывая дверь, - бабушка в больнице.

- В какой? Я сейчас переоденусь и поеду к ней.

- В больнице Первой Пятилетки.

- В больнице Первой Пятилетки? - переспросила я. Какое совпадение, Игорь тоже в этой больнице.

Я влетела в комнату, скинула свои теплые штаны и свитер, трудовые книжки и паспорта бросила в ящик серванта, туда же полетели и те самые ножны из-под кинжала. Я достала из шкафа белье, теплую кофту, шерстяные брюки, натянула все на себя, поискала старый кошелек, которых у бабушки было несметное количество. Нашла подходящий ( в моем вкусе), положила туда десять рублей. Где-то у меня был хороший вместительный портфель, я сунула туда тапки, завернутые в газету, и еще несколько газет.

Уже направилась к выходу и подумала, что надо бы налить в термос чай. Бабушка очень любит крепкий чай, заваренный из пачки "со слоником". И я задержалась, чтобы вскипятить воду, заварить чай, добавила сахар и налила горячий чай в китайский термос. Куда же его поставить? У бабушки была авоська из клеенки, самое подходящее место для термоса. В авоське оказался еще один кошелек бабушки, в нем было 125 рублей. Бабушку взяли в больницу вчера, впопыхах она забыла о кошельке, надо спросить ее, можно деньги потратить на покупки для нее. Как она там в больнице? Что успела взять с собой? Я снова остановилась посредине комнаты, надо взять ей халат и ночную рубашку, и носки теплые. У нее всегда мерзнут ноги. В клеенчатую сумку я добавила еще один сверток. Все поместилось.