Страница 164 из 288
- Зробим, батюшка. Не сомневайся, - обернувшись к родовичам, скомандовал. - Чего застыли дубами? Хватай его за руки и ноги. Понесли.
- Анатолий Николаевич, - снова обратилась к Монзыреву Людмила, глядя как тело убиенного выносят из светлицы. - Вы заметили, как после стольких событий, связанных с набегами и войной, мы все привыкли к смертям, к виду крови и трупов. Даже дети спокойно воспринимают все это.
- Век такой безжалостный, беспощадный. Если мы будем к врагам своим жалость проявлять - погибнем или в рабство угодим. Вон, у Андрея спроси, как там в рабстве быть. Так что нам этого допускать нельзя, и так уже многих потеряли.
- Да-да, с этим я согласна.
- Ну, а коли согласна, иди к себе, приляг, отдохни маленько, тебе сейчас перенапрягаться не рекомендовано.
Монзырев подал ей руку, проводив до двери. Потянувшись, расправил плечи, приводя мышцы в рабочее состояние после долгого сидения в кресле, заглянул в шкатулку, где все так же поблескивали кругляки византийского золота, подумал: "Надо бы в Курск и Чернигов нарочного с письмами отослать, ведь ни один же Иоан в этом деле замешан. Небось, другие тоже найдутся, кто золотом за предательство платить готов".
Между тем, в дверь просунулась хитрая, лысая Сашкина морда, обозрев светлицу, он остановил взгляд на Монзыреве.
- Можно, командир?
- Можно Машку под забором. Дисциплину забыл, старлей? Входи. Где тебя носит, начальник разведки? Тут такие события развиваются.
- Да, я уж знаю. Андрюху видел и Боря с мужиками трупешник к реке потащили, рыбок кормить. Что, братья греки предлагают халявную американскую помощь?
- Предлагают. А мне ни много, ни мало, предлагают встать во главе нового княжества. Хотят по-взрослому сорвать Святославу поход на Византию. Прочухали уже, к чему дело идет. Боятся. И, самое главное, эта византийская крыса намекнула, что в среде бояр черниговских, добрая половина работает на их разведку.
- А, я и не удивлен. У нас все события по кругу идут, в стране ничего не меняется. Вспомни, в семнадцатом году Ильича в запломбированном вагоне через границу в Россию перебросили, так потом вся страна сколь лет кровью харкала. А, в девяностых к власти пришли губошлеп с рыжим, и что? Население срочно стало на кладбища переселяться, с голодухи-то, ГэБэшное ведомство америкосам слили, армия в жопе оказалась, СССР на мелкие княжества развалилось, агенты влияния, как гадюки вползли в правительства и парламенты. Лепота, делай, что хочешь и плюй на всех. С тех пор и по сей день Россия ведь оклематься так и не может.
Светлица стала наполняться оповещенной о совещании старшиной, рассаживающейся на лавках у стен. Вошедшая боярыня Галина, приветственно кивнула присутствующим, на что те встав, склонились в поклоне, проследовала к возвышению, уселась рядом с Монзыревым на столец. Последним прибыл воевода Улеб Гунарович, заняв почетное место неподалеку от боярина.
Окинув взглядом собравшихся, Монзырев констатировал:
- Все в сборе. Собрал я вас, здесь присутствующих, чтоб сообщить, что пришло время слезать нам с теплой печи, напяливать кольчуги, брать в руки оружие. Сегодня прозвенел первый звонок, оповестивший о том, что мирная жизнь для дружины в этом году закончилась.
Услышав сказанное, высокое собрание зашумело. Монзыреву пришлось поднять руку, тем самым успокоив народ.
- Никак вести о печенегах получил, херсир? - поднявшись на ноги, задал вопрос воевода.
- Да, нет, Гунарович. Все гораздо серьезнее. На дворе весна девятьсот семидесятого года. Наш Великий князь, Святослав собирает под свою руку полки и вскоре двинет их на Дунай. Его цель - Болгария, за ней Византия. Сотни лет империя греков травила Русь печенежскими ордами, хазарами и венграми. Негласно мешала развитию княжества, а попытки насильственно насадить христианскую веру, не прекратились и по сей день. Шпионы шныряют по государству, как по собственной избе, блеск золота мутит рассудок иных бояр и князьков, готовых в нужный момент закрыть глаза, не видя происходящего, увести свои дружины с поля брани, пойти на сговор с противником. В прошлом году, мы прикрыли спину Святославу от печенежского набега, в этом, наша разведка доложила, что набега на Русь не ожидается. Так ли это, сотник? - Монзырев посмотрел на Горбыля.
Тот поднялся с лавки.
- Это правда. Цопон оповестил, что после прошлого набега, их племя не восстановилось. Молодых воинов мы повыбивали. В степи идет захват пастбищ другими племенами. Им впору, самим искать помощи, чтобы удержаться и выжить.
- Ему можно верить?
- Да. Старик пытается не допустить гибели родов.
- Хорошо! Тогда остается вопрос, не нападут ли другие племена печенегов? Ведь покойный Кулпей был не единственным великим князем в степи.
- По нашим данным, полученным из различных источников, печенежские князья отправятся в поход вместе с дружиной Святослава. Предстоит большая война, а значит, на горизонте маячит большая пожива. Там где пожива - там и печенеги.
- Согласен. Воевода, теперь вопрос к тебе. Насколько готова дружина к дальнему походу?
Улеб поднялся с места, пристально глянул на боярина.
- Да, ведь ты и сам все ведаешь, херсир. Или хочешь еще раз услышать от меня, чего стоит твоя дружина? Тогда слушай. Три сотни конного воинства, во главе сотники, Андрий, Ратмир, Мстислав. Вороп Горбыля - это еще одна сотня. У Рагнара Рыжего под дланью два дракара и кнарр, а это сто шестьдесят хирдманов. Да, мы с тобой, вот и весь расчет. Вои к походу и бою готовы. Воинским припасом ведает Боривой, под его началом четыре десятка людин имеются, готовых, если нужно, обнажить мечи.
- Вот отсюда и плясать будем. Андрей и Ратмир, готовьте своих бойцов к походу, три дня вам на сборы. Сашка, половиню твой Вороп, кого со мной старшим над твоими головорезами пошлешь?
- Так, а я не гожусь что ли? Командир, побойся Бога!
- Я его и так боюсь, но для тебя задача отдельная стоять будет.
- Опять?
- Ты мне поприрекайся еще! Так кто в полусотники пойдет?
- Олекса, кто ж еще.
- Пришлешь его ко мне, и сам проследишь за подготовкой воропа.
- Понял.
- Рыжий, готовь суда, один дракар и один кнарр с тобой на запад поплывут, второй дракар на восток к Рыбному, в помощь Горбылю.
- Ё-о! - вырвалось у Сашки. - Опять!
Словно и не заметив, Монзырев продолжал:
- Мстислав, твоя сотня остается на базе, охраняешь городок, обеспечиваешь порядок на подконтрольных землях. Гражданская администрация будет в руках у боярыни Галины, все, что касается службы - в твоих. Уяснил?
- Батька, возьми с собой!
- Нет. У тебя жена вот-вот родит. А, мне здесь нужен крепкий тыл, чтоб не повторилось то, что случилось в позапрошлом году.
- Вон, у Ратмира жинка тож на сносях, а его берешь?!
- Приказы не обсуждаются. Я так решил, на твой век еще войн хватит. Теперь так, через три дня дружина уходит со мной и воеводой. Идем сначала в Чернигов, потом догоняем воинство Святослава. Через седмицу, корабли Рыжего выдвигаются к Днепру. У слияния двух рек, на границе земель берендеев, ожидают нас. Рагнар, понял ли меня?
- Да, херсир.
- Хорошо. Горбыль, с остачей воропа и сотней, собранной из партизан наших селищ, в самом начале лета, еще до русальной недели, выдвигаешься к Рыбному, туда же приплывет и дракар с пехотой. Рагнар, назначь на судно старшего. Смотри, за его действия головой ответишь!
- Сделаю, батька, коли надо и отвечу.
- Не сомневаюсь. Сашка, - Монзырев взглянул на расстроенного Горбыля, - посылаю тебя туда, чтоб наверняка знать, что спина моя прикрыта. Задача тебе, разведка и диверсии, если таковые потребуются.
- Есть.
- В случае чего, шли гонца в Курск. Оповещай округу, призови северян, действуй через волхва Святогора, он большой вес у племенной старшины имеет.