Страница 53 из 61
- Жить можно и в нашей стране. Помня реальные законы своего Мира, ты автоматически боишься смерти, поэтому не можешь принять решение. - Я как-то отстранённо порадовался тому, что сопротивляюсь жителю из параллельного Мира, понял, что миссия короля состоит именно в том, чтобы уговорить меня отправиться с ним в путешествие и исчезнуть навсегда в белом безмолвии северных просторов.
- Мамонты жили сорок тысяч лет назад, а ты утверждаешь, что твой отец охотился на них совсем недавно? - Спросил я, отгораживаясь от пришельца своими знаниями об истории фауны теперешней тундры. Почувствовав, что я не готов принять его предложение о путешествии в иной мир, король взглянул на горизонт и заторопился.
- Туман стремительно надвигается и нам пора уходить. - Сказал он. - Мамонты живут и теперь! Я расскажу тебе об этом в следующий раз. -
Отряд пришельцев вскоре растворился в лохмотьях снежной пелены, только тяжелый бег оленей и скрежет полозьев нарт ещё какое-то время доносился до моего слуха. Силы оставили меня, я даже не могу вспомнить как заполнял последнюю страницу своего дневника? Позже я все же подсчитал и определил, что король рассказывал мне о мамонтах в конце тридцать первого дня жуткой рыбалки на Тулусоевском Аквариуме. Сопоставляя свои записи, я с удивлением осознал, что время для меня двигалось совершенно необъяснимым образом. Под воздействием стрессовой ситуации мои внутренние часы отмерили на семь дней меньше, чем прошло на самом деле.
Прежде чем погрузить меня в вертолёт, лётчики попытались понять, как мне удалось выжить в течение тридцати суток на берегу злополучного Аквариума.
По их мнению, питаться я мог рыбой, однако топлива в палатке не было ни одной капли и это предполагало неминуемую гибель от переохлаждения.
Я же не знал, когда закончилось топливо, уверял мужиков, что где-то спрятана ещё одна таблетка сухого спирта, её так и не нашли в вещах.
В последний раз, я самостоятельно выполз из палатки и без всякого интереса наблюдал за действиями экипажа и моего товарища по работе, который прилетел, чтобы забрать мой труп, но к своему удивлению обнаружил меня живым. Изредка односложно отвечал на некоторые вопросы спасателей, а в воспалённой голове шевелились мысли о параллельной действительности, о правдоподобном короле тундры и его воинах. Впервые я обрадовался тому факту, что не поддался уговорам и не ушёл за вождём в его мистическую страну.
Командир вертолёта подошёл ко мне и спросил:
- Лисицы рыбу таскали из кучи. Ты наверно замечал зверьков? Порядком сожрали от улова? -
Я кивнул в знак согласия головой, не в силах что-то объяснять, но в душе понимал, что причиной моего молчания является мистические события, произошедшие на озере в тот период, когда я находился на гране жизни и смерти и окутанный белым безмолвием испытал психоз. Я не пытался тогда объяснить причин возникновения мистических вещей, докопаться до факторов, повлиявших на мою психику. Я просто принял на веру всё, что мне показалось истинным с самого первого взгляда на события другой реальности или если быть точнее на параллельную реальность. Доверчивость самому себе, вплоть до фантастичности - вот что послужило основой личного мистицизма.
Мистицизм навалился на меня в результате патологических сдвигов в психике.
Анализируя странные события, я догадался, что любая истина, в том числе и мистическая, имеет собственную грань реальности, которая под воздействием неких факторов может неожиданно выступить как любая другая истина, она имеет право на существование хотя бы в отдельно взятом разуме.
Любое переживание, связанное как с внешним миром, так и с внутренним, может возникнуть за счёт механизмов инициирующих эти переживания.
Подобное произошло со мной.
Я приобрёл способность видеть и ощущать новую реальность в той же полноте и яркости, в которой это давало бы непосредственное восприятие окружающего меня Мира. Теперь я не сомневаюсь, человек может вообразить себе всё, о чём имеет представление его разум. Только разум создает действительность, даже если он прибывает иногда в необычном состоянии и вроде бы искажает традиционную реальность.
Я осознавал, что для моей психики многомерная идея устройства Миров с какого-то момента стала иметь чёткое определение. Психика под воздействием определённых факторов окружающих меня на озере исказилась, отправляя в пространство, о котором в подсознании имелись определённые понятия. Эти понятия превратились в истину, по всей видимости, в тот момент, когда я рассматривал кость мамонта. Некоторые мистики называют это явление психометрией. С останками животного, обладателя этой кости, были связаны образы людей, населявших в то время пространство, на котором я сейчас находился.
Я не сомневался в том, что люди того времени охотились на исполинских животных и об этом мне напомнил человек, появляющийся у озера из параллельной действительности. Я так же по какой-то причине перестал сомневаться и в том, что иногда можно найти или оказаться случайно в таких условиях, в которых любое состояние психики рождает параллельную истину и заявил об этом своему психиатру, сказал, что не сомневаюсь в её существовании.
Врач корректно намекнул, что такая уверенность существует у всех психически не нормальных людей, однако от этого для здоровых сознаний ничего не меняется, но согласился с тем, что для каждого из нас реальность строго индивидуальна, хотя мы не можем определить её границ. Например, некоторые утверждают, что видели Бога и общались с ним, другие встречались с дьяволом или беседовали с существами из потустороннего Мира. Сказал, что его не удивляет факт моего психического перемещения в параллельное пространство, но он не приемлет утверждения, что я побывал там, в физическом состоянии.
Однако от такого вывода психиатра в моём сознании ничего не поменялось и истина, о существовании других миров никуда не исчезла, а наоборот стала бесспорной.
Лётчики по берегам Аквариума не нашли ни одного постороннего следа. Не было следов оленей и нарт.
Выслушав мой рассказ о короле тундры и его подданных, они решили, что подлинным в услышанной истории мог быть только песец, который успел украсть из кучи с десяток крупных рыбин.
Недалеко от озера спасатели нашли рыбьи огрызки и притащили их к вертолёту, чтобы показать мне.
По мнению психиатра и спасателей, истина о существовании параллельного мира возникла только в моей отдельно взятой голове и никаким боком не повлияла на обычный Мир.
Выходит, что другая реальность есть продукт психики живого организма?
Я с тех пор уверен, что каждый раз, когда наше психическое состояние изменяется хотя бы на "миллиметр" мы оказываемся в другой параллельной реальности и, она существует благодаря нашему осознанию её создавшему, но в то же время независимо от него! То же происходит с реальностью у всех живых организмов. Страус, например, закопался головой в песок и как бы умер сам для себя. Его сознание в это время переместилось в иной параллельный мир и если даже его физическое тело растерзает хищник, птица будет продолжать жить в том континууме, в котором оказалась по собственной воле.
Вот такие чудеса вытворяет с нашим разумом нечто - называемое психикой.
М. Быков.
СЕРДЦЕ ВОЛКОДАВА
Запомнившаяся мне навсегда встреча с пастухом монголом, произошла в семьдесят третьем году прошлого века. В сухое и жаркое лето, я осуществлял небольшое по продолжительности путешествие из Тувы в Горный Алтай. Ехал в основном на рейсовых автобусах и попутных машинах. Треть расстояния до цели путешествия, мой путь пролегал по территории Монголии, где в те времена, дождаться какого-либо автотранспорта было большой редкостью. Преодолевая трудности я, наконец, добрался до маленького приграничного городка Цаганнур. Жара волнами накатывалась на предгорья, с западных полупустынных долин Центральной Азии. Зной закручивался в вихри у подножий Алтайских гор, уходящих одним своим обширным концом на тысячи километров в сторону Заалтайской Гоби. Дикие горы, где не ступает нога человека, проваливались в раскалённые пески и щебень пустыни, в которой правит только жестокий закон природы. Здешний закон природы до того суров, что мало доступен чувствам чужеземца, человека приехавшего посмотреть праздными глазами на необъятные просторы Монголии. В этих местах в те времена, можно было встретить удивительных людей, делающих удивительные вещи не доступные пониманию путешественника.