Страница 40 из 73
— Как смеет Сигур так просто выдвигать здесь требования? Это мой дом. Если он хочет увидеться со мной, он сначала должен получить разрешение, — говорить моя мама, ни к кому не обращаясь, просто произнося свою напыщенную речь вслух.
— Этому Дарку нужно знать свое место, — обращается Себастьян к матери. — Мы должны лишить его дипломатических прав и запретить ему покидать Легион.
Мама язвительно смеется.
— Да я бы с удовольствием, но я должна хотя бы сделать вид, что Сигур имеет какой-то авторитет. Иначе Дарклинги перестанут выполнять его приказы. Он нужен мне, чтобы контролировать всех этих кровососов.
— Не называй их так, — возмущаюсь я, гнев закипает во мне.
— С каких это пор тебя заботит, как я их называю? — интересуется мама.
— А с каких пор ты начала думать, что пытать невинных детей — это в порядке вещей? — парирую я — Серьезно, что с тобой случилось, мама?
— Не смей разговаривать со мной в подобном тоне, юная леди...
— А то что?
— Я буду вынуждена тебя наказать.
— За что? За то, что указала, что нельзя пытать людей, что это неправильно? — с недоверием говорю я. — Если это вдруг стало преступлением, тогда вперед, накажи меня.
Мама даёт мне пощечину. Моя кожа горит в том месте, где она ударила меня, но я не реагирую. Не хочу доставлять ей такого удовольствия.
— Себастьян, уведи мою дочь отсюда. У меня есть кое-какая работа, — набрасывается она на него. — И убедись, что она не покинет свою комнату. Она под домашним арестом.
Я открываю рот, чтобы возразить, но потом передумываю. Пусть запирает меня — мне все равно. Себастьян берет меня за руку и ведет обратно по металлической лестнице. Я гляжу через плечо на маму, которая разговаривает с Крейвеном.
— Открывай дверь, — говорит она ему, указывая на камеру с серебряной меткой над ней.
— Эмиссар, Вы уверены?..
— Просто подготовь операционный стол, — обрывает его она.
— Но ведь он не готов, — кротко говорит он.
— Мне все равно. Мы не укладываемся в сроки, — отвечает она.
Я дергаю Себастьяна за рукав, когда мы достигаем площадки с видом на комнату.
— Я хочу посмотреть, — шепчу я ему, мне очень любопытно узнать, что же скрывают в этой камере.
Вижу, ему тоже интересно. Мы подходим к небольшому стальному барьеру, чтобы получить лучший обзор. Трое охранников осторожно входят в кромешную тьму клетки. Что-то рычит. Слышны звуки борьбы, затем громкий вопль, и один из охранников выбегает из комнаты, его лицо изранено в клочья. Я зажимаю руками рот, чтобы не закричать.
Мама отступает немного, так как оставшиеся два стражника выходят из комнаты, ведя сопротивляющееся существо. Они тянут его на операционный стол, стоящий посередине комнаты и отходят назад. Я начинаю задыхаться.
Это мальчик. Если быть точной, это обнаженный мальчик.
Я не должна смотреть, но мои глаза прикованы к нему. Он моего возраста, низкого роста, со спутанной гривой шоколадного цвета волос, которая окружает кошачьи черты лица. Его кожа медового цвета покрыта коричневыми пятнами, как у леопарда, покрывающими бока и ноги. Мои глаза расширяются, когда я замечаю длинный пятнистый хвост, обвитый вокруг его ноги.
Охранники закрепляются мальчика на столе, и Крейвен быстро делает ему инъекцию. Он сопротивляется и набрасывается на Крейвена, пытаясь укусить его своими длинными, как сабли зубами, его глаза сверкают золотом. Его движения постепенно замедляются, руки расслабляются, он теряет сознание.
— Действуй, — приказывает мама.
Крейвен щипцами открывает рот мальчика и вводит шприц в мягкие ткани позади одного из саблевидных зубов. Медового цвета жидкость наполняет шприц.
— Ловко, — шепчет Себастьян, — Это же Бастет. Никогда прежде не видел ни одного живого.
Крейвен извлекает иглу и кладет её на поддон рядом с собой.
— Что мама делает с этим Бастетом? — шепотом спрашиваю я у Себастьяна.
— Они нашли естественную защиту против Дарклингов, это как токсичный яд и этот спрей с ужасным запахом, который они распыляют... я думаю, ты не хочешь знать, откуда он.
— Так это то, что было в том спрее "Пошел прочь, Разъяренный"? — спрашиваю я, помня тот ужасный смрад, когда Крейвен использовал его на Разъяренном тогда, когда я впервые была здесь.
Себастьян кивает
— Возможно. Давай, пойдем уже.
Я приглядываюсь к мальчику-Бастету в последний раз. Его веки вздрагивают, как будто он потерялся в ужасном кошмаре. Хотела бы я знать, о нас ли его сон.
* * *
На следующий день я прошлась по своей комнате, замышляя побег так, чтобы не попасться на глаза Себастьяну или маме. Я звонила Эшу ранее и предупредила о том, что я под домашним арестом, но мне очень хотелось увидеть его... так или иначе. Мне нужно убедиться, что с ним все в порядке после прошлой ночи. И еще мне любопытно, почему он ушел с Сигуром Марвиком.
Раздается стук в мою дверь и Себастьян входит до того, как я приглашу его. Он держит в руках письмо и улыбается до ушей.
— Всё хорошо?
— Меня вызывают в Центрум, чтобы провести несколько дней с Пурианом Роузом, — говорит он, затаив дыхание и показывая мне письмо.
Я просматриваю написанное. Нет сомнений, Себастьян приглашен на духовный семинар, устраиваемый Пурианом Роузом.
— Там будет всего дюжина приглашенных — это действительно привилегия, — радуется он.
— Мои поздравления, — сухо говорю я.
Хотелось бы мне знать, что такого сделал Себастьян, чтобы пробудить интерес у Пуриана Роуза. Это должно быть что-то грандиозное. Я подумываю поговорить с Себастьяном о его поездке, но мысль о том, что несколько дней он не будет дышать мне в спину слишком хороша...
— Приятно провести время, — желаю ему.
— Я договорился с Куртом и Аароном, чтобы они охраняли тебя, пока я в отъезде.
— Потрясающе, — ворчу я. Два охранника? Ррр!
— Я иду собираться, — Себастьян чмокает меня в щеку и уходит, напевая что-то веселое себе под нос.
В этот момент моё сердце вздрагивает, и я спешу к балкону, зная, что это значит. Эш стоит, прислонившись к балюстраде, застенчивая улыбка играет на его красивых губах.
— Я подумал, что раз ты не можешь прийти ко мне, то я приду к тебе, — говорит он.
Я обхватываю его руками и мы обнимаемся.
— Как ты оказался на моём балконе незамеченным?
Он показал на плоскую крышу в нескольких футах над нами
— Это на удивление легко, забраться сюда, если знаешь как.
Я кусаю губы. Возможно, именно так другой Дарклинг смог попасть в мою комнату незамеченным. На крыше ведь нет охраны.
— Там наверху потрясающий вид, — говорит он. — Пойдем, я покажу тебе.
Он взбирается на крышу и втягивает за собой меня. от этого движения мы падаем и я приземляюсь на него, хихикая. Мы садимся и разглядываем обгорелые городские руины. Это действительно потрясающе. Церковные колокола торжественно звонят, возвещая о праздновании годовщины дня Примирения, пока ленты черного дыма украшают небо. Улицы под нами заполнены семьями, нарядившимися в их лучшие одежды, все куда-то торопятся. Тогда я начинаю замечать и менее приятные вещи: танки Стражей, патрулирующие улицы, перегородки из колючей проволоки, Пограничная стена.
Над нами в сером небе летит ворон, его длинные черные крылья рассекают облака дыма и пепла, которые по-прежнему осыпаются на город.
— Иногда мне хочется, чтобы я могла улететь отсюда, — говорю я.
Эш встает и берет меня за руку.
— Куда мы идем? — спрашиваю я.
— Ты мне доверяешь?
— Да... я доверяю тебе, — отвечаю я — Так куда мы идем?
Он усмехается:
— Летать.
Он переходит на бег, моя рука по-прежнему переплетена с его рукой. Мне приходится бежать на пределе сил, чтобы успевать за ним. Край крыши все ближе и ближе. Я начинаю паниковать.
— Эш!
Мы будем падать, мы разобьемся, мы умрем, мы...
Эш вместе со мной подпрыгивает в воздух. Всего какое-то мгновение кажется, что мы летим, в то время, как перепрыгиваем на здание на противоположной стороне улицы. Мы приземляемся с глухим ударом на крышу. Я улыбаюсь ему.