Страница 43 из 121
Взгляд Люсьена стал туманным и далеким.
— Посмотрим, кое–что изменилось с их прошлой встречи. Никто не знает, как он решит действовать на этот раз.
С этими словами, Люсьен Энн и Лантис Кларио отвернулись друг от друга, разойдясь в разные стороны. Учитель и ученик.
Глава 6. Первый брошенный камень
Часть 1
Рэй Нордис, бывший капитан отряда Лилии, нынешний командующий половиной интернациональной армии Астала и генерал Новой Армии Риокии, был человеком, не верящим ничему, кроме собственных глаз и ушей. Человеком строгой дисциплины, твердых правил, немного резким, требовательным к подчиненным, человеком, редко выражающим свои эмоции на людях, и не часто позволявшим эмоциям взять над собой верх. Люди — его подчиненные и те, кто встречался на его жизненном пути — знали эту его черту характера и уважали его за это. Кому–то она не нравилась, другие же ценили ее. Но любой, кто знал капитана Нордиса, мог бы поклясться, что он был не тем человеком, кто верит в чудеса. Рэй Нордис не верил сам и не позволял верить другим. Людям незачем забивать себе голову всякой ерундой, что отвлекала бы их от своих обязанностей. Но сегодня…
Капитан потер глаза, усталые и слезящиеся от просмотра бесчисленных донесений, среди которых большую часть составляли рисунки. Кто бы мог подумать, что в качестве отчетов ему принесут именно их. Казалось, они были выполнены детской рукой, такими дрожащими и неточными они были, больше похожие на карикатуры или ночные кошмары. Но именно они и составляли причину беспокойства и бессонницы Рэя Нордиса сегодня.
Хотя его комната в королевском дворце Риокии была одной из самых удобных, и волноваться было бы вроде не о чем — вся власть в этом городе, и, по крайней мере, в половине страны уже была сосредоточена в руках новой власти. Новый протекторат Астала, Риокия, обрел свое существование. И снова карта мира изменилась. Однако совсем не это беспокоило Рэя Нордиса. Эти рисунки и дополнения к ним в качестве рапортов. Немыслимо, просто невозможно. Было бы невозможно, если бы его собственная память не состояла из таких же рисунков, обрывков, похожих на решето воспоминаний. Но в отличие от этих рапортов, его память говорила совсем о другом. Инквизиция Севера, большой пожар в котором почти полностью сгорела столица Риокии, убийства, убийства, убийства — эти картины лежали сейчас на столе перед ним. Однако, в его воспоминаниях было совсем иное: радужный свет, похожий на калейдоскоп или купол, вспыхнувший над центром города, в то время, как Рэй Нордис и его люди уже достигли главных ворот дворца. И этот калейдоскоп поглотил все в одночасье: огонь, Инквизицию, целое войско Сейма — все. Но правда состояла в том, что все, с кем он говорил, кто присылал эти рисунки и рапорты, в один голос твердили, что огонь утих мгновенно, но помогла в этом Гильдия. И самое безумное состояло в том, что все они были уверены, что столицу поджег беглый принц — Ренье. Однако… — капитан Нордис устало отложил листы в сторону. Во всем этом было что–то неправильное. Единственное, в чем совпадали его воспоминания и увиденное всеми его людьми и простыми горожанами — это великий пожар, едва не уничтоживший столицу. Эти рапорты, все эти рисунки, все эти рассказы… Или он сходит с ума, или все они ошибаются. Обычно он был более склонен доверять своим глазам. А они говорили, что купол, возникший над центром города, неожиданно превратился в калейдоскоп который затем, сложившись, в одночасье изменил все.
И до последнего капитан был уверен, что хотя бы его люди видели то же самое, что и он. Но, как оказалось, он ошибся. После одного из таких вопросов солдат, к которому Рэй обращался, как–то странно посмотрел на своего командира, и больше капитан не хотел возвращаться к этой теме. Что же происходит в этом городе?
Рэй Нордис откинулся на спинку кресла, обитого теплого, золотистого цвета бархатом. Вся обстановка этой комнаты была строго выдержана в одной цветовой гамме. Все оттенки опавших листьев смешивались с карминно–красным и шоколадно–коричневым цветом земли, омытой дождем. Обстановка успокаивала, да такой она и должна была быть. Эта комната скорее всего раньше принадлежала одному из министров, ему выделили апартаменты в непосредственной близости от покоев нового короля Риокии Мортимера Первого.
Со вздохом Рэй отложил рисунки в сторону, а затем, подумав, аккуратно убрал их в папку. Это было особенностью капитана — все бумаги он хранил в строгом порядке, в отличие от Клайма Кольбейна, который, кажется, перенял от короля Астала страсть к беспорядку. Если нет порядка в голове, значит, нет порядка и в делах. Накрутив шнурок–застежку на язычок папки, рука капитана замерла. Что–то изменилось. Хотя, казалось, все осталось по–прежнему, в комнате что–то изменилось. Не было шороха, не было звука, но в этот момент он отчетливо ощутил присутствие еще одного человека. Хотя навыки его просто поражали. Единственное, что выдавало присутствие незваного гостя — легкое колебание воздуха от дыхания. Пальцы капитана дрогнули и потянулись к арбалету, прислоненному к ножке стола. Потянулись, но…
— Ваша светлость! — звонкий голос с той стороны двери, принадлежащий посыльному от Мортимера, разорвал патину напряжения, сковывающую комнату.
— Да, можешь войти.
Дверь открылась и закрылась, впустив молодого офицера, которому досталась нелегкая роль — быть посредником между ним и королем по всем вопросам, связанным с организацией новой власти в этой стране.
— Вот список требований, которые выдвинул его величество, — с легким поклоном, обычным знаком чести, принятым в армии Астала, офицер передал капитану сложенные листы бумаги.
Весьма внушительная пачка. Несомненно, новоявленные советники уже принялись обрабатывать принца. Этот человек не имел четкого представления о том, как он собирался руководить этой страной, но в точности знал, что желал власти. Если это было все, что ему нужно, капитан понимал, что ему будет нелегко дать это ему. Должно быть, принц все еще не понимал, что эта страна больше не принадлежала ему. С того момента, как войска Астала вошли на территорию Риокии, она стала частью владений Сая Валентайна. Протекторатом с огромными полномочиями, но более не суверенным государством. Это была та цена, что страны платили за безопасность от внешней угрозы, за то, чтобы жители их могли спать спокойно, не опасаясь ужасной угрозы с Севера. И страна понимала это, ее граждане понимали это. Но правители этих стран все еще цеплялись за иллюзию собственной власти, которая рассыпается от легкого дуновения ветерка со стороны Приоры. Таким был и принц Мортимер, который готовился стать королем этой страны. И все же, несмотря на прямой приказ Сая о том, чтобы найти и нейтрализовать второго принца Риокии — Ренье, сам Рэй Нордис скорее склонялся к нему, чем к этому напыщенному глупцу, каким оказался его старший брат. И все же, приказ оставался приказом, которым капитан не мог пренебречь. И его личное мнение не имело здесь никакого значения. Он будет служить королю Астала до тех пор… пока Сай оставался легитимным правителем. Лишь это могло заставить Рэя Нордиса отказаться от своих принципов.
— Хорошо, — произнес он поэтому. — Я ознакомлюсь с пожеланиями принца Мортимера чуть позже, и пошлю за тобой, когда ты мне понадобишься, — с этими словами капитан отпустил солдата.
Дверь медленно закрылась, и прошло не менее минуты, пока присутствие 'гостя' не появилось вновь. Обострив все свои чувства до предела, Рэй ждал. И тот, кто прятался в тени, решил действовать молниеносно. Его движения были настолько точны и стремительны, что это явно был не профан, а настоящий профессионал. Лишь легкое движение воздуха за спиной капитана указало на его присутствие. А в следующий миг нечто бритвенно–острое было приставлено сзади к его шее, и край чего–то яркого и расписанного цветами точно также оказался у его горла спереди, так, что его голова оказалась зажатой, словно в тисках. А затем прозвучал голос. Такой знакомый голос.