Страница 8 из 22
– Это вовсе не то предложение, о котором вы подумали. Я не зову вас под венец, я зову вас совершить путешествие в Жювизи на Небесную виллу Фламмариона. Я давно мечтаю побывать в замке Жювизи, в обсерватории, созданной великим астрономом. Дерзкая мысль, позвать вас с собой, пришла мне в голову так неожиданно, что я не смог выразиться правильно. Надеюсь, вы на меня не сердитесь?
– Не сержусь, – сказала Катрин и поднялась. Минуту они стояли друг против другу и молчали.
– Вы уже уходите? – спросил Анри.
– Да, мне еще добираться через весь Париж, – ответила Катрин, потупив взор.
– Я довезу вас, – обрадовался он.
– Не сегодня, – сказала она.
– Значит, завтра? – спросил он.
– Да, – прошептала она.
– Спасибо, – поцеловав ее руку, сказал Анри.
Вернувшись домой, Катрин распахнула свою полудверь-полусферу и вышла на крышу. Ночь дышала прохладой. Серебряный рожок месяца прятался за тучи. Линию горизонта освещали яркие зарницы. Катрин стояла на краю крыши, обхватив себя за плечи, и вспоминала все, что с ней сегодня произошло. Она никак не могла решить имеет ли Анри что-то общее с ее таинственным призраком или нет. Наконец доводы «за» перевесили, и Катрин облегченно вздохнула. Но за ее спиной раздался знакомый шепот, перечеркнувший все ее веские доводы.
– Что же мне делать? – спросила Катрин, присев на свое любимое место.
– Выбирать, – послышалось в ответ. – Решайте, Катрин, что вам нравится больше: жить в мире иллюзий или в мире людей. Жить в иллюзорном мире непросто, но жить среди людской толпы сложнее во сто крат. Я вас не тороплю. Думайте. Я должен буду вас покинуть.
– Надолго? – растерянно спросила она.
– Не знаю, – ответил он, проведя рукой по ее волосам.
– Ах, как вы мучаете меня, – уронив голову на колени, прошептала она. – Почему? Зачем, вам это нужно?
– Я – игрок, – ответил он, шагнув к полудвери. На миг он задержался в дверном проеме. Этого мига хватило Катрин, чтобы увидеть его бледное мужественное лицо. Увидеть и понять, что именно его она должна выбрать.
Выждав несколько минут, Катрин подошла к потайной двери, прижалась к ней губами и прошептала:
– Я буду ждать вас, Ален. Возвращайтесь скорее.
– Постараюсь, – прошептал он. Но Катрин не услышала его слов. Она подошла к старинному зеркалу в бронзовой оправе, провела рукой по завиткам и вздрогнула. Узор на зеркале был таким же, как и на бронзовой скамье в доме де Лакруа. Но тут же вспомнились слова мадам Ванессы:
– Жак Каффиери был величайшим мастером, создававшим из бронзы настоящие шедевры в стиле рококо. И если вы где-нибудь вдруг увидите что-то подобное, знайте, что перед вами не простой предмет, а творение великого Каффиери, жившего в восемнадцатом веке!
– Значит, я восседала не на скамье, а на историческом экспонате, – улыбнулась Катрин. – Но от этого я не стала более счастливым человеком. А жаль.
Катрин раскрыла томик Гейне и прочла:
Катрин захлопнула книгу и нахмурилась:
– Совсем не радостное пожелание. Хотя… Я, кажется, знаю, что надо делать.
Она позвонила на вокзал, забронировала себе билет до Сен-Поля и крепко уснула.
Утром она отправилась на вокзал, выкупила билет и уже из поезда позвонила шефу. Он внимательно выслушал ее и хмыкнул:
– Я понял, у вас, Катрин, очередное любовное похождение.
– Да, Луи, – соврала Катрин.
– Надеюсь, к понедельнику вы вернетесь, потому что во вторник…
– Не волнуйтесь, Луи, отчет я сделаю во-время, – перебила его Катрин.
– Удачных выходных, – пожелал Луи.
– И вам хорошо отдохнуть, – сказала Катрин и выключила телефон. – Все. Я вне зоны досягаемости, вне времени и пространства. Никто меня не отыщет.
Она закрыла глаза, радуясь, что в ее купе нет никаких попутчиков. Поезд тронулся, колеса запели свою дорожную песню, под которую так хорошо спалось. Катрин задремала.
– Простите, что нарушаю ваше одиночество, но свободных мест больше нигде нет, – ворвался в ее дрему приятный баритон. Катрин открыла глаза и взглянула на мужчину, устроившегося в кресле напротив. На миг ей показалось, что поезд сошел с рельсов, она потеряла ощущение пространства и даже перестала дышать. Перед ней сидел ее таинственный незнакомец с бледным мужественным лицом и огромными глазами.
– Что с вами? – испуганно спросил попутчик. – Вам плохо? Позвать доктора?
Катрин прижала ладони к глазам и покачала головой. Человек улыбнулся и доверительно проговорил:
– Вы меня так напугали, мадмуазель. Вы открыли глаза и посмотрели на меня так, словно я не человек, а призрак.
– Простите, – сказала Катрин, медленно убирая руки от лица.
Мысли барабанили в ее голове с такой силой, что заглушали стук колес.
– Не выдавай себя. Он не знает, что ты видела его вчера. Веди себя естественно.
Но разве можно было вести себя естественно, когда все вокруг было неестественным.
– Не бойтесь, – улыбнулся он. – Я не грабитель, не хулиган и, конечно же, не призрак.
Он достал папку с какими-то бумагами и углубился в чтение. Катрин отвернулась к окну, внутренне простонав:
– Какая мука сидеть напротив и не сметь смотреть, не сметь заговорить, чтобы не выдать себя.
Спасение пришло неожиданно. Распахнулась дверь и полноватый, улыбчивый кондуктор пропел:
– Ваши билетики, господа и дамы. Вы путешествуете вместе? – спросил он у Катрин.
– Нет, мы случайные попутчики, – ответил за нее незнакомец. – Мадмуазель так испугалась моего соседства, что, по-моему, лишилась дара речи.
Кондуктор подмигнул Катрин и добродушно проговорил:
– Вы ошибаетесь, мосье, просто пока не было повода для беседы. А теперь, когда весельчак Кокто задаст несколько вопросов, нам станет легче.
Катрин улыбнулась. Ей действительно стало легче. Ей захотелось, чтобы этот человек никуда не уходил из их купе, чтобы он отвечал за нее, а она бы весело смеялась.
– Раз вы – игрок, то будем играть вместе, – подумала Катрин.
– Вы направляетесь в Ниццу или в Сен-Поль? – спросил кондуктор, принимая у Катрин билет.
– В Сен-Поль, – ответила она.
– Какой у вас приятный голосок! – воскликнул кондуктор. – Правда, мосье?
Незнакомец кивнул и улыбнулся.
– А ведь я тоже направляюсь в Сен-Поль.
– Правда? – прошептала Катрин.
– Да, да, мосье говорит правду, – ответил за него кондуктор. – Счастливого пути…
– Вы едете отдыхать? – спросил незнакомец, когда за кондуктором закрылась дверь.
– Я еду к родителям, – ответила Катрин.
– Значит, вы родом из Сен-Поля? – она кивнула. – Позвольте узнать, что вас заставило покинуть такое удивительное место? – она пожала плечами. – Не отвечайте, если не хотите. У каждого должна быть своя тайна, которую он не станет никому раскрывать.
– А зачем вы едете в Сен-Поль? – набравшись храбрости, спросила Катрин.
– Секрет, – улыбнулся он. И тут же, подавшись вперед, прошептал:
– Я еду на научно-практическую конференцию по языкознанию и межкультурным коммуникациям. Я бы многое отдал, чтобы остаться в Париже, но… – он отстранился и улыбнулся. – Я рад, что моей попутчицей оказались вы, мадмуазель…
– Катрин Мере, – прошептала она, подавшись вперед. Она могла бы назвать любое другое имя, но не захотела. Ей было интересно посмотреть, что он будет делать, когда поймет, кто перед ним.
Он побледнел, закрыл лицо ладонями и замер. Катрин не решалась пошевелиться. Она так и сидела, чуть подавшись вперед, и внимательно разглядывала его ухоженные руки с длинными пальцами, седоватые волосы, безупречный костюм горчичного цвета и клетчатую рубаху, подобранную в тон.