Страница 74 из 83
Я давно уже понял, что он был прав. Наконец, у меня тоже было время кое о чем поразмыслить. История с названием боевого корабля дала мне обильную пищу для раздумий.
Даже Мак-Ильстера это озадачило. В его взгляде появилось сильное недоверие и, не обращая внимания на излучатель, он приблизил свое лицо вплотную к экрану.
Внезапно он сказал:
— Э, да тут на посадку идет еще один корабль. Что все это значит?
Умник Фис невесело усмехнулся.
— Меня это не удивляет. Я еще в космосе уловил ощупывающие импульсы мощной локаторной станции. Но капитан не поверил мне. На Толимене что-то не так. Даю голову на отсечение, триста поселенцев больше не скажут ни слова. Да, на этом корабле по меньшей мере человек сорок. Это конец!
— Мы должны стартовать! — закричал младший офицер-механик. Он, казалось, забыл, что Фискус держал в руках ядерный излучатель.
— Поздно, — сказал я против своей воли. — Слишком поздно. Они уже поднимаются в централь управления. А там находятся наши безоружные люди. Мы влипли крепко.
Мак-Ильстер грязно выругался, но это было едва слышно в реве идущего на посадку космического корабля. Большой экран в отсеке-арсенале показывал здания. Таких зданий я никогда и нигде больше не видел.
Корабль был яйцевидной формы. На носу его был заметен шаровидный выступ, а по всему корпусу располагались полукруглые выступы.
Огромные кормовые дюзы и вытянутые стабилизаторы были совершенно чуждой формы. Зеленоватый столб пламени погас, теперь корабль покоился на посадочных опорах, выполненных в виде огромных кольцевых выступов.
— Какая эта модель? — возбужденно спросил Фискус. Теперь мне казалось, что он давно уже не угрожает больше нам своим оружием.
Мак-Ильстер беспомощно смотрел на нас. Я мог только непонимающе пожать плечами.
— Я еще никогда не видел такого, — с нажимом сказал я. — Боулдер, что все это может значить?
— Все, что вам угодно. До сих пор мнимые поселенцы играли роль безобидных людей, но с посадкой корабля все должно измениться. Мы знаем, что некоторые разумные существа иноземного происхождения сумели достичь довольно высокого уровня развития. Пятьдесят лет назад между нами и тростоперами разразилась убийственная война. У них тоже имелись сверхсветовые корабли. Здесь, похоже, тоже действуют чужаки. Кажется, люди нашей расы сговорились с ними. Теперь вы убедились, мистер Ипстал?
— Что же теперь будет? — простонал младший офицер. — Как же нам от них защититься?
— Это безумие, — холодно усмехнулся Фискус. — Теперь делайте то, что я вам прикажу. Мак-Ильстер, приготовьте посадочный бот. Откройте внутренний люк и установите выравниватель давления.
Младший офицер тотчас же помчался прочь. Фискус немедленно начал действовать с захватывающей дух скоростью на электронной вычислительной машине. Прежде чем я успел что-либо понять, у меня на руках оказался ядерный излучатель и под его тяжестью я упал на колено.
— Немедленно в бот! Мы исчезаем, — проговорил Фискус.
Я поднялся и тоже помчался прочь. Прежде чем я успел нырнуть в люк, меня отпихнул Умник Фис. На его плечах находился стокилограммовый мешок, полный запасных плазменных зарядов.
Не успел я забраться в бот, как он снова пронесся мимо меня огромными прыжками. Лицо его было жестким и заострившемся. Я ничем не мог помочь ему, но он мне начинал нравиться. Удивительно, как мог преображаться этот всегда такой беспокойный человек. Ну да, дело снова идет о спасении других людей. А в этих случаях он всегда становился активным и целеустремленным.
Тем временем Мак-Ильстер подготовил бот к старту. Маленький реактор уже гудел. Встроенный трансформатор уже был готов отдать энергию в проекторы экранов.
Мы погрузили почти все оружие. Вместе с Умником Фисом мы втащили на борт и трехсоткилограммовый ядерный излучатель. В конце он принес еще два магазина со сгущенной плазмой, хотя под весом даже одного из них у меня подкашивались ноги.
Когда мы уже закрывали за собой двойной люк, снаружи прозвучал громкий голос. Я различил органный глас нашего Второго Инженера, который, по-видимому, жаловался на применение насилия.
— Ну вот, — только и сказал Фискус — Они заметили наше отсутствие. Разве наш гениальный капитан не собрал на встречу всех офицеров? Поехали, Мак-Ильстер!
Младший офицер дал запальный импульс. Скользящая на роликах наружная дверь ангара откатилась в сторону.
Яркий свет заполнил обширное помещение. В следующее мгновение наружная дверь бота закрылась. И в этот момент в ангаре появились люди.
— Мне очень жаль, — сказал Фискус, побледнев, как труп. Он передвинул ступенчатый рычаг подачи плазмы и мощный поток перерожденного вещества устремился в рабочую камеру. Из главной кормовой дюзы бота вырвался бело-голубой язык плазмы, ударивший между вторгшимися в ангар людьми.
Я опустился в свое кресло. Бот, взревев двигателями, двинулся по стартовым полозьям и с полыхающими проекторами защитного поля вырвался наружу.
Фискус развил ускорение в двадцать “ж”. Он выровнял бот ударами носовых дюз, а затем мы устремились в небо с таким грохотом, которого я отродясь не слышал.
Руки Фискуса работали с невероятным проворством. Не было заметно ни единого неуверенного движения, к которым мы так привыкли, наблюдая за ним.
На небольшой высоте, едва ли в сотне метров от поверхности, он перевел бот на горизонтальный полет. Эти его действия я было счел неправильными.
Однако едва я успел прокричать свое мнение, голубой энергетический луч прошел так близко от кабины, что мы ощутили толчок в бот ударной волны и оказались сбитыми с курса. Двигатель нашего бота заревел громче. На этот раз Фискус дал все шестьдесят “ж”, которые наш маленький поглотитель ускорения не смог компенсировать полностью. Включенное носовое поле защищало нас от столкновения с частицами воздуха, и мы были похожи на раскаленное ядро кометы, вошедшее в атмосферу планеты. Увиденный мной вулкан уже был не под нами, а буквально вплотную около нас. Фис опустился еще ниже и второй выстрел из ядерного излучателя на этот раз прошел высоко над нами.
Мак-Ильстер вскрикнул от страха. Даже я превратился в кусок вибрирующих нервов и вскользь подумал о нашем взрывоопасном грузе. Он находился сразу же позади моего кресла.
— Останемся под прикрытием горы! — напрасно кричал я, все еще не понимая, что наш придурковатый Умник Фис действовал так, как мне никогда бы не удалось. Если бы пилотом был я, то мы были бы уничтожены уже первым ядерным разрядом. Со скоростью десять с половиной километров в секунду мы мчались сквозь плотную стену раскаленных частиц воздуха. Если наш защитный экран вдруг исчезнет, мы сгорим за долю секунды, как запал водородной бомбы. Фискус все время удерживал машину почти в несколько десятков метров над землей, так что мы наверняка давно вышли из зоны действия пеленгационной техники.
Мак-Ильстер, талантливый техник, тоже знал это. Поэтому он рискнул включить на полную мощь силу своих легких:
— Они больше не могут поймать нас, лейтенант. Но что будет, если их корабль стартует? Если они поднимутся вверх километров на пятьсот, то на их экранах будет все это полушарие спутника. Тогда они запросто смогут уничтожить нас.
— Не схватят, если мы будем оставаться так низко, как только это возможно. Мы не будем удаляться от поверхности.
— Но если мы будем продолжать лететь так низко, нас можно будет засечь по пламени выхлопа, — простонал я.
Ландшафт Толимена внизу под нами проносился с такой скоростью, что мне не удавалось даже разглядеть отдельных гор. Отдельные контуры и предметы сливались в зелено-желтые тени, которые только и удавалось различить.
Желтое солнце заходило позади нас. Мы просто мчались прочь от него. Прежде чем я успел что-либо рассмотреть, мы оказались в ночном полушарии. Зато в небе появился огромный диск гигантской планеты. Он озарил ландшафт призрачным красноватым светом и к этому прибавился еще довольно сильный свет от нескольких лун, которые, купаясь в ярком свете солнца, отражали его.